Отголоски во времени - Джули МакЭлвен

пришёл к тому же выводу. Она ударилась затылком о спинку театрального кресла, вследствие чего получила перелом черепа и те рваные раны, которые вы обнаружили, леди Сатклифф. Удар привёл также к тяжёлому повреждению шейного отдела позвоночника — попросту говоря, она сломала шею. Не могу утверждать, что смерть наступила мгновенно, но травма головы, вероятнее всего, лишила её сознания и она умерла вскоре после удара.

Он помедлил и добавил: — Разумеется, у неё было множество кровоподтёков, но некоторые ушибы на плечах, по моему мнению, возникли не менее недели назад.

Кендра вспомнила разгневанное лицо лорда Уэстфорда, когда тот шёл к ней. — Побои?

— Этого я установить не могу. — Мунро поджал губы и осторожно добавил: — Но повреждения похожи на следы того, как человека сильно хватали за плечи, возможно, встряхивали.

— Они не могли возникнуть, когда чудовище перебрасывало её через перила? — спросил герцог.

— В области талии обнаружились синяки, скорее всего, оставшиеся от того, как негодяй схватил её и бросил вниз. — Мунро отпил виски. — До падения она не сопротивлялась.

Герцог приподнял брови. — Откуда такая уверенность?

— На теле леди Уэстфорд нет иных повреждений, кроме уже названных. Ни сломанных ногтей, указывающих, что она пыталась царапать нападавшего, ни ран на кистях, характерных для самообороны. Я попросил её камеристку принести одежду, в которой она была в день смерти, а также все найденные при ней вещи. Повреждений почти нет, если не считать разрыва оборки у подола платья. Накидка была бархатной, из более прочной ткани, и повредить её труднее, но и её подол потёрт. Впрочем, для верхней одежды это неудивительно. Платье сшито из тонкого муслина. При долгой борьбе швы непременно разошлись бы. На туфлях, чулках и ридикюле не было ни грязи, ни пятен, ни разрывов.

Кендра снова восхитилась тщательностью доктора Мунро. Именно поэтому ей хотелось работать с ним.

— Подол мог порваться, когда она бежала вверх по лестнице к балкону, — сказала она. Платья эпохи Регентства не предназначались для марафонов. Она и сама испортила несколько нарядов, убегая от убийцы или гоняясь за ним.

— Или же он порвался ещё до её прихода в театр, — возразил Алек.

— Только не если она отправилась прямо из дома. Камеристка заметила бы прореху и ни за что не позволила выйти в рваном платье. — Кендра говорила с немалой уверенностью: собственная горничная Молли была непреклонна в таких вопросах.

Сэм почесал бок носа, глядя на неё. — Не очень понимаю, с чего бы ей бежать вверх по лестнице, барышня. Ежели за ней гнался злодей, лучше бы на улицу выбежала, где люди помогут.

— Если только у неё не оставалось другого выхода, кроме как подняться. — Кендра сделала большой глоток хереса, представляя происходившее. — Убийца мог угрожать ножом или пистолетом, заставляя её идти к балкону. Или просто запугал своим ростом. Леди Уэстфорд была совсем маленькая. Думаю, ей хватило бы малейшей угрозы.

Герцог сжал губы. — Вы хотите сказать, этот негодяй намеренно преследовал её, как охотник дичь, загоняя к балкону, чтобы сбросить насмерть.

— А она реагировала, как загнанное животное, думая только о том, как спастись от опасности, — тихо ответила Кендра. — Страх лишает людей способности рассуждать. Когда он загнал её на лестницу, выбора у неё уже не было.

Алек нахмурился. — Но она сопротивлялась бы, как любое животное в ловушке. Тогда появились бы защитные раны.

Кендра покачала головой. — Не обязательно. Некоторые животные — и люди тоже — замирают от ужаса. Нападавший мог внезапно броситься к ней, схватить и перебросить через перила, прежде чем она успела среагировать. Леди Уэстфорд должна была стоять к убийце лицом. Он видел её лицо, её страх, когда поднимал её, когда бросал вниз… когда она летела навстречу смерти.

— Господи помилуй, — выдохнул Сэм. — Да он чудовище.

По ошеломлённому молчанию остальных Кендра поняла: её слова заставили их живо представить ужас последних мгновений леди Уэстфорд. Прошло некоторое время, прежде чем Сэм откашлялся, нарушая напряжённую тишину.

— Зачем? — спросил он. — Если он собирался её прикончить, к чему гнать вверх по лестнице? Слишком много возни ради убийства.

— Не знаю, — призналась Кендра.

Сыщик с Боу-стрит продолжил: — И что она вообще делала в театре? По воскресеньям он закрыт.

— Это я могу объяснить. Мы выяснили, что в субботу леди Уэстфорд приходила в театр и спрашивала одну из актрис, Клариссу. Та, по-видимому, исчезла. Думаю, леди Уэстфорд договорилась встретиться с девушкой по имени Эдвина, которая работала и жила в театре. К сожалению, теперь Эдвина тоже пропала.

Брови Сэма взлетели вверх. — Вы думаете, она видела убийство и злодей прикончил и её?

— Возможно. Хотя я надеюсь, что она сумела сбежать, поскольку пока мы нашли лишь тело леди Уэстфорд.

— Он мог настичь её за пределами театра, — заметил Алек.

Кендра посмотрела на мужа. — Вот этого я и боюсь.

— Я наведу справки, — сказал Сэм. Он постучал пальцем по стакану с виски, задумавшись. — А откуда негодяй узнал, что леди Уэстфорд встречается с этой Эдвиной утром в воскресенье?

— Узнать не так трудно, — ответила Кендра. — Муж мог знать её расписание. Даже если она не сказала ему сама, достаточно было расспросить слуг. Сомневаюсь, что те сохранили бы это в тайне.

— Думаете, её убил сам лорд? — Голос Сэма был ровным. В золотистых глазах