Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх

Это была молодая секретарша из приемной. Тот, что держал мою руку, служил в охране здания. Когда я попыталась выдернуть руку, он сжал ее крепче.

– Простите, мэм. Мне сказали, что вы ворвались в помещение без разрешения, и меня попросили вывести вас из этого здания.

– Я – клиент, – запротестовала я. – По крайней мере, я им была, пока вы не схватили меня за руку.

Мы загораживали лестницу. Внизу собралась толпа, и мужчина, стоявший за моей спиной, спросил властным тоном, в чем дело. Я обернулась и радостно улыбнулась: это был Лей Уилтон, один из старших партнеров фирмы.

Несмотря на то что мы никогда не были друзьями, он не разделял того активного пренебрежения, которое выказывали по отношению ко мне его партнеры.

– Лей, это я, Вик Варшавски. Я пришла, чтобы поговорить с Фримэном. Я не знала, что вы с ним распрощались, а ваша секретарша в приемной решила, что я грабитель.

– Вик! Как дела? Ты прекрасно выглядишь. – Он тронул охранника за плечо. – Можете ее отпустить. Синди, впредь согласовывай свои решения со мной, прежде чем будешь спускать собак на наших клиентов, договорились?

Секретарша вспыхнула:

– Приходил мистер Пичи. Когда я объяснила ему, что случилось, он позвал охранников. Я только пошла с ними, чтобы показать ее. Я не хотела…

– Я не знаю, что вы не хотели, моя дорогая. Но не мистер Пичи принимает здесь решения. А теперь вы можете вернуться к своему столу. Что касается вас, – сказал он, обращаясь к охраннику, – надеюсь, мне не нужно разбираться с вашим начальством?

Охранник отрицательно покачал головой и быстрым шагом пошел вслед за Синди к двери. По мнению Лея, это была необычайно удачная шутка, что меня чуть не арестовали, и поэтому он настоял на том, чтобы я зашла к нему в кабинет выпить кофе. Он позвонил Пичи и заставил его присоединиться к нам. Досада моего соседа несколько скрасила мне то унижение, которому я подвергалась последние несколько дней.

– Я собираюсь завести альбом с фотографиями наших клиентов, чтобы такие исполненные служебным рвением молодые работники, как вы, не засадили их всех в тюрьму, – сказал Лей.

– Мы с Тоддом знакомы, – проговорила я. – Мы познакомились в связи с собаками. Дело в том, что он проявляет такую социальную ответственность, что теперь заботится чуть ли не обо всем нашем квартале.

Лицо Тодда вспыхнуло и приобрело пунцовый оттенок.

– Мистер Ярборо знает об этом, сэр, – сказал он. – Он может вам все объяснить. Если вы позволите, я беседовал с клиентом, когда вы позвонили.

– Ах, эта молодежь совсем не понимает шуток. Что там насчет собак, Вик?

Я коротко изложила ему эту историю в промежутках между многочисленными телефонными звонками. Когда я закончила, его внимание было уже сосредоточено на чем-то другом.

– Я взгляну, что там такое, Вик, и дам тебе знать, если мне удастся что-нибудь выяснить. Был очень рад тебя видеть. Перед тем как в следующий раз прийти сюда, предварительно уведоми меня, чтобы я держал наготове полицейских.

Я выдавила из себя улыбку и отправилась в свой собственный офис. Весь день я занималась другими делами: печатала квитанции, готовила бумаги для шаумбургской компании, с представителями которой я встречалась в понедельник, разбирала корреспонденцию.

До конца дня от Кэтрин не было никаких новостей. Я не могла снова связаться с ней, пока они с Фримэном не начнут работать на следующей неделе. На всякий случай я оставила свое сообщение на автоответчике в их новом офисе, но все складывалось так, что мне нужно было ехать завтра в Спрингфилд.

В шесть часов я позвонила Лотти, чтобы выяснить, не можем ли мы сегодня вечером снова обменяться машинами: на «транс-ам» все мое путешествие займет, вероятно, около пяти часов. Она согласилась, но без особого энтузиазма.

– Что случилось? Ты занята?

Она натянуто рассмеялась:

– Нет, просто жалею сама себя. Сегодня Кэрол работала последний день. Для меня это личная утрата. Макс пытается заставить меня рассуждать разумно, а это, наоборот, заставляет меня быть настолько разумной, насколько только можно.

– Ну, я все равно люблю тебя, Лотти. Хочешь, я вытащу тебя поужинать? Ты можешь выплакать мне всю свою сердечную боль.

При этих моих словах она рассмеялась более естественно:

– Это как раз то, что надо. Да. Великолепная мысль. Я уже заканчиваю работу. Как насчет того, чтобы встретиться в половине восьмого в «Ай-Пополи»?

Я с готовностью согласилась и принялась убирать свой кабинет на ночь. Я уже направлялась к двери, когда зазвонил телефон. Думая, что это может быть Фримэн, я вернулась к письменному столу. Мягкий женский голос спросил, действительно ли я мисс Варшавски, потом попросил подождать, пока она свяжет меня с мистером Ярборо.

– Вик, какого черта тебе понадобилось бродить сегодня утром по нашим кабинетам? – не терпящим возражений тоном спросил он без всякого вступления.

– Дик, на этот вопрос заранее подразумевается отрицательный ответ. Я не понимаю, как ты можешь вести дела со своими впечатлительными клиентами, если так вольно выражаешься? – Я взяла ручку и принялась набрасывать оскаленную пасть на лежащем передо мной конверте. Потом нарисовала, как из нее извергается пламя.

– Ты не можешь отрицать, что ты там была. Я слышал об этом от двух разных людей.

– Интересно, вы, ребята, когда-нибудь работаете в промежутках между сплетнями? Мне бы хотелось тебе напомнить, что мой адвокат работал в вашей фирме вплоть до пятницы. И если, не зная ни о его уходе, ни о его трагическом изгнании из рая, один из его клиентов случайно попал в здание, судья, вероятно, сочтет это добросовестным заблуждением. Особенно раз Лей Уилтон счел все это такой замечательной шуткой.

– Но если бы судья узнал, что тебе об этом рассказали, а после этого ты пошла бродить по нашим частным помещениям вопреки всем нашим запретам, то он может подумать, что здесь кроется что-то еще, даже если Лей будет на твоей стороне.

Голос Дика напрягся до шипения. На обратной стороне своего наброска я нарисовала змею и пририсовала ей пару рук в боксерских перчатках.

– Чем же таким страшным ты занят, что так испугался из-за того, что я зашла к вам?

– Нам нечего скрывать, – Дик справился со своим голосом и вновь стал раздражительным, – но, зная, что ты затеяла кровную месть одному из наших сотрудников, я бы не стал однозначно утверждать, что ты не воспользовалась случаем, чтобы испортить какие-нибудь его документы.

– Я знаю, что мальчик боится, как бы я не повредила ему коленную чашечку, но его жена выглядит достаточно тренированной, и она