Георгий Литвин - На развалинах третьего рейха, или маятник войны
Центром создания кадров нового руководства становятся Совмин Российской Федерации и Ленинградский обком и горком партии. Душой нового руководящего слоя был Н. А. Вознесенский, председатель Госплана СССР, член Политбюро ЦК ВКП(б). Образуется сплоченная группа лиц, куда входили член Оргбюро, секретарь ЦК партии А. А. Кузнецов, председатель Совета Министров РСФСР М. И. Родионов, кандидат в члены ЦК, первый секретарь Ленинградского обкома и горкома П. С. Попков, второй секретарь Ленинградского горкома Я. Ф. Капустин, председатель Ленинградского горисполкома П. Г. Лазутин.
С 1946 по 1948 год Ленинградская партийная организация подготовила для России около 800 человек новых русских руководящих кадров. П. С. Попков стал членом Президиума Верховного Совета СССР, и другие ленинградцы были выдвинуты на работу в центральные партийные и государственные органы.
Имеющиеся в распоряжении историков материалы дают представление о реальной расстановке национальных русских и космополитических сил в высших эшелонах власти. Условно говоря, к «русской партии» в высшем руководстве принадлежали следующие лица: сам Сталин, кандидат в члены Политбюро А. С. Щербаков (умер в 1945 г.), члены Политбюро А. А. Жданов и Н. А. Вознесенский, секретарь ЦК А. А. Кузнецов, руководители ленинградской партийной организации. Им противостояла группа влиятельнейших руководителей — члены и кандидаты в члены Политбюро Маленков, Берия, Каганович, Микоян, а также ряд колеблющихся деятелей партии и государства, как правило женатых на еврейках: Молотов, Андреев, Ворошилов. В конце 40-х годов вплоть, до смерти Жданова, шансы русской партии на политическое руководство страной были очень велики. Такое положение вызывало у космополитической части руководства чувство тревоги и ненависти к «русской партии». Смерть Жданова в 1948 году резко изменила расстановку сил в высшем эшелоне власти. Фаворитом Сталина, как и во время войны, вновь стал Маленков. Вместо отстраненного по ложному доносу Кузнецова ключевой пост секретаря ЦК по подбору и расстановке кадров получил Хрущев. К альянсу Маленков — Хрущев присоединяется и Берия. Объединившись, они становятся самой влиятельной в государственном аппарате силой. Как в последствии подтверждал Каганович, за два-три года перед смертью Сталина сложился прочный политический союз Хрущева, Берия и Маленкова. Особенно тесная дружба существовала между Берия и Хрущевым. В это время Сталин впадал в крайности, сказалась страшная усталость. Особенно его глубоко потрясла смерть Жданова. Он умер 31 августа 1948 года. Нет сомнения, что он умер не своей смертью, о чем имеются достаточные свидетельства. Смерть Жданова нарушила хрупкий баланс в расстановке сил. Антирусская группировка в руководстве страной получила преимущество. Лица, входящие в нее, были опытны в аппаратной борьбе, лучше знали поведение и настроение Сталина, а значит и могли им в известном смысле управлять.
Берия, Хрущев и Маленков пытаются представить Сталину, что «русские» в составе руководства подготавливают его отстранение от власти. В качестве доказательств Сталину сообщают факты о самостоятельной экономической политике, проводимой российскими организациями, об искажении итогов выборов в конце декабря 1948 года в Ленинградской объединенной партийной организации, фальсификации государственной отчетности, а также о намерениях некоторых руководителей РСФСР создать компартию России (намерения эти не шли дальше разговоров). На этой основе возникает так называемое «ленинградское дело», которое можно назвать «русским делом», ибо посредством его была разгромлена большая часть новых русских кадров, пришедших после войны на замену старым еврейско-космополитическим функционерам. Многие документы «ленинградского дела» были впоследствии уничтожены Маленковым. О деталях дела приходится судить только по косвенным свидетельствам. По всей видимости, дело началось с доноса, подписанного Маленковым и Хрущевым. В 1957 году, во время заседания июньского пленума ЦК КПСС, выяснилось, что Маленков изъял из «ленинградского дела» многие документы. Он заявил, что уничтожил их как личные документы. И то, что ему позволили сделать это, означало, что так было нужно и Хрущеву, который сам, дорвавшись после смерти Сталина до архивов, уничтожил массу документов, где проявлялась со всей очевидностью его гнусная роль в истреблении честных людей за время так называемых «чисток».
На основании указанного доноса в феврале 1949 года Политбюро принимает постановление «Об антипартийных действиях членов ЦК ВКП(б) тт. Родионова М. И, и Попкова П. С.», в котором говорилось, что их «противогосударственные действия явились следствием нездорового, небольшевистского уклона, выражающегося в демагогическом заигрывании с Ленинградской организацией, охаивании ЦК ВКП(б), представить себя в качестве особых защитников Ленинграда, в попытках создать»…
Решением Политбюро А. А. Кузнецов, М. И. Родионов и П. С. Попков снимаются со всех постов. Для разборки их дела создается комиссия в составе Маленкова, Хрущева и Шкирятова (человек Берия). Допросы обвиняемых вели не следователи, а члены партийной комиссии. Имея целью уничтожить все русские кадры в высшем руководстве, члены партийной комиссии уже на первом этапе «привязывают» к этому делу председателя Госплана СССР Вознесенского. Как вспоминает Н. К. Байбаков, в качестве компромата против Вознесенского была использована докладная записка председателя Госснаба СССР М. Т. Помазнева о занижении Госпланом СССР плана промышленного производства на 1-й квартал 1949 года. С этого момента начинается организованная травля Н. А. Вознесенского.
Назначенный в Госплан на должность уполномоченного ЦК ВКП(б) по кадрам Е. Е. Андреев летом 1949 года представил записку об утере Госпланом за период 1944–1949 годов ряда секретных документов. В записке на имя Сталина, составленной Берия, Маленковым и Булганиным, было сказано: «Товарищ Сталин, по Вашему указанию Вознесенского допросили и считаем, что он виновен».
9 сентября председатель Комитета партийного контроля, член комиссии по «ленинградскому делу»… представляет Политбюро решение КПК: «…предлагаем исключить Н. А. Вознесенского из членов ЦК ВКП(б) и привлечь его к судебной ответственности».
Сначала Сталин был против ареста Вознесенского и Кузнецова, но Маленков и Берия сумели представить дело так, что арест необходим. В 1949 году проходят массовые аресты руководящих русских кадров в центре и на местах, в том числе секретарей обкомов и председателей исполкомов. В Ленинграде, Москве, Крыму, Рязани, Ярославле, Мурманске, Горьком, Таллине, Пскове, Новгороде, Петрозаводске и в других городах по приказу Маленкова арестовываются люди, преимущественно выдвиженцы Жданова, бывшие в 40-е годы в руководящем звене Ленинграда, их жены, родственники, друзья или просто сослуживцы. Только в Ленинградской области арестовываются свыше двух тысяч человек. Одним из первых был арестован (а впоследствии убит) первый секретарь Крымского обкома партии П. В. Соловьев, энергично выступавший против создания на территории Крыма еврейской республики. Маленков лично руководил ходом следствия и принимал в допросах непосредственное участие. Ко всем арестованным применялись незаконные методы следствия, мучительные пытки, побои и истязания. Антирусская группировка Маленкова — Хрущева Берия превратила следствие по «ленинградскому делу» в сплошную череду пыток и издевательств над русскими кадрами.