Детектив на Новый год - Александра Райт

Вера чувствовала, что формулировки даются ей с трудом, в рот словно вата напихана, в которой вязнет язык.

Черновик пришел через три минуты. На всякий случай Вера скинула его на флешку и работала уже с ней. Доделать черновик она сможет. Егорыч будет доволен. Успокоившись, Вера принялась за дело, заметив только, что руки мелко дрожат, как бывает после сильного стресса.

Что это было вообще?

Вечером она спросила Свету, не пользовалась ли та ее компьютером.

— Да зачем, мамочка? У меня все в телефоне, — пожала плечами дочь.

— А ты, Матвей? — повернулась она к мужу.

Он высунул голову из чистой футболки и ответил недоумевающим взглядом.

— А почему ты спрашиваешь?

— Да так просто.

Итак, никто ничего не трогал, никто ничего не знает. Вера с удовольствием поверила бы в происки домового, но вряд ли тот соображает, как из компьютера удалить что-то без следа.

— Вер, давай съездим завтра в Царицыно, — неожиданно предложил Матвей. — Сегодня гарью надышался, аж на зубах скрипит. Срочно требуется терапия свежим воздухом.

— С утра? — обрадовалась Вера.

— Нет, часа в три. Утром я на работу забегу, кое-что порешаю, а потом заеду за тобой.

— Лучше давай я тебя встречу у работы, так ближе.

— Какая нужда по метро таскаться?

— Хочу посмотреть, как станции украсили. Говорят, на Китай-городе чудные инсталляции построили.

— Ладно, только не раньше трех.

— Дам тебе фору. Буду ровно в пятнадцать десять.

Матвей, нагнувшись, прижался губами к ее шее. Это было так чувственно, так нежно, что у Веры на миг замерло сердце.

Все ерунда по сравнению с этим, подумала она и решила, что ничего рассказывать Матвею не станет. Сама разберется.

Однако ночью мысли о странностях последних двух дней снова полезли в голову. Сначала браслет, теперь отчет. Случайность или нет?

В конце концов Вера решила, что имеет место совпадение, и заснула, закинув ногу на живот мужа.

Матвей снова убежал до того, как она встала, а Светка, наоборот, объявила, что будет валяться целый день. Вера села за отчет, радуясь, что ничего не забыла, текст восстанавливается быстрее, чем она ожидала.

В час накормила дочь, поела сама и стала собираться. По опыту Вера знала: до Матвея ехать минут сорок — сорок пять. Выходить заранее, чтобы мерзнуть на улице, не хотелось, поэтому вышла тютелька в тютельку. Она вообще любила точность, но не всегда. Раньше жила, как придется, на часы смотрела редко и всюду опаздывала, не видя в том проблемы. Следить за временем ее приучил Матвей. Для его работы чувство времени — одно из обязательных качеств. Вера постепенно научилась ощущать время, даже не глядя на часы, и ей это нравилось.

Чтобы добраться до метро, надо было обогнуть дом, метров через пятьдесят перейти дорогу и затем пройти к станции вдоль небольшого сквера. Вера проделывала этот путь сотни, если не тысячи раз, поэтому шла привычным маршрутом, не глядя по сторонам. Перед тем, как перейти дорогу, остановилась, проверила, нет ли поблизости машин, и уже почти шагнула на проезжую часть. Ее спасло какое-то шестое или десятое чувство. Нет, она не слышала звуков приближающегося автомобиля, но почему-то замедлила движение и на миг замерла у самого бордюра. Машина промчалась мимо, задев висевшую на плече сумку и крутанув Веру так, что она упала. Не вперед. Назад. Она не пыталась защититься. Так легла траектория движения.

— Аааа!.. — закричал кто-то тоненько за ее спиной.

Вера повернула голову. Девочка присела рядом с ней.

— Тетенька, вы живы? — спросила она дрожащим голоском.

— Кажется, да.

— Встать можете?

— Могу. Вроде.

Она перекатилась на бок и кое-как поднялась. Девочка обхватила ее двумя руками и заглянула в лицо.

— Не бойся. Я в норме, — с трудом выговорила Вера.

— Давайте я вас отряхну, а то вы вся грязная.

— Со спины смахни.

— Он специально на вас наехать хотел, — неожиданно сказала девочка, старательно отряхивая ее пальто.

— Кто?

— Да тот, что на машине. Я видела. Сначала медленно ехал, а как вы стали переходить, разогнался и прямо на вас попер! Вот посмотрите, даже на дороге заметно.

Девочка ткнула рукой в следы протектора. Вера посмотрела. Похоже, все так и было. Автомобиль ехал прямо, а потом неожиданно вильнул.

— Полицию вызывать будете? — деловито осведомилась девочка.

— Ты номер запомнила?

— Нет.

— А марку машины?

— Ммм… Черная.

— Ты сказала «он», значит, видела водителя?

— Нет. Просто подумала, что это дяденька был. Сейчас много пьяных.

— Тогда заявление у нас не примут. Но тебе все равно спасибо большое. Ты мне очень помогла. Как там сзади? Чисто?

— Нормально, только мокро немного.

— Это пустяки, — улыбнулась Вера.

Улыбка вышла неуверенная, губы дрожали.

Да что же это такое?

Она почти решила вернуться, но передумала. Пока ехала в метро, немного пришла в себя, но анализировать произошедшее была решительно не способна. Внутри все телепалось от страха.

«Главное, чтобы Матвей ничего не заметил», — подумала она, подходя к дверям здания.

Матвей ничего не заметил, потому что ждать его пришлось минут двадцать. Вера замерзла и дрожала уже не от пережитого ужаса, а от холода. Муж прибежал, принялся тормошить, чтобы согреть, потом запихал в машину, включил печку и протянул термос с горячим чаем. Вера пила, обжигаясь, смотрела в его глаза и постепенно успокаивалась.

Долгая прогулка окончательно привела ее в чувство, они зашли в итальянский ресторанчик на территории парка, заказали пиццу, большой чайник чая и принялись болтать. Вера старательно поддерживала разговор и наконец так увлеклась, что забыла о случившемся.

Только вечером, стоя под горячим душем, — Матвей настоял, — Вера вдруг вспомнила все и чуть не захлебнулась, судорожно хватая ртом воздух.

Три раза. Это уже не спишешь на совпадение. В прихожей Киселевых была куча вещей и несколько сумок, но браслет сунули именно ей. Отчет тоже не мог испариться без чьей-то помощи. Что касается попытки наезда, то это уже не просто гадость или подстава, это покушение на убийство.

Ее собирались задавить. То есть убить. Другими словами — уничтожить.

Такое, вообще, возможно? Нет, убить можно кого угодно, но не ее.

Ночью Вера лежала с открытыми глазами и, глядя в потолок, представляла, что было бы, если бы попытка удалась. Это было так страшно, что она приказала себе не фантазировать, а анализировать.

Предположим, ее уличили бы в воровстве. Суд, тюрьма, позор. Не вышло. Тогда наезд со смертельным исходом. Логика