Рябь во времени - Джули МакЭлвен
— Не всё бывает тем, чем кажется.
Кендра нахмурилась. — Что вы имеете в виду?
Лилиан словно не слышала. Она смотрела на склон холма. Там стояли мистер Льюис и мистер Макбрайд, разговаривали, но оба поглядывали на неё и Лилиан. Слишком далеко, чтобы разобрать выражения лиц.
Кендра вновь посмотрела на Лилиан. — Что вам известно?
Та приподняла бровь. — Вы ведь приехали не из-за истории многолетней давности.
— Нет, пожалуй, — вынуждена была согласиться Кендра. — Тем более служитель, совершивший нападение, покончил с собой.
Лилиан вздрогнула. — Мистер Додд покончил с собой?
Кендру удивила эмоция, мелькнувшая в её глазах. — Вы не знали?
Лилиан опустила ресницы, скрывая выражение. — Доктор Шей велел ему уйти. И на этом всё кончилось.
Кендра чувствовала, что ей недоговаривают. — Что вы скрываете?
Лилиан искоса взглянула на неё. — Вы здесь не для того, чтобы выяснять обстоятельства того случая. Вы приехали потому, что застрелили лорда Креймора.
Она была права, но Кендре не нравилось ощущение, что в давнем скандале осталось нечто скрытое. Она терпеть не могла незавершённые линии расследования. Но пока отложила старую историю и сосредоточилась на нынешнем преступлении. — Вы видели лорда Креймора, когда он на днях приезжал к сестре?
— Конечно. Он присутствовал на нашем музыкальном вечере. — Губы её скривились. — Это заслуга мистера Льюиса. Музыкальные вечера, как в приличных домах. Он любит повторять: «Музыка способна усмирить даже дикое сердце». — Она процитировала слова с особым выражением. — Кажется, из Библии. Какая ирония.
— Это из пьесы Уильяма Конгрива, — рассеянно поправила Кендра и внимательно взглянула на собеседницу. — Что тут ироничного?
— Большинство англичан считают дикарём самого мистера Льюиса.
Кендра нахмурилась.
— Почему? — Неужели вы настолько наивны, мисс Донован? Или это потому, что вы американка? Даже последняя уличная оборванка считает себя лучше любого чужеземца — лишь бы в её жилах текла чистая английская кровь. Отец мистера Льюиса был англичанином, но для людей имеет значение только то, что мать его — индианка.
Кендра снова вспомнила презрительные слова Букера. «А тот, другой».
— Они встретились в княжестве Майсур, — тихо сказала Лилиан, посмотрев на озеро. — Отец мистера Льюиса служил писцом в Британской Ост-Индской компании. Мистер Льюис рассказывал, как отец однажды увидел его мать за стиркой в реке и влюбился с первого взгляда. Романтичная история, если веришь в такие вещи.
— А вы не верите?
Губы Лилиан скривились. — В моём положении? Нет, — отрезала она.
Кендра не винила Лилиан за цинизм. Но ей было немного странно, что мистер Льюис поделился с ней такой личной историей.
Лилиан словно угадала её мысли. — Удивлены, что он говорит со мной о подобном? Мы ведь разговариваем, знаете ли.
— Майсур... Незнакомое название.
Лилиан пожала плечами. — Он так называл.
Что-то зашевелилось на краю сознания Кендры. Она упускала важную мысль. Однако ничего не вспомнилось, и она заставила себя вернуться к Креймору. — Значит, граф остался на музыкальный вечер?
— Да. Пока у миссис Аллард не случился очередной приступ. — Впервые Лилиан улыбнулась искренне. — Она приняла лорда Креймора за агента Наполеона. Было очень занятно, особенно когда Дора, Сибил и леди Эвелин подключились. Все кричали, размахивали руками. — Она тихо засмеялась. — Лорд Креймор был поражён.
— Представляю, — сухо заметила Кендра.
