Вторая жизнь барышни Софьи продолжается - Нинель Мягкова

Унгур и ближайшие окрестности были изображены подробно и точно. Участки размечены толком не были, но дома и дороги просматривались вполне отчетливо.

— Я ее у господина Скрябинского одолжил, — подтвердил мои подозрения папенька. — Очень просил вернуть в целости, ее еще его отец рисовал.

— Мы ничего эдакого делать с ней не будем, — заверила я отца, подходя ближе и рассыпая на ближайшем стуле горсть булавок. — Максимум дырочек натыкаем.

Исполнен чертеж был на тонком холсте, так что сильно повредить наше самоуправство не должно. Выровняется через час-другой.

Господин Пореченский приступил к разметке с важным видом человека, выполнившего крайне сложную работу в сжатые сроки и немало собой гордого. То и дело сверяясь с записями, натыкал с десяток мест и отступил, предоставляя будущим владельцам право выбора.

Папенька со Сташевским нависли над рамой первыми. Я не лезла — пусть насладятся процессом. Вдруг правильно укажут, мне и вмешиваться не придется!

Но нет.

Отец ожидаемо подался в центр города. Видимо, рассудил, что гостиница должна быть в проходном месте. В принципе, оно верно — для семейных заведений вроде «У Ремезовских», где Сташевский поселился до того, как переехать к нам. Но не для гостиничного центра, который задумала я.

Столичные гости, будучи в курсе моего плана, оба ткнули в карту неподалеку от железной дороги. Но, к сожалению, промазали: один из участков постоянно подтапливало по весне, другой находится в болотистой местности, осушать которую придется не один сезон.

— А вы что скажете? — не без ехидства поинтересовался Сташевский, пропуская меня к карте.

Над тем, какой участок выбрать из предложенных, я думала недолго.

— Этот, — ткнула пальцем в одну из цветных булавок чуть в стороне от города.

— Почему? — ожидаемо поинтересовался Сташевский. — Мне, например, вот этот больше нравится.

— Я не красотой руководствуюсь, а здравым смыслом, — хмыкнула я. — Место на возвышении, растает быстро, копать будет просто, там земля рыхлая. Рядом сады, со свежими фруктами перебоев не будет. Прямой выход к железнодорожным путям, можно для разгрузки тупичок отстроить. Ну и площадь побольше, чем у прочих.

— Зачем нам столько-то? — вытаращился папенька, оценив размер участка в записях Пореченского.

— Это впритык, честно говоря. Сад придется ужать, ну или приобрести какое-то из хозяйств поблизости, — задумчиво пробормотала я. — Гостям гулять нужно в тени, пару беседок поставить, мангалы.

— Вы что, дворец строить собрались? — вмешался Мелецкий.

Он чувствовал ответственность за финансовую сторону, поскольку представлял в том числе Сташевского, а потому любые траты полагал лишними.

Я принялась демонстративно загибать пальцы.

— Сами считайте. Собственно гостиница с номерами. Ресторация, да не одна, а скажем, одна с нашей, другая — с циньской кухней. Кофейня, чайная, погреба, склады, баня, прачечная, каретный двор, гараж под эти новомодные авто из столицы…

— Думаете, они сюда доберутся? — фыркнул Сташевский.

— Конечно, — невозмутимо кивнула я. — Рано или поздно, так или иначе. Потому и склады, и дороги должны строиться с запасом. Возможно, спустя годы мы еще и небольшие лавки в аренду сдавать начнем. Сезонная торговля, к примеру, шубы зимой и рассада по весне.

— Это ж целый городок выходит, — выдохнул папенька, заново оценивая выбранный мною пятачок. — Действительно, еще втиснуться бы.

— Вы все сразу строить собираетесь? — в голосе господина Мелецкого явственно сквозило сомнение в моей вменяемости.

Финансы господина Сташевского, пусть и подкрепленные запасами Воронцовских, точно не резиновые.

— Нет, конечно. Но у нас должно остаться пространство для маневра, — парировала я. — Соседи быстро осознают, насколько взлетела в цене их земля, и взвинтят цены втрое, а то и вчетверо. Расшириться так просто уже не выйдет.

— Вынужден признать, тут вы совершенно правы, — неохотно подтвердил столичный поверенный. — Стоит хозяевам прилегающих территорий заметить интерес к их собственности, участки моментально станут золотыми. Покупать надо заранее и втайне, тут у меня вопросов нет. Но вот что касается масштабности всего предприятия… Справитесь ли?

— Я же не одна буду, — не упустила случая подсластить пилюлю. Пусть думают, что это они такие крупные управленцы, а барышня тут чисто для украшения. — И посоветовать, и помочь найдется кому. А что задумка дельная, надеюсь, ни у кого из присутствующих сомнений нет.

— Даже удивительно, как это еще никому в голову не пришло, — рассеянно прокомментировал господин Мелецкий.

Пришло, вообще-то. Точнее, придет лет через десять, когда бунты поутихнут, и у народа вновь появятся желание и возможность путешествовать и торговать. Впрочем, первые попытки отстроить нечто подобное быстро пресекут и возьмут под контроль. Дальше строиться будут уже царские гостиничные комплексы, а доходы с них пойдут прямиком в казну.

Возможно, нас тоже вскоре тормознут и приберут к рукам. Но у меня теплилась надежда на происхождение Сташевского. Кому, как не родственнику, доверит царь-батюшка управление подобным предприятием? А там, глядишь, и мне какая компенсация перепадет.

Основной моей целью все равно было трудоустройство обитателей трущоб, а не личная нажива. Уж об этом всегда можно договориться, особенно если обрисовать представителям власти трудности, что возникнут в ближайшее время. Главное — помочь людям, а кто встанет во главе проекта, не так и важно.

У меня останется моя драгоценная типография, у папеньки — его, и заживем мы припеваючи.

— Идея сама по себе не слишком оригинальна. Если она кому и приходила, то упиралась в отсутствие достаточных финансов, — небрежно пожала я плечами. — Сами подумайте, если арендовать участок, то вкладываться насколько масштабно рискованно, а если покупать — откуда брать средства на дальнейшее строительство? Купцы идут оборотом, от закупки к продаже, у них частенько и денег-то свободных нет. Аристократам же не до трудностей простого народа. Если и затеют что, вряд ли привлекут сомнительных личностей на стройку.

— Погоди, а каких мы еще личностей собираемся привлекать? — насторожился папенька.

— Так из трущоб же. Я разве не говорила?

Многозначительное осуждающее молчание было мне ответом.

Разумеется, решение о трудоустройстве нуждающихся я отстояла. Столичные гости и не пытались спорить, а папенька был убежден моим красноречием.

Господин Пореченский в перепалку вовсе не встревал. Ему хватило осознания масштаба грядущего строительства, чтобы войти в состояние предвкушающего умиротворения. Процента по договору ему не полагалось, но и без того дел намечалось великое множество, начиная от составления соглашений и заканчивая оформлением сделок. Хватит и на хлеб с маслом, и на икорку щучью время от времени.

Покупка участка прошла легко и как-то обыденно для столь грандиозного события.

Владелец, господин Малиновский, пожилой вдовец с тремя взрослыми сыновьями, что давно