Владимир Потёмкин - История димломатии, том 1

Помощь французского правительства американским колониям.

23 декабря 1776 г. Франклин, Дин и Ли обратились к министру иностранных дел Вержену с первой в американской истории формальной дипломатической нотой. В этой ноте и в переговорах американцы предла­гали заключить договор о торговле и о союзе с Америкой и просили о посылке восьми военных кораблей, чтобы выручить суда фирмы «Горталес», блокированные английскими крей­серами. В ответ на это Вержен обещал тайную помощь. Дей­ствительно, в течение года французское правительство выдало американцам 2 миллиона ливров в качестве дара, кроме того, дало взаймы еще 1 миллион. Однако основной вопрос — о союзе — Вержен пока отказался рассматривать.

Из ненависти к англичанам французское правительство оказывало американцам денежную помощь, но все же рас­сматривало американцев как «мятежников». Желая помочь американским колониям, их друг Бомарше обратился к Лю­довику XVI с письмом. Он заверял короля, что помощь аме­риканцам будет оказываться только для того, чтобы уравнять их силы с английскими и затянуть войну до бесконечности. Мысль эта показалась Людовику XVI дельной. Однако даже и такая помощь «мятежникам» беспокоила короля. Он считал, что, соглашаясь помочь американцам, он поступает нехорошо. Все же помощь была оказана.

Между тем положение колоний было близко к катастрофе. В августе 1777 г. послы Американской республики представили Французскому правительству меморандум. В нем говорилось, что, в случае если Франция не сумеет оказать более эффективную помощь, американские колонисты заключат с Англией мир. Во Франции по­няли, что эта угроза вполне реальна, тем более что и в Америке и в Англии имелись сторонники прекращения войны. Несмотря на это, Вержен не спешил с ответом. Тогда Конгресс начал переговоры с Англией. Однако вследствие успехов англий­ских войск эти переговоры были прерваны английской сто­роной. В декабре 1777 г. из Америки пришла в Париж депеша о крупной победе американцев под Саратогой над английским генералом Бургойном и о взятии его в плен с армией в 6 тысяч человек. Но и после этой победы французское правительство не сразу решилось оказать Америке более осязательную поддерж­ку. Вержен придавал большое значение ходу возобновившихся переговоров о мире между Соединенными штатами и Англией. Для того, чтобы узнать о результате этих переговоров, он нанял шпиона — владельца дома, в котором жили Франклин и Дин. Этот шпион подслушивал у дверей и собирал сведения другими подобными способами. Он сообщил Вержену, что переговоры идут полным ходом, и что мир скоро будет подпи­сан. Победа под Саратогой и донесения шпиона убедили Вержена и Людовика XVI в том, что надо действовать немедленно: дальнейшее промедление могло обеспечить победу Англии и грозило потерей Францией вест-индских колоний. Тесно свя­занный с Франклином, Бомарше усиленно убеждал Людови­ка XVI в необходимости союза с Соединенными штатами.

6 декабря Вержен сообщил, что французское правитель­ство решило начать переговоры о союзе. Этой мерой Вержен хотел продлить войну между колониями и Англией для даль­нейшего истощения обеих сторон. Получив обещание союза, Соединенные штаты прервали переговоры с Англией. Однако Вержен, добившись этого результата, снова перестал спешить. Он сообщил Франклину, что договор о союзе будет заключен только после того, как к нему присоединится Испания. Между тем ответ от испанского правительства не мог быть получен по той простой причине, что Вержен и не запрашивал мнения Мадрида по этому поводу. Наконец, 6 февраля 1778 г. Фран­клин подписал два исключительно важных договора с Фран­цией — о союзе и о торговле. Договор о союзе, означавший для Франции вступление в войну с Англией, был составлен на началах полного равноправия обеих сторон. По этому договору Франция гарантировала независимость Соединенных штатов.

В то же время Соединенные штаты давали гарантию француз­ским владениям в Америке. Соединенные штаты получали право заявить притязания на британские владения на амери­канском континенте, на Бермудские острова, а Франция — на вест-индские владения Англии.

В 1778 г. вместо Сайласа Дина, которого обвинили в разгла­шении условий секретного договора о союзе с Францией, был прислан из Америки Джон Адаме.

По общепринятым правилам дипломатии посол в какую-либо страну может быть назначен только с согласия ее правительст­ва. Адаме предложил Конгрессу прене­бречь этими правилами. Он советовал назна­чить послов во все страны, с которыми Соединенные штаты желали иметь отношения, без согласия пра­вительств этих стран. Франклин протестовал. Но он был лишь одним из трех членов посольской комиссии, и его заставили подчиниться большинству.

Артур Ли был послан в Мадрид — испанское правитель­ство остановило его в пути. Тогда он получил назначение Берлин, явился туда, но не был принят Фридрихом II. Его брат Уильям Ли был послан в Берлин и в Вену, но не опал ни в одну из этих столиц и остался в Париже, проводя время в ссорах с Франклином. Адаме был направлен в Гаагу, о не добился признания Соединенных штатов Голландией, несколько позже Френсис Дана безуспешно пытался получить признание своей страны при дворе Екатерины II.

После заключения договора 1778 г. англий­ское господство на море было подорвано. Против Англии выступили две сильные морские державы — Франция и Испания. Все же Англия продолжала претендовать на господство на морях: она захватывала суда нейтральных держав, чтобы пресечь торговлю с воюющими против нее стра­нами. В 1779 г. Георг III обратился к Екатерине II с тре­вожным письмом следующего содержания:

«Сестра моя!.. я восхищен был величием ваших талантов, благородством ваших чувств и широтой ваших взглядов. Нынешнее положение в Южной Европе представляет этим качествам новую возможность выгодно развернуться и до­вершить славу вашего царствования. Намерения врагов моих, будь они даже тщательно маскируемы, не могли бы ускольз­нуть от проницательного взора вашего величества. Но враги мои и не пытаются вовсе скрыть их: они с аффектацией откры­вают их всем, хвастают своими проектами и чаяниями, рас­считанными единственно на то, чтобы перевернуть всю Ев­ропу вверх дном. Их проекты могут осуществиться, если в такой критический момент ваше величество останется равно­душным зрителем. Применение, даже частичная демонстра­ция, морских сил могли бы восстановить и укрепить спокой­ствие Европы, рассеять организовавшуюся против меня лигу и утвердить систему равновесия, которую эта лига стремится уничтожить. Я желал бы и всегда буду желать мира, но на условиях, гарантирующих сохранение моих прав, интересы моих друзей и союзников, нераздельно связанных с нашими, на условиях, соответствующих достоинству моей короны.