Александр Плетнёв - Эпохи холст заиндевелый - мазком багровой кисти…

— Да. Малый не промах. Трюм там большой. Тремя бойцами не обшарить, он и спрятался. А потом видимо русскую речь услышал и вышел. Ну как тут стрелять?

— Да я понимаю. Вот куда его теперь? Его хоть к унитазу приучили?

— Ага. Пока заперт в каюте. Я его вчера допрашивал. Обнадёживающе. Я честно боялся, что мы его родичей положили, и он крысится будет. А он вроде как одиночка. Откуда-то из-под Кеми. Промысел у них был семейный, но их коч разбился ещё прошлой осенью. Кто сразу потонул, кто в горячке помер. Один остался. Мыкался. Прибился к ватаге. Тут их англы и наняли.

— Надо ж как всё складно….

— Да брось. Молодой, 22 года. Какие хитрости. Если только житейские. Глазами лупает, как на инопланетный корабль попал.

— Думаешь приручить?

— Попробуем.

— Ладно. Никуда он во льдах не денется пока. Лишь бы диверсии нам не учудил. А как будем контактировать с тем же Престиным — запирать. А то сбежит и разнесёт о нашем пиратстве.

— Само собой. Кстати, как тебе парусник? Симпатяга, а? Двинуть бы Россию к прогрессу. А на пенсию вот на таком….

— Это у тебя будет уже какая по счёту пенсия? Ты на нём гальюн видел?

— А чего? Та пенсия осталась там…, там-тарам…, за облаками. А тёплый клозет поставить дело недолгое. "Харальд". Название поменять только. И паровой "чух-чух".

— С названием народу подкинь идею. Конкурс. Всё ж развлечение, почти созидательное. А дизеля с "Ямала" не дам. Паровичёк снять, перебрать и усовершенствовать. Тоже задачка для любителя по интересу. И вообще, этот барк уже подшкипер наш забил, если что. Ха!

Дверь с "ходового" клацнула, вываливая дежурного с радиорубки:

— Здесь капитан?

— Здеся! Ты чего растаращился, словно 22 июня и Киев бомбят?

— Так это…, радио от Престина. Он получил личный приказ от Дубасова следовать в точку координат близ Канина носа и дожидаться там судна.

— От Дубасова? Погоди, а разве ….

— Я спросил. Оказывается адмирал оставался всё это время в Архангельске.

— И он молчал?

— Скорей не знал. Или имел приказ не говорить. Но обмолвился, что ожидается сам государь, я цитирую! Короче, у него есть место и время. От него до нас…, до границы пака всего двое суток его полным ходом.

— Я всё понял. О, как быстро они. Наконец зашевелились. Пошли, — кивнул помощнику, — приказывай сворачиваться на барке. Негоже царя заставлять ждать. А я в радиорубку. Поговорю с Престиным.

Смотря как к ней относиться. Можно обозвать пресловутым "паровым катком", который, понятное дело, катит по своей предначертанной исторической колее. И как свернуть, увести по иному пути эту махину?

А можно назвать по-доброму — тётушкой-историей, которая упрямится, кряхтит, пытаясь разложить всё по своим полочкам, звено к звену — неумолимой цепи событий.

Лирика, в общем-то.

А потому что всё опять-таки утыкается в человекоматериал.

В живых, неповоротливых, думающих, косных, власть предержащих и простых, трибунов и исполнительных винтиков.

Тем не менее, изменения были, изменения накапливались.

Надо отдать должное предкам….

Это скорость транспортных средств и коммуникаций у них помедленней, и ритм жизни потише, но быстродействие человеческого мозга, что в 19, что 21 веке одинаковое.

Поверили ли сразу? Ой! Люди порой активно не хотят верить в то, что им не по нраву.

Но арифметика с двумя двойками предкам была известна, что плюсовать, что множить — четыре. А именно в таком простом ключе была выставлена информация для высокопоставленных лиц в Петербурге: причина — следствие, следствие следствия — результат. Пока лишь по самым первым проблемам. Те, что лежали на поверхности — война, революция.

Так вот, продолжим. Надо отдать должное ответственным лицам в созданном Специальном Совете при императоре — они не стали распылять силы, поставив на главное. Конечно, эти господа (не ниже "превосходительства") опирались на предложенный "гостями из будущего" план, теперь зная, чем всё закончилось там у них.

А тут, кстати, следует учитывать, что к локализации кризиса были привлечены те военные и чиновники империи, которых упомянули выходцы из будущего, основываясь на своих постзнаниях. То есть, были выбраны зарекомендовавшие себя в истории профессионалы. Естественно абсолюта тут быть не могло и совсем уж в кильватере у "попаданцев" Романов не следовал. Были у него и свои доверенные лица и свои, так сказать любимчики. И родственники.

И не все, кстати, при этом посвящались в "большую тайну". Как, например адмиралу Небогатову была поставлена задача натаскать артиллеристов экипажей броненосного отряда на стрельбу с самых предельных дистанций.

Чем он и занимался, пока шла подготовка кораблей и судов к непростому северному походу.

Сменяя экипажи, адмирал регулярно выходил в море, с правом расстрелять столько-то стволов и столько-то снарядов.

Однако, дальше.

Проанализировав предоставленные факты, члены Совета пришли к неутешительному выводу — Порт-Артур отстоять не удастся.

Тем не менее, делалась ставка на спешный ввод в строй новейших броненосцев, быстрая передислокация отряда кораблей Северным путём и соединение с тихоокеанскими силами. Завоевание господства на море.

Однако получив предварительный отчёт о сроках выполнения работ на верфях, сопоставив все даты, отсчитав время на реализацию, поняли — не успевают. По версии пришельцев, японцы уже 25 июля будут обстреливать стоящие в гавани корабли порт-артурской эскадры.

Все приказы Куропаткину и попытки деблокирования осаждённой крепости ни к чему не привели. Всё прошло, как и в известной истории.

Вместе с тем ещё в начале июня из Петербурга последовало предвосхищающее распоряжение подготовить позиции и укрепить оборону на так называемых "перевалах". Не дать или как можно дольше задержать захват противником Волчьих гор и ближайших возвышенностей, тем самым не допустив установку осадных орудий на подступах к крепости.