В оковах Темного города - Анна Рейнер

— Тайрин! Тай, что с тобой? Тебе плохо? — услышала встревоженный голос Мориса.

Не знаю, что отобразилось на моем лице, но должно быть я напугала Керерро, потому что когда перевела на него взгляд, то не узнала своего спокойного и немного циничного начальника. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, в которых отражалась тревога.

— Ты забыл записную книжку, — растерянно протянула ему то, из-за чего приехала на место преступления.

— Спасибо! Ты меня очень выручила, — доносился его голос словно сквозь толщу воды, потому что я тут же переместила внимание обратно на труп.

Черный сюртук, покрытые слоем пыли серые брюки и котелок, валяющийся слегка поодаль. Да, я точно видела этого несчастного во сне. Меня снова охватил озноб. Я отказывалась верить, будто как-то причастна к его смерти. Нет. Я же находилась дома и не могла стать свидетелем его гибели. Тогда почему он привиделся мне ночью?

А что если…? Жуткая догадка прострелила нутро от солнечного сплетения прямо к сердцу. Что, если ночной визит Шеррера имеет к этому какое-то отношение?

Пусть пока я не видела в этом смысла и можно было с трудом прочертить связь между колдовским убийством, моими снами и визитом вампира, но после увиденного в этом городе, нельзя скидывать со счетов ни одну из версий.

— Тайрин, — ощутила прикосновения горячих ладоней к своим, — я провожу тебя до экипажа.

Игнорируя нормы приличия, Морис приобнял меня за плечи и повел прочь от места преступления.

Меня же, будто магнитом тянуло обернуться и я поддалась этому желанию. Распластанное по брусчатке тело останется выжженным клеймом в моей памяти.

Керерро старался как можно скорее увести меня подальше от места преступления, но это больше ничего не решало. Я видела все, и теперь не знала, должна ли поделиться своим кошмаром с блондином. Меня одолевали сомнения и страхи. Они всколыхнулись с новой силой, после подслушанного на пикнике разговора. Больше всего я, как и сказал тогда Морису судья, боялась оказаться причастной к таинственным преступлениям. Ведь Бонсона больше не было в живых, а со мной происходило что-то странное. Ведь таких совпадений не бывает. И возможно, для начала мне следовало разобраться с тем, что происходило со мной и лишь потом поведать Морису о своей жуткой связи с убийцей.

— Как это возможно? — не выдержала напряжения.

В любом случае Керерро видел насколько я не в себе.

— Не знаю, — глухо ответил он, будто случившееся подкосило его ничуть не меньше моего. — Только если он остался в живых.

— Это невозможно! — резко одернула мужчину. — Я своими глазами видела его смерть.

— Ты уверена? — остановился возле повозки.

Морис осмотрелся по сторонам, убедившись, что нас не подслушивают и слегка склонился ко мне.

— Абсолютно! — во всей этой истории смерть Бонсона оставалась единственным фактом, в котором я не сомневалась.

До сих пор в ушах стояли те жуткие звуки, что доносились из пламени.

— Просто… — начал Морис и тут же замялся, не решаясь сказать задуманное, — тебе не могла привидеться его смерть? Или он смог как-то выбраться из пожара? — впервые увидела блондина таким неуверенным и смущенным.

Ему явно доставляли дискомфорт эти вопросы, но ясно было лишь то, что он долгое время думал об этом. А теперь появился повод наконец-то озвучить их вслух и не выставить меня дурой. Хотя, в любом случае его сомнения оскорбляли.

— Все же, тело, которое мы нашли, невозможно было опознать. Вполне возможно, что погиб кто-то другой, а Бонсон мог осесть где-то и затаиться.

— Исключено! — обрубила унизительные предположения. — Я уверена в том, что говорю. Или ты считаешь, что все это не больше, чем плод моего воображения?

— Я лишь выполняю свою работу, проверяя все возможные версии! — в голосе послышалось раздражение. — Что ты предлагаешь мне делать, когда в городе продолжились убийства, начатые считающимся пропавшим без вести учителем-колдуном? Закрыть глаза на возможные пробелы в расследовании? — сверкнул глазами, пронизывая меня острым взглядом.

Под ребрами все сжалось от его резкости. Я уже и забыла, каким Морис бывает с другими и теперь ошеломленно смотрела на него, не понимая, куда исчез мой нежный и внимательный возлюбленный.

— И что ты собираешься делать? Будешь разыскивать того, кого нет в живых?

— Это еще следует доказать! — выпалил резко и тут же поморщился, увидев выражение моего лица. — Тай… — протянул ко мне руки, но меня будто окатили ведром ледяной воды.

Сделала шаг в сторону, открывая дверь повозки и, не дожидаясь помощи, самостоятельно залезла внутрь.

— Тай, — дернул он за дверцу, прожигая меня мученическим взглядом, — я не имел в виду, будто ты лжешь…

— Простите, мистер Керерро, но мне пора возвращаться на рабочее место. Удачи в вашем расследовании, — смотрела прямо перед собой, игнорируя жжение на коже.

Несколько мгновений блондин молча сверлил меня взглядом, а потом захлопнул дверь.

— Майлз! — крикнул он кучеру. — Будь добр, отвези мисс Тархаро обратно и проследи, чтобы она добралась в целости и сохранности.

— Будет исполнено, господин Керерро, — ответил ему извозчик, и я почувствовала, как повозка тронулась с места.

Морис не дожидаясь, пока экипаж скроется из поля его зрения, развернулся спиной ко мне и устремился к месту преступления. А у меня на глазах выступили предательские слезы, которым я позволила омывать мои щеки, ощущая, как между мной и Морисом выросла стена.

* * *

Морис бездумно смотрел в окно экипажа, размышляя над событиями последних дней. Череда странных убийств, совершенных на этой неделе, и так достаточно сильно занимали его мысли. Но тело, найденное сегодня и имеющее точно такие следы на теле, как и у всех жертв Бонсона, застало его врасплох. Он считал с историей колдуна покончено, хоть и не давали покоя детали гибели учителя. Изувеченное тело оставляло кучу сомнений. Из подтверждений того, что оно принадлежало колдуну, лишь слова Тайрин. И он верил ей… Хотел верить, но нечто незримое, неуловимое, не позволяло ему отпустить эту историю. Девушка что-то не договаривала, он чувствовал это и не мог объяснить ее мотивов. Разве только история выглядела совсем иначе, чем рассказала она.

Морис тут же отодвинул эту мысль. Нет, она ведь не могла обманывать его. Но, как показывала практика начальника Тайного сыска, — злодеем мог оказаться кто угодно, подобно волку в овечьей шкуре и от того у него скребло на душе еще сильней.

Но даже не взирая, на подозрения в том, что Тайрин не все рассказала Морису о ночи гибели Бонсона, он верил, она — не убийца. И был