Андрей Захаров - Пропавшие без вести

— Трепачко обнаружил на противоположной стороне ущелья, вырубленную в отвесной стене скалы и мощеную каменными плитами дорогу. Она идет вдоль хребта и обрывается недалеко от расщелины, куда река течет. Похоже на то, что когда-то там был проход, но землетрясение ее разрушило и засыпало. Казаки на нее поднялись, но дальше не пошли. Дорога шириной метра три будет и ведет вверх, в горы, в сторону от этого хребта. — пояснил ротмистр.

— В горы нам пока не надо. — промолвил капитан Невзоров. — Потом проверим эту дорожку. А вот подойти к расщелине, куда река бежит, считаю необходимым.

— Поддерживаю. — резюмировал Уваров. — Завтра выдвигаемся в район найденной расщелины. А там, посмотрим…

— А сколько до нее? — поинтересовался Бондарев.

— Со слов Трепачко, верст семь будет. Так что, если с утра выйдем, то к обедне дойдем. — ответил Новицкий. — А что со второй группой вашего земляка? С профессором? Связь есть?

— Пока, тишина. — с сожалением произнес Уваров. — Как в воду канули. Боюсь не случилось ли с ними беды…

Уже несколько часов подряд, группа Антоненко блуждала по каменному лабиринту. Тоннели, в которые они попадали, имели трапециевидное сечение с изменяющейся шириной и повороты направления под углом ровно девяносто градусов. Ни одного скошенного овального поворота или помещения! Только трапеция, прямоугольник или квадрат. Несколько раз они попадали в тупик или упирались в большие прямоугольные плиты, закрывавшие какие-то комнаты, сдвинуть которые не хватало сил. Высота коридоров была не меньше пяти метров, а иногда и более. Попытались определить направление движения по компасу, но это не принесло каких-либо результатов. Компас в системе ходов вел себя ненормально, и определить азимут движения с его помощью было просто невозможно. Иногда, проходя мимо комнат закрытых каменными плитами, начинала жутко болеть голова, не осознавая своих действий, все старались побыстрее убраться с этих мест.

Старый способ нахождения выхода с помощью горящей спички, также не помог. Николай, почувствовав, что в лабиринте постоянно присутствует свежий воздух, решил с помощью горящей спички определить, откуда же он дует. Особых результатов это не дало. Они нашли строго периодично расположенные вентиляционные шахты шириной около полуметра. Сначала хотели запустить в них самого маленького, Будаева, но в последний момент Антоненко передумал. Бойца можно потерять, а толку с этого никакого. Вентиляционные шахты вели вертикально вверх-вниз или в сторону, создавая эффект вытяжной трубы. Но откуда-то воздух все-таки поступал сюда!? Откуда именно — это оставалось тайной за семью печатями!

Несколько раз они переходили из одного уровня в другой. Сверху вниз и снизу вверх. При этом переходы находились в больших, совершенно пустых квадратных или прямоугольных комнатах, скорее напоминающих своими размерами небольшие концертные залы. Именно в комнатах, а не в пещерах! Аккуратно вырезанных в скальной породе, без малейшего намека на каменный топор или оборудование рубежа 20–21 веков нашей эры. В некоторых из них стоят столы, сделанные из неизвестного материала. На ощупь столы были не каменными, а выглядели скорее пластмассовыми, но на поверку — тяжелые и твердые, как сталь.

На стенах тоннелей они обнаружили характерные прямоугольные выемки, которые в их мире служат для прокладки кабеля.

Нечипоренко даже в сердцах воскликнул: "Словно лазером прошлись, даже края не оплавили, строители хреновы!".

Поняв, что немного заблудились, решили экономить свое освещение, выключив все фонари, за исключением главного, принадлежащего Нечипоренко, к которому имелась запасная аккумуляторная батарея.

Только профессор Левковский, в нарушении этой договоренности, периодически останавливался и присвечивая себе фонариком, что-то рисовал в своем альбоме.

Несколько раз натыкались на большие залы, в которых вместо пола были бассейны с водой. Но не со стоячей, а с чистой водой! Сразу было заметно, что вода в них была проточная, так как уровень на стенках почти не изменялся, а привычной зелени на поверхности не было вообще! Как вода попадала сюда, была настоящая загадка!

В одном из таких залов, состоящих из двух уровней, сквозь трещину в стене, обнаружили свет. Трещина была не маленькая, метра два в высоту, метр в ширину и несколько метров толщиной. Сначала хотели на веревке спуститься в неё и посмотреть что там снаружи, но увидев, какой напор воды выходит через эту трещину, отказались от такой идеи. Никто не хотел потерять члена команды из-за простого любопытства.

Благодаря свету, проникающему через трещину, немного удалось разглядеть, что там, снаружи. Увидели только крутой склон горы густо покрытый зеленой травой с небольшими островками невысоких деревьев. По-видимому, вода, падая вниз, образовывала водопад, переходящий в горный ручей.

Нечипоренко попытался настроить рацию, но ничего не получилось.

Антоненко объявил привал. Немного посидели в лучах солнца попадавшего в каменный зал, перекусили. Бьющий сквозь трещину дневной свет, расслаблял и успокаивал, плюс еще доносившийся убаюкивающий шум падающей воды… После длившегося несколько часов подземного хождения и психического напряжения, все отрубились. Говоря нормальным языком, просто уснули…

Николай проснулся от ощущения, что кто-то целится ему прямо в глаз лазерным прицелом. Немного отодвинув голову в сторону и приоткрыв глаза, он увидел, что луч красного заходящего солнца падал на противоположную стенку зала и отражаясь от какого-то блестящего предмета, бил прямо ему в глаза.

Антоненко приподнялся и осмотрелся по сторонам. Вся группа, расположившись в различных позах, спала. Посмотрев на часы, Николай определил, что проспал он не менее трех часов.

"Хороший отдых себе устроили! А дело-то не сделано! Надо, на хрен, выбираться отсюда, а то достанутся наши белые косточки только археологам лет этак через миллион! Если они, конечно, сюда еще доберутся!" — подумал он. — "А что это за фигня мне в глаз светила?".

Осторожно переступая через ноги расположившихся прямо на полу товарищей, он подошел к противоположной от трещины стене.

Возле входа в зал, в стене, на уровни груди, была небольшая выемка, размером шестьдесят на сорок пять сантиметров. В выемке находился металлический плоский лист весь покрытый какими-то линиями, квадратиками и прямоугольничками. Большая часть этого листа была покрыта пылью. Только нижний угол был немного открыт и от него отражался луч заходящего солнца.