Живи и дай поесть - Моргана Бест

Горничная закатила глаза, а потом пожала плечами.

– Идёмте, я заварю вам чаю.

Я последовала за ними по тёмному коридору, полагая, что приглашение относится и ко мне. Снова уловила затхлый запах, исходивший от самих стен. Мы вошли на кухню. Она оказалась ничуть не лучше остальных комнат – разве что сияла чистотой. Кухня была меньше, чем я ожидала. Похоже, последний раз её обновляли ещё в пятидесятых. Пол был выложен ужасной мешаниной бежевой и горчичной плитки. Высокий потолок и кухонные шкафчики были выкрашены в один и тот же странный оранжевый цвет. На единственном окне висела особенно безобразная оранжевая штора с цветочным узором. Остальное пространство на этой стене занимали полки из тёмного дерева.

Напротив стены со встроенными шкафами стояла чугунная кухонная плита – явно очень старая и давно не использовавшаяся. Она была необычного бирюзового цвета: на дверце топки красовалось Metters, на дверце духовки – Canberra. Сверху плита была покрыта крапчатой эмалью лаймово-зелёного цвета. Она грузно громоздилась в обветшавшем обрамлении из красного кирпича, а фартук за ней был отвратительного горчичного цвета.

Посреди кухни стояли старый железный стол с ламинированной столешницей и несколько стульев. Мистер Баттонс сел за стол, и я последовала его примеру.

Элисон занялась чаем. Она поставила на стол чашки, разлила чай и уже понесла чайник обратно к кухонной стойке, как вдруг остановилась и воскликнула:

– Миска пропала!

Я не понимала, из-за чего такой переполох.

Мистер Баттонс, похоже, расстроился не меньше.

– О нет, вы уверены?

Элисон указала на стол.

– Она была здесь, в пластиковом пакете.

Я посмотрела на мистера Баттонса.

– Кто-нибудь может объяснить мне, о чём речь?

Мистер Баттонс заёрзал.

– Сегодня утром мы с Элисон зашли в библиотеку и нашли там миску, наполовину наполненную хлопьями. Библиотекой редко пользуются, и я предположил, что туда мог заходить Тим Хиггинс. Раз вы сказали, что дело в цианиде, мы с Элисон решили на всякий случай убрать миску в пластиковый пакет: возможно, Тим ел из неё перед смертью. Внутри были те самые диетические хлопья, которые он обычно ел. Элисон обещала позвонить в полицию, чтобы миску забрали.

– Мы оставили её здесь, на кухне, – сказала Элисон. – А теперь она исчезла.

Она бросила сердитый взгляд на мистера Баттонса, а потом ахнула и поднесла руку к лицу.

– Посудомоечная машина!

Она поспешила к посудомоечной машине и открыла её. Когда пар рассеялся, внутри обнаружилась одна-единственная миска из-под хлопьев. Элисон подняла глаза на мистера Баттонса.

– Мистер Баттонс, зачем вы поставили миску в посудомойку?

Мистер Баттонс покачал головой.

– Это не я.

Элисон упёрла руки в бока.

– Кто-то же вынул миску из пластикового пакета и поставил в посудомоечную машину. И потом, больше там ничего нет, так что случайностью это не объяснишь.

Я видела, как у него на скуле заходил желвак, а лежавшие на столе руки сжались в кулаки. Он медленно отпил из чашки, поставил её на стол и заговорил.

– У меня обсессивно-компульсивное расстройство, связанное с чистотой, порядком и тому подобными вещами. Я ничего не могу с собой поделать. Если что-то грязное, я обязан это вычистить. И всё же уверяю вас: к той миске с хлопьями я не прикасался.

Никто не успел сказать больше ни слова: в комнату ворвалась Крессида, а прямо за ней – сержант Уэсли.

– Блейк приехал за миской, – объявила она, сообщая очевидное.

Мы с мистером Баттонсом переглянулись. Я заметила, что Элисон стало явно не по себе.

Сержант кивнул нам.

– Так где же миска?

