Зарубежный детектив 2026-15 - Кристофер Райх

Раздался жуткий скрежет столкновения металла с металлом, и грузовик за моей спиной наехал на «импалу», спихнув ее с дороги. Я вскарабкалась на ограду, перевалилась на животе через ее острый верх, который разодрал мне блузку и живот, и упала на бетонное покрытие по ту сторону.

Я заставила себя снова подняться и двигаться, но острая боль обожгла мне легкие, и в глазах у меня потемнело. Я споткнулась и упала. Лежа на спине, я видела, как грузовик продирается сквозь ограду, надвигаясь прямо на меня и светя в меня фарами.

Я, шатаясь, поднялась. Правой ногой я зацепилась за брошенную шину и начала падать на бетон. Казалось, я парю в свободном падении. Я приземлялась достаточно медленно, чтобы видеть, как грузовик ринулся на меня.

Как только я ударилась, из верха машины вырвался столб искр. В ушах прогремел выстрел, как из пушки, отчего моя голова затряслась, ударяясь о бетон. Двигатель пробил решетку радиатора, и из машины брызнул фонтаном антифриз. Когда я освободила колено от шины и откатилась в сторону, я услышала душераздирающий вопль. Ярко-красный поток крови залил лобовое стекло грузовика.

Я лежала за пилоном, тяжело дыша. На выезде к Дэймену пандус расположен слишком низко, чтобы под ним мог проехать грузовик, но Саймон в своем стремлении убить меня этого не заметил. Верхняя часть кабины грузовика врезалась в край пандуса.

Я взглянула вверх на покореженный бетон. На фоне темного ночного неба я могла различить только куски вырванных прутьев. Над головой гудели машины. Казалось странным, что люди проносятся надо мной, совершенно равнодушные к тому кошмару, который творится здесь, внизу. Мир должен был бы замереть на мгновение, затаить дыхание, подать знак, что он это видел. Сама магистраль должна была содрогнуться.

Эту ночь я завершила в своей постели, хотя в какой-то момент мне казалось, что я до нее не доберусь. Водитель грузовика, который ехал мне навстречу, вызвал по своей рации полицейских, как только вылез из кабины. Он врезался в бок трейлера Саймона, когда тот развернулся поперек дороги. Его собственная машина перевернулась, но он был пристегнут страховочным ремнем и, к счастью, отделался только несколькими синяками. Согласно более поздним отчетам, он грозился преследовать всех, кто в этом был замешан, в судебном порядке, пока не увидел разбитую голову Саймона.

Я лежала на мостовой под Стивенсоном, пока не пришли полицейские, искавшие меня – не конкретно меня, конечно, а водителя «импалы». К тому времени у меня не было сил двигаться, или меня даже не особенно волновало, что случится дальше. Трясясь на заднем сиденье полицейской машины, я пыталась связно изложить вечерние события.

Полицейский дал мне более ясную картину того, что произошло с Саймоном. Его инерция была такой огромной, что, когда он врезался в ограничительную балку, задние шины уперлись в землю и их разорвало. Это объясняло, откуда взялся пушечный выстрел, который до сих пор гудел у меня в голове. Та же самая сила вытолкнула мотор из креплений, так что он пробил радиатор. Машина стояла, вздыбившись на задних колесах, пока пожарные извлекали останки Саймона.

После того как мы поговорили, полицейский связался со своим отделением и послал кого-то привезти обоих Фелитти и Чамферса. Все трое были в офисе Чамферса, вероятно ожидая сообщения громилы о том, что я получила по заслугам.

Мы все вместе поехали в четвертый округ, при этом Чамферс настаивал на том, что я – обыкновенная взломщица, которую они застали за работой.

– Я очень огорчен смертью Саймона Лезака. Он пытался помочь нам, он гнался за ней от самого предприятия, когда мы ее вспугнули…

– И он так переусердствовал, что переехал «импалу», – вставила я.

– Не думаю, что мы когда-нибудь получим ясную картину того, что случилось этой ночью под магистралью, – проговорил Чамферс, обращаясь к следователю Анджеле Уиллоби, которая, по-видимому, вела дело о столкновении. – Водители грузовиков не носят те маленькие коробочки, которые есть у вас, так что мы не узнаем последних мыслей Саймона.

– Ненависть и ликование – вот более чем полное описание; перед тем как съехать с дороги, я видела лицо парня в зеркале заднего обзора, – сказала я. – Вы уже взяли показания проезжавшего мимо водителя грузовика? Он, вероятно, может подтвердить, что Саймон сделал все, что было в его силах, чтобы меня переехать.

Уиллоби посмотрела на меня равнодушными серыми глазами, но ничего не сказала. Мужчина в форме, который вел записи, прилежно записал мой вопрос и держал ручку над блокнотом, ожидая наших следующих высказываний.

Я попыталась еще раз:

– Они все еще грузили на машины материалы «Парагон стил», когда появилась полиция? Главный ревизор «Парагон», вероятно, сможет сказать пару слов по этому поводу. И я сомневаюсь, что он каким-то образом свяжет мою персону с кражами на «Даймонд хэд».

Чамферс и Питер Фелитти в один голос разразились градом оскорблений. Кто я такая – жалкая воровка, – чтобы спрашивать об их деловых операциях? Когда появился Дик – в конце концов, он был адвокатом братьев Фелитти, – я начала думать, что меня арестуют, а честные граждане пойдут домой спать.

Я, безусловно, была здесь единственной, кто был похож на злодея. Помимо рваной куртки, джинсы разорвались на коленях, когда я проехалась по мостовой. Мои кроссовки обратились в лохмотья, волосы слиплись, и я даже не хотела знать, на что похоже мое лицо. Справедливость, может быть, и слепа, но она предпочитает чистый, аккуратный вид.

Фелитти позвонил Дику, вызвав его с какого-то вечера, но он заехал домой, чтобы переодеться в строгий темносиний костюм. На Анджелу Уиллоби он определенно произвел впечатление как своей приятной внешностью, так и внушительными манерами богатого человека: она позволила ему пообщаться в уголке со своими клиентами.

Отойдя от них, он сочувственно поговорил с Анджелой об этом несчастном вечере. Подчиненный переусердствовал в своем стремлении выказать свою преданность хозяевам. Это была трагедия, что Саймон Лезак умер, но счастье, что я выжила.

При последних его словах я осклабилась:

– Я очень рада, что ты так думаешь, Дик. Твой любезный тесть не объяснил тебе, как так вышло, что старина Саймон переусердствовал? Не рассказал, как он на меня набросился, чтобы доставить на завод?

– Он в своем рвении был введен в заблуждение, – пробормотал Дик. – Они знали, что до этого ты тайно пробралась на