Следователь по особо важным… телам 18+. Том 2 - Игорь Некрасов
— Только не перепутай, а! — предупредила Софья. — Отправь лучше сначала, потом удалишь. А то я тебя знаю.
— Не переживай, солнышко, — сказал он уже мягче, почти ласково, и зажал пару кнопок, затем послышался щелчок мышки, и практически в следующую же секунду я увидел, как его глаза замерли и после расширились. Сначала в них мелькнуло удивление. Потом — замешательство. А потом — паника. — Ой… — выдохнул он тихо, почти шёпотом.
— Что «ой»? — переспросила Софья, и голос её стал напряжённым. — Ты оригинал удалил, что ли? Сука! Игорь!
Наступила тишина. Даже дети, казалось, на мгновение затихли. А Игорь в это время молчал и смотрел на экран не моргая. Я видел, как на его лбу выступила испарина. Его рука замерла над мышкой, будто он надеялся, что если не будет двигаться, то ошибка исправится сама собой.
— Ну-у… блин, — выдавил он, и голос его дрогнул. — Тут… вроде… как бы…
— Пф, — вырвалось у меня — тихая, сдавленная усмешка, которую я не смог сдержать.
Я чуть прикусил губу и подумал: «Ну и семейка…»
— ИГАААААРЬ! — закричала Софья в этот момент так, что динамик зазвенел. — БЛИН! КАКОГО ЧЕРТА⁈ Я ЕГО ПОЧТИ ГОД ГОТОВИЛА! ТАМ ВСЕ РАСЧЕТЫ, ВСЕ КОНТАКТЫ, ВСЕ ДЕТАЛИ! ЭТО НЕ ПРОСТО ФАЙЛ, ЭТО МНОГОБЛЯТЬМИЛЛИОННЫЙ КОНТРАКТ!
Игорь на секунду замер, растерянно моргнул, не зная, что делать и как быть. Он глянул на ребёнка, который без его участия уже успокоился, и, явно пытаясь уйти от разговора, резко сказал:
— Соф, прости, у меня тут дети плачут. Я перезвоню. — голос его дрожал.
Он понимал, что облажался по-крупному, но сейчас выбрал тактику: сбежать.
— ВОТ ТОЛЬКО ПОПРОБУЙ ПОЛОЖИТЬ ТРУБ… — послышалось из трубки за мгновение, прежде чем он её повесил.
В кабинете повисла тишина. Только где-то в углу продолжали возиться близнецы — один из них со всей силы пинал мяч об стену, второй сосредоточенно размазывал грязь по полу.
Игорь Семёнов сидел неподвижно, уставившись в одну точку на мониторе. Его взгляд был стеклянным, растерянным — он явно перебирал в голове варианты: как исправить ситуацию, как вернуть удалённый файл, как объяснить Софье, что он не специально. Пальцы его застыли над клавиатурой, будто он надеялся, что если просто посидеть и ничего не делать, то всё само рассосётся.
Я смотрел на него уже несколько минут. Сначала — с любопытством, потом — с лёгкой усмешкой, а теперь — с нарастающим раздражением.
Ну сколько можно? — подумал я, чувствуя, как усталость и желание поскорее разобраться с делом начинают брать верх. — У меня нет столько времени, чтобы попросту ждать.
Я кашлянул в кулак — коротко, сухо, но нарочито громко, чтобы привлечь к себе внимание.
— Кхм-кхм.
Игорь тут же дёрнулся всем телом, словно его окатили холодной водой, и резко повернул голову в мою сторону. Глаза его расширились — сначала от удивления, потом от осознания, что он не один в кабинете.
— Оу, чёрт! — выпалил он и тут же нырнул под стол, суетливо, чуть не сбив тюбетейку. Он начал шарить рукой в ящике, задевая какие-то предметы, и я смотрел на это с любопытством, не понимая, что он так отчаянно ищет. — Блин, и как я его не заметил, — пробормотал он, копошась в ящике.
Через пару секунд он достал оттуда тарелку с горкой золотистых кусочков, похожих на сладости. Что-то вроде чак-чака или баурсака — я не особо разбирался в названиях, но пробовал как-то давно.
Игорь поставил угощение на стол и, не дожидаясь моей реакции, полез в карман брюк, достав оттуда скомканный листок бумаги. Затем он развернул его, чуть прищурился, вглядываясь в написанное, и начал читать вслух:
— И-сән-мә-отсос… — начал он на татарском, с жёстким, неестественным акцентом, который совсем не походил на то, как говорили девушки с ресепшена. У тех слова лились мелодично, свободно, а этот читал так, будто проклинал меня. — Манда хер-в-морд…
Я смотрел на эту картину, и внутри меня начало нарастать странное чувство смеси абсурда и недоумения.
Нет, ну это уже хуйня какая-то, — подумал я, чувствуя, как терпение лопается. — Надо это уже заканчивать.
Я резко встал с дивана и Игорь, видимо не ожидая, пугливо дёрнулся, но я остановил его жестом — выставил ладонь вперёд, словно перекрывая дорогу.
От неожиданности он замер, а я, стараясь говорить ровно, но чётко, произнёс:
— Так. Стоп. Я не тот, кого вы ждёте. — его тюбетейка чуть съехала набок, а в руке всё ещё был тот скомканный листок. — Я другой, — сказал я уже твёрже, чувствуя, как внутри нарастает раздражение от всего этого цирка. Сунув руку в карман, я достал удостоверение и развернул его перед ним. — Я следователь Лапин Илья Николаевич. Я пришёл к вам, чтобы узнать кое-что об одном из ваших сотрудников. Убойнове Евгении Викторовиче.
Игорь посмотрел на мое удостоверение, потом — на моё лицо, потом снова на удостоверение. Его рука с листком опустилась, и я увидел, как он медленно переваривает услышанное. Глаза его расширились, и в них промелькнуло что-то вроде шока.
— Убойнов Евгений? — переспросил он, и голос его прозвучал удивлённо, почти растерянно. — Эм-м, а кто это?
Боже, — пронеслось у меня в голове, и я мысленно закатил глаза. — Ну что за день! — я убрал удостоверение обратно в карман и сделал глубокий вдох. — Это плохо. Очень плохо. Если заместитель директора не знает сотрудника, то либо Евгений наврал, либо у нас проблемы с адресом.
— Это… как я знаю один из сотрудников вашей компании, — сказал я ровно, стараясь говорить чётко и без лишних эмоций. — Я хотел бы узнать кое-какие детали по поводу его работы. Поэтому и пришёл сюда. К вам. Мне сказали, что вы сможете помочь.
Игорь хмыкнул, и на его лице появилось выражение человека, который только что переварил информацию и теперь пытается понять, как ему на это реагировать. Он пожал плечами, и я заметил, как его взгляд стал чуть более осмысленным — похоже, он начал выходить из ступора и возвращаться в реальность.
— Да-а? — переспросил он с лёгким удивлением. Он взял тарелку с угощением и засунул её обратно в ящик стола. Затем поправил тюбетейку, которая снова съехала набок, и