— Доктор Шей приказал мистеру Крампу увести миссис Аллард в одиночную комнату после того, как она пригрозила Сибил каминной кочергой. А эта дурочка бросилась к графу. Тогда леди Эвелин закричала, что брат заточил её в ад и она его убьёт.
Кендра резко повернулась к ней. — Именно так и сказала? Что убьёт его?
— Да. Бедняга даже выглядел потрясённым. Словно тревожился.
— Возможно, он и правда тревожился.
— Очевидно, куда больше его беспокоило, как отвадить сестру от ухажёра.
— Что вы знаете об этом мужчине?
Лилиан хитро улыбнулась. — Немало. Я знаю, что лорду Креймору не удалось их разлучить. Знаю, что мистер Уиллоуби и леди Эвелин несколько раз встречались здесь, на территории. И знаю, что он был здесь в тот день, до приезда графа.
— Уиллоуби находился здесь в день визита лорда Креймора к сестре?
— Да. А когда граф узнал об этом — и о других посещениях мистера Уиллоуби, — пришёл в ярость. — В кошачьих глазах Лилиан сверкнула злобная радость. — Вам непременно следует спросить об этом доктора Шея. Они страшно разругались, когда граф пригрозил забрать сестру из лечебницы.
Глава 24
Сэм Келли смотрел на выкрашенную в чёрный цвет дверь с чувством, близким к опасению. Таверна называлась «Старый Вельзевул» — название подходящее, подумал он, для одного из самых дурно известных преступных притонов Лондона. Вряд ли здесь обрадовались бы сыщику с Боу-стрит.
Он ощущал успокаивающую тяжесть четырёхдюймового шеффилдского ножа, спрятанного в сапоге, и двуствольного кремнёвого пистолета в кармане пальто. Но ни одно оружие не защитило бы его надолго от головорезов за этой чёрной дверью.
Вот почему он отправил внутрь уличного мальчишку с посланием.
Впрочем, не факт, что ждать снаружи безопаснее, особенно в этом районе Лондона. У Сэма неприятно покалывало затылок, когда он замечал мрачные лица прохожих. В их глазах пылала враждебность, словно каждый знал, что он с Боу-стрит.
Он прижался спиной к стене и осторожно сунул руку в карман. Когда пальцы сомкнулись вокруг отполированной деревянной рукояти пистолета, на душе стало чуть спокойнее. Движение было инстинктивным и заставило его вспомнить лорда Креймора, ехавшего той ночью в одиночестве. Кендра Донован права. Граф тоже потянулся бы за оружием, как сейчас Сэм, если бы к нему приблизился другой всадник. Непременно выхватил бы пистолет, защищая себя, кошелёк и драгоценную безделушку, которую вёз с собой.
Если только не узнал другого всадника. Узнал и не почувствовал опасности.
Дверь распахнулась, и мальчишка показался вновь. За ним возвышался громадный мужчина, такой высокий, что ему пришлось пригнуть голову, проходя под притолокой.
Сэм выудил шиллинг и подбросил мальчику. Тот с ухмылкой поймал монету на лету и помчался по улице, растворившись в толпе. Сэм едва заметил это: всё его внимание было приковано к Медведю.
Преступный главарь ухмыльнулся. — Внутрь зайти боишься, а?
Золотая серьга Медведя сверкала на солнце, лысина блестела. Шрам у левого глаза морщился, точно толстый розовый червяк. Сэм мимоходом задумался, как он его получил. Трудно было представить человека, осмелившегося напасть на великана.
Сэм холодно сказал: — Скажем так, я высоко ценю самосохранение.
Медведь расхохотался густым, гулким смехом, привлекая взгляды прохожих. И поскольку Сэм был не единственным, кому дорого собственное благополучие, он заметил, как быстро люди отводили глаза от главаря.
— Раз уж это вряд ли дружеский визит, чего тебе надо? — спросил Медведь,