На мгновение все замолчали, а затем мистер Баттонс заговорил:

– После того как Элисон позвонила вам насчёт миски, я решил пропылесосить, потом пришла Сибил, и Элисон приготовила нам чай.

Блейк переступил с ноги на ногу. Я видела, что он теряет терпение, но он ждал продолжения.

– А затем, – продолжил мистер Баттонс, – когда мы втроём вошли на кухню, Элисон заметила, что посудомоечная машина работает. Она открыла её – а там та самая миска.

Блейк обвёл нас взглядом.

– Кто-нибудь из вас это сделал?

Мы покачали головами.

Мистер Баттонс поднялся.

– Блейк, вы знаете, что у меня обсессивно-компульсивное расстройство и я ничего не могу с собой поделать. Признаю: я пропылесосил место преступления —

Блейк перебил его:

– Вы пропылесосили место преступления?

Мистер Баттонс скрестил руки на груди.

– Я должен был убрать этот беспорядок. Это было ужасно. Когда полиция закончит работу с уликами, вы увидите, что я к этому преступлению, разумеется, непричастен. Мне просто необходимо было там прибраться, – повторил он.

Блейк помрачнел.

– Мы всё равно уже закончили осмотр места преступления – вам повезло, мистер Баттонс. А теперь скажите: кто, кроме вас троих и госпожи Апторп, мог войти сюда после того, как Элисон позвонила мне? – Он посмотрел прямо на меня.

Почему-то под его неотрывным взглядом я почувствовала себя виноватой.

– Я сюда не заходила, – сказала я. – Я даже близко к кухне не подходила.

Блейк устало посмотрел на меня.

– Кто встретил вас у двери?

Я нахмурилась.

– Вообще-то никто. Я довольно долго стучала, а когда никто не открыл, вошла внутрь и нашла мистера Баттонса.

– То есть вы вполне могли сразу пройти на кухню.

Я прищурилась. Мне это и в голову не приходило.

– Ну да, наверное, могла. Но не пошла, – закончила я не слишком убедительно.

Блейк снова повернулся к мистеру Баттонсу.

– Зачем вы заходили в библиотеку?

Крессида перебила его:

– Лорд Фаррингдон сказал мне, что я оставила там свои любимые очки для чтения, и я попросила мистера Баттонса сходить за ними.

Мистер Баттонс энергично закивал.

– По дороге туда меня увидела Элисон и пошла со мной.

Лицо Блейка ещё больше покраснело.

– Лорд Фаррингдон? Вы имеете в виду кота? – Он покачал головой и, не дав никому ответить, добавил: – Кто ещё мог зайти на кухню?

– Только Нора, уборщица, – сказала Крессида.

– И где сейчас Нора?

Крессида подошла к столу и села.

– Где-то наверху, убирается.

Блейк потёр лоб.

– Ладно. Кто-нибудь, сходите за ней, пожалуйста.

– Я схожу. – Элисон поспешно вышла из комнаты.

Повисло неловкое молчание. Через некоторое время Крессида встала и налила себе чаю. Я нервно ёрзала, а Блейк просто стоял, по-прежнему скрестив руки.

Я смотрела на мистера Баттонса: он потягивал чай, не глядя ни на кого. Говорил ли он правду или пытался что-то скрыть?

Прошла, казалось, целая вечность, прежде чем Элисон вернулась с Норой, которая явно нервничала. Она прижимала к груди распылитель с дезинфицирующим средством.

Сержант указал на стул.

– Садитесь, пожалуйста, Нора.

Нора огляделась – видимо, искала, куда деть распылитель. Крессида с явным раздражением встала и забрала его у Норы. Та села и по очереди посмотрела на каждого из нас.

– Нора, где вы были последний час?

Нора посмотрела на полицейского.

– Наверху, убиралась.

Блейк записал это в блокнот. Закончив писать, он поднял глаза.

– Целый час? И совсем не спускались вниз?

– Да… то есть нет. – Нора покачала головой. – Я хочу сказать, что весь час убиралась наверху