Детектив на Новый год - Александра Райт

Через несколько секунд включилось аварийное освещение, а мне пришло сообщение от отца, самое обычное, доисторическое, в обход Ксюшиного приложения. Ей я эти детали сообщать не стала, лишь озвучила:

— Папа просит нас подойти.

Мы вернулись туда, где всего несколько минут назад перекидывались шутками с Андреем. Витрина была открыта, а темно-синий бархат внутри одиноко темнел, никакого украшения на нем не было. Замок выглядел целым.

— Никому не выходить! — приказал Роман.

Разумеется, несколько человек сразу направились к дверям, но были остановлены отцом, быстро включившимся в работу по восстановлению порядка.

— Камеры есть? — спросил он у начальника охраны.

— Обижаете!

— Девчонок возьми, — скомандовал он. — Включи запись и быстро возвращайся сюда. Мы с Андреем пока проследим, чтобы гости оставались на местах.

Вскоре мы сидели в тесном темном помещении и наблюдали, как на записи камеры появилась Снегурочка. Голубая шубка, меховая шапочка, длинная коса. В левой руке она несла красный мешок, правой же открыла дверь.

Пересняв запись на телефон, мы бросились в гримерку.

— Алиса, — выдохнул Кирилл.

— Она левша, — напомнила я.

— Ну и что? — возмутилась Ксюша. — Дверь можно любой рукой открыть с одинаковым успехом.

Наружная камера оказалась отключена.

— Я же говорила, — прошептала подруга. — Мне эти костюмы сразу не понравились! Группировка Снегурочек…

— Какая еще группировка?

— Организованная. В одинаковых костюмах.

Мы открыли дверь в десертную. На том же месте, откуда официант недавно унес морс, стояла такая же, а может, и та же самая кружка, но напитка в ней осталось на донышке.

— Первую унесли, — сказала я.

— Значит, кто-то принес вторую. Только зачем?

— Предлагаешь выяснить?

— Отчего-то это кажется мне важным, — задумчиво произнесла Ксюша. — Давай найдем повара? Может, ему известно о меню больше, чем Марине?

Служебный коридор вел к кладовым. Из-за одной запертой двери донесся слабый стук.

Ксюша разбежалась и ударила плечом.

— Так двери не открывают!

— В кино открывают.

Дверь не поддалась, зато подруга отлетела к стене.

На крючке рядом висела связка ключей. Я сняла ее и спокойно отперла замок.

— Можно было сразу сказать, — проворчала Ксюша.

— Не хотелось тебя отвлекать, — хмыкнула я.

Внутри между коробками сидела Алиса в голубой шубке и серебристых сапожках, но без шапочки. Глаза у нее были полузакрыты.

— Морс выпила, — тихо прошептала она. — Потом дурно стало…

— Зачем ты сюда пришла?

— После номера сообщение пришло еще раз. Что план изменился и нужно срочно идти в десертную. Там была женщина… Я решила, сотрудница отеля. Она помогла мне дойти сюда. Потом ничего не помню, чернота какая-то в памяти.

— А запасной костюм?

— В смысле? — не поняла ход нашей мысли Алиса.

Мы переглянулись.

— На камере Снегурочка вышла из отеля, — сказала я.

— А настоящая все это время была здесь, — кивнула Ксюша. — Я предупреждала.

— Ты говорила только о преступной группировке, — напомнила я.

— Не придирайся к деталям.

Алису уложили в каком-то кабинете. Медсестра, дежурившая на празднике, предположила, что виной всему действие снотворного. Мы отправились в гримерку, там охрана осматривала вещи артистов. Спросив разрешения, они открыли сумку Кирилла и вскоре обнаружили в ней таблетки.

— Мои, — легко признался он. — От панических атак.

Ксюша удивилась:

— Дед Мороз боится людей?

— Большого количества людей.

— Значит, по одному они вам нравятся?

