Окончание кровавой весны 91-го - Алексей Шумилов

Социопатия, это, прежде всего, пренебрежение к правилам общества, отсутствие вины за причиненный вред, склонность к агрессии и преступлениям. Такие личности весьма импульсивны, действуют под влиянием чувств, обманывают, используют других людей для получения выгоды, склонны к спонтанному насилию и манипуляциям. Они менее организованы, часто действуют под влиянием чувств, без оглядки на последствия. Тут Андрей абсолютно прав. А так и психопат и социопат, это разновидности асоциального расстройства личности. Первые — хладнокровные, расчетливые «хамелеоны», подстраивающиеся под окружающую среду и тщательно продумывающие свои действия, вторые часто совершают преступления импульсивно, под влиянием текущего момента.

Причины возникновения психопатии и социопатии могут различаться. В первом случае может быть генетическое отклонение, врожденные особенности мозга, которые проявляются в различном возрасте. Во втором, в основном последствия разных психологических травм, влияние неблагоприятной среды, других внешних факторов, влияющих на формирование личности.

— А почему ты сказал, что маньяк временами ведет себя как социопат? — поинтересовалась брюнетка, внимательно изучая лицо Андрея.

— Потому что, многие его действия, по большому счету лишены логики, — пояснил Максимов. — Например, провокация нападения на РОВД. Понятное дело, он подготовился, чтобы на него не вышли, но большого смысла это не имеет. Скорее, как игра, самолюбование, импульсивный поступок, чтобы «наказать ментов». Рассчитывать, что толпа алкоголиков нанесет серьезный вред, разгромит участок, уничтожит какие-то документы, как минимум, глупо. Второй момент, похищение Леры на вокзале. Сработал грамотно, но под влиянием момента. Эта была отличная импровизация, но которая могла плохо закончиться. Столкнулся бы он со мной, например, у туалета в здании вокзала, где полно народу, мог там и остаться до прибытия милиции. Вот почему это больше похоже на поступок социопата, хотя маньяк им не является. Просто убийца, повторюсь, адреналиновый наркоман, получает удовольствие от рискованных операций, любит импровизировать. При этом действует грамотно, свои действия продумывает так, чтобы не попасться. Вот почему я говорю, у него «комплекс Наполеона», несмотря на высокий рост. Он чувствует себя выше других людей и постоянно старается это доказать, идя на риск и добиваясь успеха. Со мной он впервые обломался по крупному, получил повреждения, был вынужден бросить жертву и уносить ноги. Все его планы были поломаны и легенда, под которой жил, вскрыта. Поэтому «пореченский маньяк» от меня не отстанет, пока не отомстит и снова не докажет своё превосходство. Иначе всю оставшуюся жизнь будет чувствовать, что его уделал какой-то пацан, а это очень влияет на самооценку. А тут ещё я его в газетах и на телевидении щедро дерьмом из шланга поливаю. Нет, никуда он не денется. Теперь разобраться со мной, для него вопрос чести. Уверен, он даже спать спокойно не может, зубами скрипит, от накатывающей ненависти. Так что, можете не волноваться — наш план обязательно сработает. Если его до этого не поймают, обязательно попробует со мной разобраться.

Громкие хлопки в наступившей тишине прозвучали выстрелами:

— Браво, — с чувством заявил Стас, продолжая хлопать в ладоши, — Просто поразительно. Я бы не смог сказать лучше. Отличный анализ. Все логично разложено по полочкам. У меня такое ощущение, будто ты не школьник, а мой коллега.

— Ладно. Дискуссию на эту тему считаем завершенной, — усмехнулся следователь. Открыл папку достал фотографию, придвинул её к Максимову:

— Глянь.

Андрей посмотрел. На явно увеличенном снимке стоял мужчина поношенном сером костюме. Ледяной холодок узнавания пробежал по груди Максимова. Опущенная голова, с надвинутым на глаза козырьком кепки, мешала рассмотреть лицо во всех подробностях, но крепкая фигура, квадратные челюсти, линия подбородка, тонкие поджатые губы, каждая узнаваемая черточка вопила — на фотографии был «пореченский маньяк».

— Это он, убийца — еле выдавил пересохшими губами Максимов. — Где вы нашли этот снимок?

— Руководство «Красных Зорей» решило сделать коллективную фотографию на пятидесятилетие, — усмехнулся следователь. — Наняли фотографа, Виктор Лемешев, или кто он такой на самом деле, от присутствия на групповом снимке отказался, сказал, нездоровится ему, попросил на тот день отгул. Но не знал, что фотограф будет несколько дней ходить, по конторе, складам, полям, производству и всё снимать, поскольку председателя озарила идея сделать подарочную книжку-буклет в честь памятной даты. В объектив он попал совершенно случайно. Выходил из склада, а тут фотоаппарат щелкает, снимки делает. Успел только башку опустить, но мозгов хватило, скандал устраивать не стал. Этот снимок, кстати, в буклет не попал, сам фотограф о нём давно забыл. Только когда мы стали всех шерстить, вспомнил. И это ещё не всё.

— Что-то ещё имеется? — Максимов невольно напрягся.

— Имеется, — довольно подтвердил Александр, прищурился, внимательно рассматривая невозмутимое лицо Андрея. Виктория Алексеевна придвинулась, впившись взглядом в Максимова.

— Тебе название Бурмистровка ни о чём не говорит?

— Нет, конечно, — спокойно ответил Андрей. — А что должно говорить? Не понимаю, чего вы меня взглядами гипнотизируете? Если в чем-то подозреваете, скажите прямо.

— Просто проверяли одну идею, не обращай внимания, — следователь расслабился и откинулся назад на спинку стула. Виктория улыбнулась, взгляд смягчился.

— Что касается Бурмистровки, — продолжил Александр Владимирович. — В «Красных Зорях», когда Лемешев разошелся со своей сожительницей Любкой и переселился в бесхозную хату, выделенную председателем, к нему многие местные женщины клинья подбивали. Одна из них, Антонина Иваненко, такая дама в теле, работала в бухгалтерии, постоянно преследовала Лемешева. Он аккуратно отбивался, как только мог. Однажды на одном празднике она его подпоила и домой к себе поволокла, мол, переночуешь у меня, тут рядом. Он уже никакой был, ничего у них не вышло. Так вот когда она укладывала его в кровать, у Лемешева паспорт выпал из пиджака. Она подняла и, конечно же, совершенно случайно заметила фото за обложкой. Там была изображена молодая статная женщина в косынке, и подпись на обороте, «Мама. Бурмистровка, 1955-ый год».

— Фотография сохранилась? — быстро спросил Максимов.

— Откуда? — развел руками следователь. — Антонина её обратно в паспорт положила и с тех пор не видела. Мы сами об этом чудом узнали. Трясли весь коллектив «Красных Зорей» долгими часами. Все добытые сведения — заслуга товарища капитана. Умеет раскалывать до самого донышка и залезать в душу.

— Александр Владимирович кивнул на чуть