Александр Маркьянов - Сожженные мосты

3. Во избежание военной конфронтации, не нужной ни одной из сторон, предлагаем прекратить подготовку к вооруженной агрессии против Афганистана и отвести войска от афгано — персидской границы не менее чем на пятьдесят морских миль.

Писано в Лондоне 18.06.2002 г.

Заверено Лордом — хранителем Печати

Я перечитал это раз. Потом еще раз. Потом еще. Не укладывалось в голове. Столь наглая и неприкрытая ложь в сочетании с угрозой требовала достойного ответа.

— Вы читали это сами, сэр?

— Увы, нет, милорд.

— В таком случае — извольте ознакомиться, сэр.

— Уместно ли это, сэр? — поднял брови сэр Уолтон.

— Уместно, милостивый государь, уместно. Порядок передачи избрали не просто так и мне сегодня писать послание на Высочайшее имя. Прочтите же!

Сэр Уолтон достал что-то типа лорнета, неловко держа послание перед глазами, быстро его прочел. Затем вернул мне.

— Нельзя сказать, что я этого не ожидал, сэр.

— Сэр, это наглая и неприкрытая провокация, не побоюсь столь жестких определений. Вы должно быть понимаете, что тот, кто разговаривает с Россией и с ее Государем в таком тоне — сильно рискует, кем бы он ни был.

— Сэр, возможно, нашим министрам следует определиться с реакцией на это?

— Определяться будем, прежде всего, мы, сэр! Это послание появилось не просто так! Кто-то положил на стол Королеве информацию о том, что готовится вооруженная агрессия. Кто-то убедил ее написать послание сие — и я со страхом, признаюсь, представляю реакцию Государя на это послание. Сэр, что вам известно об этом?

Британец видимо не ожидал такого напора с моей стороны — какое-то время он сидел молча, продумывая ответ.

— Сэр, это послание и в самом деле явилось результатом долгого и тщательного расследования с проверкой поступивших фактов.

— Проверкой фактов? О каких фактах вы говорите, сэр? Вы говорите о фактах — можете мне представить хоть один факт, неопровержимо говорящий о том, что готовится вторжение?

Британец ощетинился.

— Сэр, я не обязан вам ничего доказывать!

— Сэр, вы желаете потребовать паспорта?[282] — не остался в долгу я.

Сэр Уолтон снова погрузился в раздумья.

— Господин Воронцов… Я могу дать вам некую… информацию подтверждающую правдивость моих слов и справедливость наших опасений… — сказал он — но не здесь. Эта информация ни в коем случае не должна покидать стен британской дипломатической миссии, иначе это будет преступлением против Короны. Но я ознакомлю вас с некоторыми документами, сэр, хотя бы потому что не хочу получать паспорта.

— Вот как?

— Сэр, я хочу вас пригласить в британское посольство. Только там я вас смогу ознакомить с этой информацией, не вынося ее из здания.

О как! Среди нижних чинов в таком случае говорят — сам то понял, что сказал?

— Сэр, учитывая тон и характер письма — а оно представляет из себя ни что иное как ультиматум, мое посещение британского посольства напрочь исключается до тех пор, пока поднятые в ноте вопросы не получат должного разрешения. Вы понимаете, сэр, что вы угрожаете Российской империи войной?

— Сэр, скорее это вы угрожаете нам войной. Мне поручили передать кое-что вам на словах — чтобы вы ознакомили с этой информацией тех, кого сами посчитаете нужным ознакомить. Старший из принцев Британии, принц Уильям изъявил желание проходить военную службу не на островах, а там где опасность максимальная, дабы своим мужеством подать пример подрастающему поколению британцев. Ее Величество не смогла отказать внуку в его желании, и два дня назад он прибыл для прохождения военной службы в лагерь британской армии на базе Баграм.

Как бы я не относился к британцам — но не уважать их в такие моменты было нельзя. Правда и цесаревич Николай не только служил в десанте, но и не колеблясь пошел на штурм захваченной террористами атомной станции, нарушив прямой запретительный приказ Генерального штаба. Он рискнул — и выиграл, освободил станцию и остался в живых.

— Сэр, это совсем недалеко от Туркестана. Да и места там, признаюсь… опасные. Там стреляют и стреляют много.

— Стреляют из оружия, которое вы туда поставляете, сэр. Но мужчины из рода Виндзоров никогда не кланялись пулям и никогда не уклонялись от опасности. Мужчины из рода Харрисов — тоже.

Думаете, мне стало стыдно? Ничуть. Весь стыд сгорел у меня в Бейруте, в расстрелянном и сожженном городе, потерявшем за несколько дней несколько сот тысяч человек. Стыда больше не было — была лишь ненависть к врагу. И со временем она не ослабевала.

— Похвально, сэр Уолтон, похвально. Но посетить британское посольство я решительно отказываюсь. Поскольку и вы не сможете вынести документы — предлагаю компромисс. У вашего посольства, сэр, насколько мне известно, разбит прекрасный регулярный сад.

— Это так, сэр и признаюсь — это лучший регулярный сад в стране.

— Несомненно. Вы не откажетесь провести для меня экскурсию по вашему прекрасному регулярному саду, не правда ли, сэр Уолтон? Ведь территорией Великобритании является вся территория за оградой посольства, а не только здание посольского комплекса?

— Да, конечно, сэр.

— Так я могу рассчитывать на экскурсию по саду, сэр Уолтон? В обмен обязуюсь по первому вашему требованию с гордостью продемонстрировать наш сад — здесь посажено девяносто девять сортов роз и это делает честь нашему садовнику.

Сэр Уолтон задумался, решая, может ли он на это пойти. Но ненадолго.

— Полагаю, я могу провести для вас экскурсию, господин контр-адмирал. Буду рад принять вас через час, такое время вас устроит?

— О, вполне…

Надо было подготовиться…

Проводив посла — только до дверей посольства, как уверил меня сэр Уолтон дальше он найдет дорогу, я повернулся к возникшему как по волшебству рядом советнику Кондратьеву.

— Командира группы охраны ко мне. Срочно.

Командир группы охраны появился, едва я только успел вернуться в свой кабинет и сесть за стол. В дверной проем он не прошел — протиснулся. Я вообще то считаю себя высоким человеком — но тут…

— Попробую угадать — сказал я — лейб-гвардии Семеновский, верно?

Здоровяк улыбнулся.

— Так точно, ваше превосходительство господин контр-адмирал. Командир дежурной смены охраны, поручик Его Величества лейб-гвардии Семеновского полка Скобцов по вашему приказанию явился.

А кто же еще кроме семеновцев? Только в Семеновский полк отбирают — рост от двух до двух десяти. Русские богатыри. Кстати, для работы по охране посольства — не сказать, что нужны именно такие здоровяки.