"Фантастика 2026-200". Компиляция. Книги 1-24 - Дмитрий Ласточкин

— Обед по расписанию, — донеслось из-за двери. — И не буянь, Деспот. А то не посмотрю, какой ты там «Витязь», зайду и морду набью!

— Это ты такой смелый, потому что думаешь, тебя от меня дверь защищает. Но когда она откроется, преграды больше не будет.

— Вот когда откроется, тогда и поговорим. А пока заткнись и не зли меня. А то вместо обеда получишь плетей.

— Ну и ладно. Не сильно-то и хотелось, — буркнул я, начав отжиматься.

А чего? Делать-то больше нечего. И вообще, хорошо то, что хорошо кончается.

Помню, ворвался к нам в казарму Воробей — злющий, что твоя теща. И только устав ему не дал меня сразу расстрелять. Да бумажка, подписанная мной и Арлекином еще до дуэли. Но наказать-то кого-то надо, а то ж от злости лопнет.

Так что в отношении меня он ограничился ударом по морде и карцером на три дня — сегодня третий, если что. За то, что произошла массовая драка, и я в ней неявный — с его точки зрения — зачинщик.

Новости сюда доходили хреново, но как раз таки явный зачинщик сел, и думается мне, что его расстреляют. За нападение, за применение боевых артефактов, за беспорядки… Да много за что. И лучше бы так и было, потому как если эта гадина выживет, я ему лично яйца оторву и заставлю сожрать. Подлости и глупости я не терпел.

Так что уже завтра я отправлюсь на свободу с чистой совестью и расшатанными нервами. Потому как очень переживал за то, что происходит там, в моем отделении. Белка в принципе девка без тормозов, но и Ника абсолютно безбашенная. Обе сильные личности, и черт его знает, что будет, когда они столкнутся. А меня, чтобы разрулить конфликт, рядом нет. Вот и дергался.

Принесли обед — жиденький супчик, простую воду и хлеб. Я поел, не чувствуя вкуса, хотя подозреваю, что его и не было. Опять начал качать пресс и отжиматься — на кулаках, потом на пальцах, параллельно гоняя эфир.

Магичить было категорически запрещено — за это сразу расстрел. Но без внешних проявлений можно. Вот я и занимался, потому как время тянулось медленно, было нестерпимо скучно. Магофон у меня отобрали, тот, что был в кольце, доставать нельзя, дабы не светить свои возможности. В общем, скучно.

Я подтянулся, повис на небольшом окне, чтобы увидеть мир там, за решеткой. А он жил своей полной жизнью — кто-то бегал, кто-то маршировал, кто-то орал… Все при деле. Жизнь течет, но мимо меня.

Помахал руками, имитируя бой с тенью, и опять приступил к отжиманиям и качанию пресса. А там и ночь наступила — время позднего ужина и сон…

— Вставай, Деспот, на выход! –скрипнула дверь камеры.

— Что, уже? Я тут только прижился и удовольствие стал получать. Никто не дергает, никто ничего не требует. Красота же!

— Ну так постарайся и быстро сюда вернешься, — отозвался охранник.

— Ох, смотрю, язык у тебя слишком длинный. Кажется, его стоит укоротить, — я придвинулся к нему вплотную.

— Ага. Как только, так и сразу. Пошел на выход… арестант.

Вот либо совсем тупой, либо бесстрашный. Я ж и отомстить могу. Но не буду. Потому как это его работа, да и скучно ему сидеть вот так вот рядом со всякими отморозками и слушать их бред. Тяжелая работа, все понимаю.

Вышел на улицу, глянул на село. Девки вон бегают, а мне лень. Мне в душ надо и поесть нормально. Что выбрать первым? Душ однозначно, а то я за своим «благоуханием» даже аромата еды не почувствую.

Пошел к себе мимо всяких служивых, не обращающих внимания на то, что мимо них идет такой вот герой.

Так, стоп! К себе — это вообще в другую сторону, я ж не в казарме живу. Хотя пофиг, душ можно принять и там. А заодно посмотреть, стоит ли родимая на месте? Не разрушили ли ее за время моего отсутствия?

Родную крышу увидел еще издалека — вроде все целое. Зашел внутрь — пусто. Удивился. Подошел к тумбочке, что еще числилась за мной. Взял банно-рыльные принадлежности и смену одежды. Я всегда ее тут храню на всякий случай.

С удовольствием постоял под тугими водяными струями, тщательно смывая с себя въевшиеся запахи карцера. Хорошо! Переоделся в чистое и не успел выйти, как в казарму вбежал посыльный от полковника — мол требуют предстать немедленно и все такое.

Мелькнула подленькая мысль послать его подальше — я голодный, у меня вон девки неизвестно где шатаются, а тут он. Но не стал — нарываться лишний раз не наш метод, но галочку в памяти поставил. Я, если что, крайне мстительная скотина и вообще пострадал ни за что.

Пошел, имея вид лихой и придурковатый, дабы разумением своим не смущать вышестоящих — все, как завещал великий царь.

— Явился, не запылился, — хмуро посмотрело на меня начальство.

— Успел принять душ, господин полковник, — бодро отрапортовал я, заставив его недовольно поморщиться.

А он что думал? Что буду весь такой сломленный и потерянный? Да фиг! Бодр, свеж и готов к разврату. Три дня воздержания — это вам не шутки.

— Готов послужить империи? — задал он глупый вопрос, на который был возможен всего один ответ.

— Нет, не готов, — вытянулся я, заставив вытянуться и его лицо.

— Сам понял, что сказал⁈ — охренел он.

— На голодный желудок служить не согласен!!!

— А, ты об этом. Пожрешь… потом. Слушай сюда. Я тебе даю два дня, чтобы разобраться со своими бабами, а потом выдвигаешься сюда, — ткнул он на карту в планшете. — Оттуда — вот сюда… — еще один тык пальцем в экран. — И вот уже тут убьете всех, кого встретите.

— Завещание сейчас писать или можно завтра? — уточнил я, глядя на то, что мне показывают.

— Я верю в тебя, мой мальчик, иди и победи всех, — похлопал он меня по плечу.

— Да ну на хрен! — скинул я его руку. — Вы реально хотите, чтобы я это сделал с отрядом в семь… ну ладно, восемь человек, если считать вместе со мной? Восемь человек, шесть из которых пришли только что из учебки⁈ Да у нас