Одиночество и компания - Чарли Дайрофф

Для того исследования я настроила комнату наблюдения так, чтобы дети попали в приятную, знакомую обстановку детского сада. Мы изучали, как влияет игра на их развитие, и мыши были запрограммированы взаимодействовать с объектом больше или меньше, в зависимости от тестовой группы.

Я хорошо помню тот проект, потому что Маша впервые позволил мне вести и именно тогда преподал мне важнейший урок о том, как быть исследователем. Я делала записи, когда он возник рядом и стал разглядывать ребенка в комнате. Посмотрел на мальчика и мышь, потом на мои записи. На мальчика, на записи, на мышь, на записи.

– В чем смысл этого исследования? – спросил он, и я дословно повторила то, что мы написали в заявке.

– Нет. – Он покачал головой. – Мысли шире, Ли. Какова причина этого исследования? Почему это важно?

Помню, как сильно мне хотелось ответить правильно, но я не знала, что сказать. После долгой паузы он повернулся к комнате с ребенком:

– Когда смотришь на мальчика, не видишь его руку или нос. Видишь мальчика, который хочет играть. Любое исследование больше, чем просто сумма его частей. У любого проекта есть своя причина для существования, так же как у этого мальчика. Как у тебя и меня.

Маша говорил медленно, и я ловила каждое слово, не отрываясь смотрела на его профиль, наблюдала, как ледяные голубые глаза следят за ребенком.

– Глядя на эту комнату, не ищи данные для публикации. Не делай заметки ради заметок. Учись относиться к проекту как к человеку. Узнай, чего проект хочет, зачем существует, ищи истинные причины его появления – и тогда найдешь лучший способ его реализовать.

И вот я разглядываю старомодную эклектичную квартиру. Потертый зеленый диван. Громоздкие шкафы. Несмотря ни на что, стараюсь сосредоточиться. Если я смогу отнестись к проекту «Вики» как к человеку, возможно, примирюсь с Распределением. Если разберусь, что стоит за этим квестом с искусственным другом, может, мне удастся решить задачу быстрее и выбраться отсюда.

Проблема в том, что я поверить не могу, что ИИ типа Вики еще не создан.

Должно же быть что-то подобное; я точно с чем-то таким уже сталкивалась. Запускаю поиск и нахожу сотни ИИ в разных отраслях, для разных целей и услуг, но выясняется, что ни один из них не смог стать настоящим другом. Кажется, я вот-вот пойму. Пойму, для чего мы здесь, зачем все это.

Проект «Вики» хочет запуститься и работать, это само собой, но должна быть более глубинная причина. Я знаю, чувствую, но никак не ухвачу суть.

Снимаю наушники и разминаю спину, так что позвонки щелкают, нарушая тишину и напоминая, как тут тихо. Над холодильником на стене маленькая черная точка. Вероника вчера принесла домой звуковой поглотитель. Наверное, ей нужно тестировать новые продукты, чтобы потом их предлагать.

Поглотитель не больше моей ладони, высасывает из комнаты внешний шум, чтобы мы не слышали гудки, грузовики и разговоры прохожих. Вероника говорит, это здорово, потому что, когда она смотрит телевизор, они ей мешают. К тому же ее нервируют «скорые», объяснила она, с усилием мышц прилепляя девайс на стену.

Раньше мне нравилась тишина, но в этой квартире она тяжелая. С этой штукой на стене слышно только отсутствие. Звенящая пустота, где есть только я и воздух.

Поворачиваюсь к экрану, чтобы выяснить, зачем понадобилось создавать искусственного друга, и тут всплывает сообщение.

крис [10:00]

доброе утро, ли

как прошли выходные?

ли [10:00]

хорошо

а у тебя?

крис [10:01]

круто, круто

были на концерте в Бодеге

новая точка прямо под магазином на Линдене

годная

барабанные перепонки чуть не лопнули,

но в хорошем смысле

ли [10:02]

круто

крис [10:03]

любишь панк-рок?

ли [10:03]

конечно

крис [10:04]

тогда послушай вот это

скажи как тебе

[Spritzy.m43]

ли [10:04]

ок

Ссылка нетерпеливо ерзает на экране, я жму на нее, с экрана выплескивается шум. Вопли, звон, грохот, барабаны. Эхо разносится по квартирке, и я быстро выключаю звук, сижу пару секунд, потом включаю снова – а вдруг это какой-то тест и Крис видит, дослушала я до конца или нет. Истошно воет какофония. Вот так мы теперь получаем задания?

Когда песня наконец-то стихает до сердитого шепота, пишу Крису.

ли [10:06]

вполне себе

крис [10:06]

норм??

в следующий раз тогда идем с нами

ли [10:07]

отлично

крис [10:08]

кул кул отлично

значит, первая категория «коммуникация»

не просто данные о том, как люди разговаривают

но где, почему, когда…

всё вообще

вопросы?

ли [10:08]

нет

отлично

В программе данных мне назначен новый раздел – «Коммуникация». Белый курсор Криса мигает пару раз и пропадает, оставляя меня наедине с пустой черной ячейкой, которая так и ждет, чтобы ее наполнили.

Расширяю экран вверх и в стороны, чтобы он был вокруг меня. Заныриваю, открывая разнообразные базы данных, с которыми работала раньше. В каждой вбиваю: «как люди коммуницируют». Тут же загружается тысяча ссылок. Как сказать что-то не словами, а фырканьем. Как стать человеком, которому люди хотят доверить свои тайны. Как подбодрить собеседника. Как давать и принимать советы.

Каждый запрос ведет к следующему. Так приятно и успокоительно рыться в архивах, базах данных и порталах – точно снова глубоко вдохнуть после нескольких дней без воздуха. Этому меня учили, и кажется, что только это и важно. Собираю все доступные данные. Забываю про обед. Забываю, где я. Проходят часы, и снаружи, укутывая город в тусклый бархатный свет, наступает вечер.

Уже поздно, но я ни капельки не устала. Спустя часы парсинга я бодра. Но есть что-то еще – знакомое беспокойство.

Иду к себе в комнату, отыскиваю беговые кроссовки, натягиваю. В Программе у нас был фитнес по расписанию и чудесный зал с тренажерами. Я годами не бегала на улице, в последний раз – когда жила с Синди и Грегом.

Начав бежать, я могу продолжать вечно. Мне хорошо и свободно. Оказывается, я скучала по этим ощущениям: словно сухой картон в горле, когда телу не хватает кислорода, каждый шаг глухо отзывается в суставах. Я забыла, как освежает недостаток воздуха.

Проношусь по районам, где никогда не бывала, и в нескольких милях от дома замечаю, что здания здесь совсем другие. Из ржавого металла, сияющего алюминия или крошащегося камня. Высокие и узкие, приплюснутые и широкие. У одного на остроконечной крыше присела статуя дряхлого ангела с раскинутыми крыльями. Столько лет жить в одном месте – теперь каждая деталь