Двух таблеток в блистере не хватало. Кирилл утверждал, что принял их раньше. Про себя я успела отметить, что с его ростом ему действительно нужно минимум две таблетки, а также то, что в костюм Снегурочки он бы точно не поместился.

Этими соображениями я тихо поделилась с подругой, а еще добавила:

— К тому же борода. Настоящая! Куда бы он ее дел?

— Мог заправить в воротник, — предположила Ксюша, сама понимая всю абсурдность собственного предположения.

На кухне выяснилось, что морс все-таки был заказан, его разливали только в кувшины, а вот кружку кто-то наполнил сам. Ее вместе с остатками напитка оставили для полиции, а мы вернулись в зал.

Вера Андреевна сидела за своим столом и в очередной раз объясняла отцу, что колье было застраховано.

— Страховая сумма большая? — немедленно спросила Ксюша.

Отец укоризненно на нее посмотрел, но Вера Андреевна ответила:

— Достаточная, чтобы возместить стоимость украшения.

— А оценивали его когда?

— Несколько месяцев назад.

— До этого оно не было застраховано?

— Хранилось в банковской ячейке.

Андрей невесело произнес, что колье могло оказаться современной копией. Вера Андреевна тут же побледнела и ушла звонить сыну.

Ксюша открыла историю действий в приложении. Там сохранялось, с какого телефона и в какое время отправляли сообщения и запускали праздничные эффекты.

Выяснилось, что Алису вызвали в десертную и запустили сценарий «Снег» — отключение света, музыку и искусственный снег — с одного устройства. Удивительно, что точно с такого же открывалась дверь номера Веры Андреевны.

— Значит, это она отправляла сообщения, — заключила Ксюша.

Но по данным браслета во время кражи Вера Андреевна находилась за своим столом. Мы вернулись в зал и нашли браслет под салфеткой возле ее тарелки.

— Вот и алиби, — сказала Ксюша. — Сама ушла, а браслет оставила праздновать.

Марина, то и дело подбегавшая к нам, призналась, что утром давала Вере Андреевне планшет и показывала, как отправлять личные сообщения гостям, уж очень старушку интересовал прогресс. Пароль все это время красовался на обложке папки, разумеется.

— Не понимаю я, зачем это ей? Красть собственное колье? — недоумевала я.

— Отдавать на аукцион жалко, а показать собственное великодушие хочется, — хмыкнула Ксюша. — А тут и вещицу вроде пожертвовала, пыль в глаза пустила, да назад домой и унесла.

Марина, бросив короткое «да» в гарнитуру и выслушав собеседника, сообщила, что горничная нашла в тележке с грязным бельем искусственную косу и голубую варежку от второго костюма. На внутренней стороне манжеты блестела серебряная пыль и тянулась полоска голубой глазури — точно такой я покрывала крыши своего сладкого дворца.

— Выходит, вторая Снегурочка, кем бы она ни была, появлялась в десертной, — сказала Ксюша.

Я присмотрелась. Так можно испачкать манжету, только просунув руку внутрь шоколадной фигуры.

Перед глазами возникла Вера Андреевна, разглядывающая шов.

«В таком месте никто и искать не станет».

Мы вернулись к дворцу. Внимательно его разглядев, я заметила на центральной башне блестящий след. Натянув перчатки, я нагрела нож, открыла шов и нашла внутри темно-синий мешочек.

На салфетку выпала «Снежная ветвь».

— Значит, ее не вынесли, — усмехнулась Ксюша.

— Только сделали вид.

— Чтобы колье исчезло до осмотра ювелира.

— И если это копия, Вера Андреевна — главная подозреваемая.

— Главная? Единственная!

— Полиции нужны доказательства.

Подруга достала телефон и вошла в аккаунт Марины.

— Это незаконно, — предупредила я.

— Пароль на желтой бумажке — приглашение к сотрудничеству.

Она отправила Вере Андреевне личное