Фантастика 2026-182 - Татьяна Петровна Крылова
— Что сейчас со мной было дроу? — Глядя на руки и не сходящее с них золотой свечение спрашиваю я.
— Ваша сущность, Владака… — Произносит в ответ та. — Это сила есть ни что иное как Магия пробудившаяся в вашем теле…
— Гвиний говорил я не обладаю магией. — Отвечаю я.
— Гвиний смертный, и как любому смертному, ему свойственно ошибаться. Хотя, как по мне, его решение не было ошибкой, скорее всего, тот просто не смог найти нужное из-за вашей Непостижимой сущности. Сейчас, вас укутывает Божественное Пламя Людвига, мне пару раз рассказывали о чём-то подобном, и всё это время, наблюдая за вами я ждала, когда, оно наконец-то признав вас покажет свою силу. Я была уверена, и оказалась права!
— Искра, об этой силе ты говоришь? — Спрашиваю я и дроу несогласно мотает головой.
— Это уже не Иска мой господин. Возможно, это самое настоящее Божье Пламя.
— И что оно даёт? — Вновь задаю вопрос и дроу на минуту умолкает, а я, перевожу свой взор на стены.
Флаги нашего врага приспущены. Выглядывая из-за бруствера, воины на службе Иоана прибывают в замешательстве. Только что, их главный защитник, сильнейший из воинов святого престола и первый меч империи, пав на колени убил себя. Наверняка они все знали о том требовании с коим Бальтазара послали ко мне. Разумеется, каждый из них в душе надеялся что я или тот же инквизитор умрём, а им не придётся проливать свою кровь. И вот, теперь, пусть и с погрешностями, но воля Иоана, а так же его бывшего слуги исполнилась. Воины престола в замешательстве, они растеряны, и не знают как быть дальше.
— Эта сила даёт вам власть мой господин… — Глядя на то как постепенно воины Иоана растягивают и очищают для нас врата, произносит Крон Элкантра. — Владыка, идите и займите его, ваш законный престол, а мы сделаем так, что бы никто более не посмел стать у вас на пути.
Не проявляя враждебности к замершим на стенах защитникам, большинство из которых стянув с голов свои шлемы по прежнему таращилось на место где погиб Бальтазар, наше войско двинулось в Столицу.
— Скаты, подонки…Пытаясь за шкирку притянуть к вратам ополченцев, кричал аристократ. — Заприте врата, деритесь, деритесь чёртовы сукины дети! — Когда мой конь уже пересёк черту врат, верещала в подтверждение первому, парочка окружённых своими же бойцами аристократов.
Чувствуя силу внутри своего тело, убираю руку с меча, а затем, направив ту в сторону схватившихся за оружие предателей аристократов.
Гнев, страх, желание предать, сбежать, сделать всё ради того что бы только выжить. Я чувствую их эмоции, их страх, а вместе с ним и ту силу что всё сильнее и сильнее разгорается внутри меня.
— Убить предателей… — Слова натянутой струной звенят в воздухе. В глазах нескольких рыцарей вспыхивает синее пламя. Готовясь сражаться против моих воинов и отвернувшихся от них ополченцев, те едва успевают сделать шаг на встречу мне, как их пламя тухнет, и на смену ему приходит золотистых блеск их ярких глаз.
— Славься Бог Император! — Пол десятка подчинившихся моей воле, идут к своим господам, а затем, без лишних мыслей начинают разить тех клинками и булавами, дробя броню, черепа и кости. Ещё пол десятка, как некогда и Бальтазар, терзаясь в сомнениях перерезают себе глотки. Магия Иоана, кажется дешёвой копия той, которую создал Император Людвиг. Контроль сознания, управление телом и полное повиновение. Бывший император изобрёл невероятно грозное оружие, но и у того был изъян, ведь, помимо группы подчинившихся и сопротивлявшихся, была ещё и третья группа, на которую я совсем влиять не мог.
Спросить о причинах подобного, не рискуя раскрыть главный козырь оставившего мне такой подарок Людвига, я не мог. От того, лишь покосившись на Крон Элкантру и Гвиневру, размышляя о возможных причинах, вместе со своей армией продолжил путь к разрушенному дворцу.
Вдоль руин оставшихся от гильдии Авантюристов, с прибитыми к ней и сожжёнными человеческими телами. А ведь когда-то благодаря этому месту я создал первый спец отряд, что в последующем помог мне установить контакт с Дроу.
Вдоль невольничьего рынка, что из красивого, переполненного торговцами места, превратился в пыточную площадь, уставленную клетками, виселицами, гильотинами. И засыпанный сотнями обезображенных, не похороненных тел погост. А ведь именно здесь я купил своих первых, самых пугливых и ласковых рабынь, показавших каким прекрасным может быть этот мир.
Ностальгия о былых, беззаботных деньках, каждый раз когда я закрывал глаза накатывала приятными, тёплыми волнами. А после, стоило лишь векам приподняться, всё доброе исчезала, показывая весь тот ужас и бардак, оставленный моими никудышными братьями.
— Магнус, отбери своих лучших парней, Элкантра, а ты девчонок из своих Бессмертных. Пусть объединятся с теми кто знает старшую сестру Дэримэ и отправляются на её поиски. — Отдал команду я.
— Будет исполнено, но, если она мертва, как прикажете действовать тогда? — Спрашивает дроу.
— Всех косвенно или напрямую причастных взять в плен и на торговую площадь. Будут сопротивляться рубить на месте. В методах избавления от врага выбирать тот который более болезненный. — Отвечаю я.
— Как можно более Болезненно? Хм… Такое мои девочки любят, будет исполнено Владыка.
Воины Иоана, его верные и не очень слуги, благодаря моей силе, и из-за собственного страха без сопротивления склонялись перед нами. Руками показывая в сторону в сторону имперского дворца. 'Иоан закрылся в тронной, велел верным тому бойцам забаррикадировать двери и готовить магические заклятья. Очередной правитель этого города оказался преданным, и заперт в смертельной ловушке своими же бывшими слугами. Иоан уже знал что я иду за ним, и готовился дать свой последний бой.
— Господин, если прикажете, я и мои люди можем ослабить действие всей магии в области над дворцом. Теперь, когда за нами столь огромный численный перевес, думаю у нас может получиться ослабить сам дворец. — Предложила свои услуги Гвиневра. И я разумеется согласился. Более трёх часов людям Волши понадобилось на то что бы объехать по кругу весь дворец, и заняв позиции поднять над крепостью свой купол. Ещё около часа внутри его звучали взрывы, кто-то из магов пытался прорваться, но всё сводилось к одному, к неудаче. Атаки врага ослабевали и тот выдохшись, решил сберечь остатки своих