"Фантастика 2026-200". Компиляция. Книги 1-24 - Дмитрий Ласточкин

Поэтому я просто выдохнул. Выдохнул с той самой новой внутренней силой, холодной и яростной. Из моего рта вырвался сконцентрированный поток холода, белый, сбитый, как тугая струя из брандспойта. Он промчался по площадке, замораживая на лету пыль, и ударил в то место, куда она приземлялась.

Ледяной веер ударил в ее щит. На этот раз раздался не тихий шлепок, а громкий, звенящий хруст. Щит, пламенный и непробиваемый до этого, покрылся паутиной трещин и на миг погас, рассыпавшись снопом искр.

Бабушка отшатнулась, и я увидел, как на полсекунды исчезла ее снисходительная улыбка. Вместо нее появилось жесткое, оценивающее внимание.

— Та-ак… — протянула она, и в голосе впервые зазвучало уважение. Не к моему мастерству, а к потенциалу. К мощи. — Вот это уже теплее. Горячо, я бы сказала. Но, Вовчик…

Она не закончила фразу. Просто исчезла. Не в буквальном смысле. Так резко и быстро рванула в сторону, слившись с фоном, что мой взгляд на мгновение ее потерял.

— … но расслабляться рано! — ее голос донесся уже справа.

И начался настоящий кошмар. Если до этого она позволяла мне атаковать, то теперь включилась на полную. Ее атаки стали не опаснее, но в десять раз изощреннее и досаднее.

Из-под земли выросли не то руки, не то гибкие плети из сплетенных корней, которые хватали за ноги, выбивая из равновесия. На них появились ветки и с них посыпались спелые, мягкие, но невероятно липкие ягоды, которые глухо шлепались об голову и плечи, оставляя фиолетовые, отвлекающие пятна.

Она заставила воздух вокруг меня вибрировать, создавая оглушающий, диссонирующий гул, мешающий сосредоточиться.

— Голова! Работай головой, а не одним источником! — кричала она, материализуясь то здесь, то там. — Чувствуй потоки! Предугадывай!

Я метался по площадке, как загнанный зверь. Отбивался грубой силой, разрывая корни взрывными волнами, испаряя ягоды импульсами тепла, пытаясь найти ее, поймать.

О магии природы я читал, но видеть не приходилось — это был подраздел лекарской магии — крайне сложный в освоении, с кучей нюансов. Поэтому заморачивались немногие — только те, у кого была предрасположенность к ней. У княгини, как оказалось, была, и еще какая.

Поэтому я бил уже не по ней, а просто в пространство, пытаясь банально хотя бы зацепить ее. Но бабушка была тенью, фантомом. Мои удары били в пустоту, оставляя выбоины в земле и срывая кору с проросших деревьев — будто в лесу оказался. Я тратил чудовищное количество силы, а она — лишь капли своей отточенной, филигранной магии.

Юмор исчез, сменившись отчаянной, потной серьезностью. А ее комментарии стали только язвительнее:

— Ой, опять мимо! Ты куда целился, в прошлый вторник?

— Ноги, ноги, Вовчик! Их у тебя две, а пользуешься как одной, и той деревянной!

— Что, устал? А кто говорил «ни грамма слабости»? Источник-то большой, да дурной!

И я действительно начал уставать. Не физически — мышцы ныли, но выдерживали. Уставало сознание.

Необходимость постоянно быть начеку, мгновенно реагировать, фильтровать ее язвительные подсказки от реальных угроз — все это выжигало ментальные ресурсы. Тот самый огромный источник внутри булькал и клокотал силой, но канал между ним и моим мозгом, моей волей, начинал перегреваться от постоянной бестолковой нагрузки.

Я сделал очередной рывок, попытавшись накрыть ту область, где она, как мне показалось, должна была появиться, ледяной лавиной. Потратил на это кучу сил. Лавина рухнула в пустоту.

В этот миг все посторонние шумы стихли. Наступила гробовая тишина. Я замер, тяжело дыша, ощущая, как сердце колотится где-то в горле. Где она?

ЧУВСТВО!

Инстинкт, выкованный уже в этой схватке, заставил меня резко дернуть голову вверх. Прямо над собой, на толстой ветке большого дуба, увидел ее. Княгиня сидела в той же нелепой позе, в какой сидят вороны. И в руках у нее был простой снежок. А нет, нифига не простой!!! Это был идеальный, голубоватый шар из спрессованного льда величиной с кулак, испещренный мелкими, сложными рунами. Она целилась им мне прямо в темя.

Я взвыл от ярости и бессилия и, почти не целясь, выплеснул в нее все, что оставалось — дикий, неоформленный сгусток разрушительной энергии.

Она просто уронила снежок.

И исчезла с ветки.

Мой сгусток прожег насквозь ветку, где она сидела секунду назад, и унесся в небо. А снежок, описав короткую, немыслимо точную дугу, прилетел мне точно в затылок.

Удар был не таким, как от камня. Он был… проникающим. Холод и сила не растекались по черепу, а сконцентрировано, точечно вогнались в основание мозга. Мир на миг вывернулся наизнанку. Я резко качнулся вперед-назад. Яркая вспышка внутри черепа, потом — абсолютная темнота и тишина.

Ноги подкосились сами собой. Я не почувствовал падения. Просто оказался лежащим на спине, в пыли, уставившись в симпатичную такую голубизну. Небо было далеким и почему-то невыносимо прекрасным… В ушах звенело. Сознание плавало где-то на грани, едва удерживаясь. Я проиграл. С треском.

Шаги. Неспешные. Она подошла и встала надо мной, заслонив небо. В руках все та же злосчастная линейка.

— Ну что, Вовчик? — спросила она без тени насмешки. Голос был усталым, но… удовлетворенным. — Понял, в чем разница между силой и мастерством?

Я попытался что-то сказать, но издал лишь хриплый выдох.

— Ладно, — она вздохнула. — На сегодня хватит. Источник, говоришь, не иссякает… А вот голова-то, видать, перегрелась. И ноги не слушаются.

Бабушка наклонилась, и в ее глазах я увидел то, ради чего, наверное, и затевалась вся эта бойня. Не насмешку. Не разочарование. Интерес. И даже, черт побери, капельку уважения.

— Но силу… Силу ты сегодня показал такую, что мне, старухе, аж жутковато стало. Так что лежи, отходи. Завтра, — она ткнула пальцем мне в бок, но несильно, — начнем учиться этой силой управлять. А то так и до беды недалеко, медвежонок ты мой непутевый.

Она развернулась и пошла прочь, к дому, оставив меня лежать на холодной земле. Я проиграл. Но, глядя в ее упрямую спину, я понял — свой маленький бой я сегодня выиграл. Заставил эту невозмутимую, всезнающую бабку по-настоящему удивиться. И для начала этого было достаточно.

А еще это ее «медвежонок»… Это вообще как? Решила все-таки поиграть в добрую бабушку? Но мне почему-то от этого становится еще более жутко.

— Сынок, ты молодец! -подбежала ко мне мама и помогла встать. — Я и не ожидала,