Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх
Я нетерпеливо дернула плечами:
– Он меня не знает, для него я просто еще одна баба. Разумеется, я на восемь дюймов выше Лотти, но по сравнению с ним мы обе просто жалкие червяки. Я бы не стала сбрасывать его со счетов.
Одри коротко кивнула в знак согласия. Офицер Гэлвэй, которая на протяжении всего разговора не проронила ни слова, подавила улыбку и что-то записала. Всем женщинам известны такие мужчины, которые обращаются с ними как с одноразовым предметом.
– Кто-нибудь еще допекает тебя нынче? – спросил Роулингс.
Я хмыкнула:
– Да, мой бывший супруг. Он очень на меня рассержен, но это у него хроническое состояние.
Во всяком случае, сегодня днем Дик установил закон с помощью железного кулака. Он даже сказал мне, чтобы я не лезла в чужие дела, – те же самые слова употребили бандиты, обращаясь к Лотти. Одну минуту я даже подумывала, не предъявить ли Роулингсу обвинение против Дика просто ради того, чтобы причинить ему массу неудобств, когда полицейские будут копаться в его жизни в течение нескольких дней. Но на самом деле я не питала к нему ненависти – это не стоило бы потраченной энергии.
– Ты знаешь, чему нас учили в академии, мисс Ви, – держаться в стороне от семейных ссор до тех пор, пока ты уже никак не можешь их избегать. Ты еще не рассказала мне, что ты сделала для того, чтобы Чамферс так рассвирепел.
– О, это все мистер Контрерас. – Я объяснила все о нем и Митче. – Терри Финчли из первого округа ведет это дело. Я не разговаривала с ним несколько дней. Может быть, он нашел кого-то, кто видел, как Митч упал в канал.
– Если этим занимается Финчли, то, может быть, тебе лучше предоставить это дело ему? – спросил Роулингс. – Он вполне способный следователь, как ты знаешь.
Финчли и Роулингс оба были активными деятелями афро-американского полицейского братства. Каждый из них относился к другому с пренебрежением, достойным д'Артаньяна или Атоса.
– Ваша очередь дать мне вставить слово, сержант. Я знаю, что Финчли – хороший детектив, но сомневаюсь, что у него хватит времени на то, чтобы выяснять причины падения в воду всяких пьяниц. А похоже, в полиции именно так рассматривают это дело.
– А ты нет? – резко спросил Роулингс.
– У меня нет никаких доказательств, сержант, совершенно никаких и ни о чем.
Но у меня было много придирчивых вопросов, и первым номером стояло нападение на Лотти. Я уже отчаялась найти какой-нибудь рычаг, который заставил бы Чамферса заговорить. Кто-то на этом предприятии видел Митча, кто-то знал, что он там бормотал себе под нос. Они боялись, что я узнаю что-то настолько плохое, что даже наняли бандитов убить меня. Что-то настолько важное, что они стукнули Митча по голове и сбросили его в канал.
Я подняла голову и увидела пристальный взгляд прищуренных глаз Роулингса.
– Тебе бы лучше не скрывать от меня того, что я хочу знать, – сказал он.
– Я знаю тебя, сержант, достаточно для того, чтобы хорошо к тебе относиться, но недостаточно для того, чтобы определить, что именно ты хочешь знать.
– Можешь не смотреть на меня такими невинными глазами. Пожалуй, я лучше свяжусь с Финчли и посмотрю, что он сумел накопать насчет Крюгера.
Он включил свою прикрепленную к лацкану рацию. Через несколько минут зазвонил телефон Лотти. Макс, выходивший в этот момент из спальни, протянул было руку, чтобы снять трубку. На его лице отразилось раздражение, когда Роулингс перехватил у него трубку, но все же он пошел к Одри, не сказав ни слова.
Макс и Одри тихонько разговаривали, пока Роулингс рассказывал Финчли о нападении на Лотти. Офицер Гэлвэй встала, чтобы взглянуть на книги Лотти. Как только Роулингс сосредоточился на телефонном разговоре, она почувствовала себя свободнее. Она казалась слишком юной и хрупкой для того, чтобы носить такое тяжелое обмундирование.
Я поспешно прошла в спальню, чтобы самой взглянуть на Лотти. Она дышала ровно, даже глубоко. Ее кожа показалась мне горячей на ощупь. Когда я вернулась в гостиную, Роулингс все еще говорил по телефону:
– Так, значит, ты хочешь проверить этого парня, этого Саймона, фамилию которого Варшавски не знает? Что тебе удалось там раскопать?
В течение нескольких следующих минут слышалось только периодическое хмыканье. Прежде чем он успел повесить трубку, я перехватила его руку.
– Ты не возражаешь, если я задам один вопрос, Роулингс?
Он накрыл трубку своей огромной ладонью.
– Я с удовольствием сам передам твой вопрос, мисс Ви.
Даже хорошие копы любят демонстрировать свою власть. Я сморщила нос и отвернулась:
– Это может подождать до утра. Скажи ему, что я передаю привет.
Роулингс похлопал меня по руке:
– Не задавайся, мисс Ви. На сегодня здесь уже хватит приключений… Терри, Вик Варшавски хочет сказать тебе пару слов.
– Привет, Терри. Как дела? Ты нашел сына Митча Крюгера?
– Ты сегодня хорошо себя чувствуешь, Вик? Я же просил, умолял тебя – предоставь расследование мне. Теперь, когда ранена доктор Хершел, ты понимаешь почему?
Я вся напряглась от гнева, но постаралась, чтобы мой голос звучал спокойно.
– Я никому не поручала нападать на нее, Терри. Ты изменил свое мнение насчет Митча? Так он все-таки не свалился в канал пьяным?
– Я сказал Роулингсу, чего мы достигли в нашем расследовании. Если он захочет передать это тебе, на то его полное право.
– На граждан нападают среди бела дня, а вы, ребята, еще и пытаетесь меня запугать. Я догадываюсь, что здесь существует какая-то связь, только она не очень-то привлекательна. А теперь, прежде чем ты в возбуждении повесишь трубку, скажи мне, ты нашел сына Крюгера?
Финчли тяжело задышал:
– Он ушел от него тридцать пять лет назад. Не думаю, что нам следует тратить время и деньги на то, чтобы тащить его сюда. А что, у тебя есть теория, по которой он вернулся в Чикаго и убил своего старика в порыве гнева из-за того, что случилось столько лет назад?
Я не могла удержаться от смеха, услышав такую версию.
– Черт возьми, я не знаю. Но это остроумно. Мне понравилась