Вадим Мельнюшкин - Затерявшийся

   - Гранатен!

   Лезу через завал и на периферии зрения замечаю метнувшуюся фигуру. Та-та-та-та-та-та... Автомат ефрейтора заливается длинной очередью. Падаю. Закатываюсь под кровать. Бац! У него карабин. Та-та-та - это я. Та-та-та-та-та - это ефрейтор. Бац - это немец. Та-та-та - попал!

   - Боря, страхуй!

   Бегу к подстреленному гансу. Живой, пытается поднять карабин. Та-та - готов. Подбираю гранату, открываю дверь, дёргаю за шнурок запала - пошла родная. В коридоре грохнуло, а полотно двери чуть не приложило меня в лоб - не с той стороны встал. Бегом по коридору, держа автомат у пояса. Надо было магазин сменить, ну да ладно - ещё больше половины осталось. А вот и вход! Нет, на улицу не пойду, нечего мне там делать. Машу ефрейтору, выглядывающему из-за угла.

   - Проверь двери.

   Их в коридор выходит ещё две и обе с навесными замками. Запертыми. Один удар, другой.

   - Оружейка!

   Ещё удар, второй, третий.

   - Есть склад!

   Самый опасный зверь это хомяк, по степени угрозы для жизни стоит сразу перед жабой. Хомяк ефрейтора может и не дотягивал до моего, но очень стремился сравняться. Уже минут пять мечется как угорелый, что-то постоянно тащит в нору.

   - Эй, закругляйся. Мы сюда за чем пришли? Детонаторы нашёл?

   - Да!

   - Так какого...

   - Ща, минирую.

   Ну, это дело, оставлять, и правда, ничего не стоит. Ещё две минуты.

   - Командир, сто секунд.

   Ага, рвём когти. Пробегая мимо вскрытых дверей, заметил брошенный по полу детонирующий шнур и дымок в одной из комнат. Видно ефрейтор постарался и оружейку заминировать. Бегом, бегом, протискиваюсь в дыру. Крамской вцепившись в огромный, связанный вероятно из простыней, куль, уподобившись муравью, шлёпает по ручью. Смотри-ка, и мне такой же приготовил, твою мать... А что делать, кому сейчас легко?

   Успели, даже пяток вздохов сделал, прежде чем рвануло. Чтобы брёвна как спички летали по небу, такого я ёщё не видел. Похоже вся деревня будет нас долго костерить - вряд ли где одно целое оконное стекло осталось, небось даже на керосинках колбы потрескались.

   - Наших никого не зацепит?

   - Да вроде не должно, - ефрейтор почесал затылок, стянув каску. - Там всего-то килограмм пятьдесят было, ну если мины считать, то чуть больше.

   - Чем тюки-то набил?

   - Детонаторов четыре коробки, три машинки, два ящика минных взрывателей, два ящика гранат, ленты пулемётные, четыре цинка патронов и по бухте детонирующего и огнепроводного шнура. Ну и мелочь какая-то - обоймы, магазины к автомату...

   Плюшкин, чистый Плюшкин.

   - Фролов, прикрываешь, через две минуты за нами. Побежали, собиратель земли русской.

   Не побежали конечно, но минут через пять были уже в лесу, где нас и догнал Фролов, на которого я сразу же спихнул свой куль - в лесопосадках автомат, на мой взгляд, практичнее пулемёта, по крайней мере огонь можно открыть чуть быстрее. А может просто тяжесть переть не хотелось. Кстати о пулемёте, это был тот самый эсэсовский трофей, и правда, оказавшийся переделкой восемнадцатого Браунинга. Мельер имел с такими дело в Польше. История с ним оказалась интересная - лицензию на производство у американцев купили бельгийцы, чуть подшаманили, ну там рукоятку пистолетную добавили, ствол сменный, и стали не только выпускать, но и свою лицензию продавать. У них её Великопольша и купила, только у этих что-то не очень заладилось - за десять лет выпустили десять-двадцать тысяч таких пулемётов, да почти все без сменных стволов, то что нам один достался это великая удача. Хотя... лучше бы СС чем немецким вооружали. Нет, вооружали конечно, но у СС своё хозуправление, что могло - то гребло, но по остаточному принципу - малосерийка, что Вермахту не в жилу, да разного рода трофеи, по той же причине. Естественно это оружие плохим не было, просто достаточно редким, а потому его ремонтопригодность являлось ограниченной. Нам это пока ничем особым не грозит - стволы были если не нулёвые, то вполне пристойные.

   На подходе к точке встречи замаскировали ношу под огромной ёлкой и двинулись очень осторожно. Всё оказалось в норме, весь личный состав, кроме пулемётного расчёта, что держал западный подъезд к деревне, аккуратно заныкался, держа круговую оборону.

   - Матвеев, как у вас?

   - Да всё в норме, патронов только пожгли уйму, жалко.

   - Не тужи, наш сапёр немецкую оружейку почистил, кроме патронов, вроде даже ленты упёр.

   - А пулемёт?

   - Не было пулемёта, товарищ старший сержант, - Крамской виновато пожал плечами. - Только ленты. Две по пятьдесят и две в коробках, наверно по двести пятьдесят. Ещё три цинка винтовочных и цинк пистолетных патронов должны быть.

   О, значит и автоматы у нас не на голодном пайке. Придётся благодарность вынести.

   - Молодец боец, объявляю благодарность, два наряда получишь после войны. Теперь бери трёх человек и быстро за трофеями.

   - Товарищ командир, а почему два?

   - По количеству тяжеленных узлов. Да, и не вздумай следующий раз всё в один увязывать, четыре получишь.

   Раздавшийся вокруг смех, изрядно разрядил обстановку.

   - Расслабляться рано, минимум половина проваленных операций, подобно нашей, как раз заканчиваются для их участников плохо при отходе.

   Только бы не спросили откуда я это знаю, потому как не знаю откуда.

   Вдруг с запада раздалась длинная, патронов на десять, очередь, после чего пулемёт забил короткими по два-три патрона. Блин, во что там Давыдов вляпался? То, что молчит автомат Потапова, может быть как плохо, так и хорошо. Плохо если не может стрелять, а хорошо если не хочет, а значит пулемёт держит противника на дальней дистанции.

   - Матвеев, остаёшься за командира. Фролов за мной!

   Надеюсь ещё одного пулемёта хватит, чтобы отсечь преследование, когда расчёт начнёт отрываться. Если что перекатами уйдём. Не прошло и минуты, даже устать не успел, как пулемёт замолчал.

   - Стой! Слушай!

   Замерли. Ничего не слышно.

   - Так, Фролов, десять шагов вправо с отставанием на пять, так что бы держать меня в поле зрения. Мои команды только жестами. Помнишь систему?

   - Да.

   - Если что-то увидел, молчишь и залегаешь, я услышу. Пошли.

   Теперь идём тихо, относительно конечно, потому как шаг всё одно не прогулочный - спешить приходится. Прошло минуты три, как впереди раздался шум и что-то мелькнуло. Махнул рукой вниз и замер в полуприседе, стрелять из такого положения не станешь, но можно не только быстро залечь, но и в сторону уйти. Двое, один в камуфляже, лиц не видно. Стучу дважды по ложу автомата. Присели.