Кавказ. Выпуск XXX. Кавказский этикет - Адам Гутов

Бгажноков Б. X. Адыгский этикет. — Нальчик: Эльбрус, 1978.

Бгажноков Б. X. Очерки этнографии общения адыгов. — Нальчик: Эльбрус, 1983.

Загазежев М. Г. Очерки по адыгской народной педагогике. — Нальчик: Эльбрус, 1996.

Кардангушев З. П., Шогенов X. Ц. Адыгэхэм хабзэу яIахэр. 1995.

Мамхегова Р. А. Очерки об адыгском этикете. — Нальчик: Эльбрус, 1993.

Мафедзев С. X. Межпоколенная трансмиссия традиционной культуры адыгов в XIX — начале XX века. — Нальчик: Эльбрус, 1991.

Мафедзев С. X. Кабардинский этикет. — Нальчик: Эль-Фа, 1994.

Мафедзев С. X. Адыги. Обычаи, традиции (Адыгэ хабзэ) — Нальчик: Эль-Фа, 1997. Мусукаев А. И. Традиционное гостеприимство кабардинцев и балкарцев. — Нальчик: Эльбрус, 1990.

Как свидетельствуют дошедшие до нас документы, Жабаги Казаноко происходит из потомственных адыгских дворян-уорков. Жил он в конце XVII — начале XVIII столетия. Когда же с течением времени его образ стал достоянием народных преданий, место документальной точности заняла народная молва. И прежде всего общество не могло принять того, что такая незаурядная личность могла быть во всем похожей на других людей, что и происхождением он был такой же, как и многие. В древних сказаниях рождение героев обязательно связано с каким-то чудом — один вышел из камня, как нарт Сосруко, другой рожден от съеденного волшебного яблока, как герои некоторых сказок, третий — от выпитой воды. Однако то — герои древние и фантастические, а тут лицо историческое, ему не припишешь рождение из камня. Но ведь все же таких, как он, чем-то выделять надо! Поэтому в преданиях появление некоторых героев на свет сопровождается какой-либо тайной. Это такая хитрая замена чудесному рождению, в которое относительно реального лица никто не поверит. Вот молва и придумала, будто Жабаги благородного княжеского происхождения. Но так как по правде таковым он не был, сошлись на том, что он побочный сын князя. А у адыгов князь был настолько почитаем, что всякий его отпрыск — от законной ли супруги или от тайной любовницы — все равно признавался высокородным.

Вот так и появилась версия о рождении нашего героя.

А. Гутов

Раньше, если женщина рожала вне брака, то ее привязывали к арбе и водили по селению, забрасывая грязью.

И вот дочь одной вдовы родила без мужа. Мать, встревожившись, пошла к уважаемому в селении человеку, поклонилась и попросила о помощи.

— С моей дочерью случилось беда, она родила вне брака; если об этом узнают, меня проклянут.

Мужчина согласился помочь, взял младенца и уехал с ним в горы. Там он увидел кош карачаевцев. «Кеп болсун! (Да умножится ваше стадо!)» — приветствовал он пастухов.

Тот, кто в этот день готовил еду, помог гостю спешиться, дал поесть и ушел по своим делам. Гость не стал приступать к еде. Он собрал сохнущую на солнце шерсть первого настрига, обвернул в нее младенца и положил в котел. И только тут его и видели.

Чабаны вернулись, увидели младенца в котле и стали решать, что с ним делать.

— Я на старости лет остался бездетным, — сказал один, — отдайте его мне.

Все посоветовались и решили так и поступить.

— Правильным будет дать ему имя, — сказал другой чабан. — Давайте назовем младенца, раз мы нашли его в котле — сыном Казана. А имя, коль он был завернут в шерсть весеннего настрига, дадим Жабаги.

Это предложение («казан» означает котел, «жабаги» — шерсть первого настрига) всем понравилось. Такой хабар связывают с происхождением Жабаги Казаноко.

…Как-то раз, когда мальчику-найденышу исполнилось двенадцать лет, он играл со сверстниками в бабки. Ребята из-за какого-то пустяка поссорились, и самый зловредный из них назвал Жабаги подкидышем.

Мальчик вернулся домой и спросил старика, которого он считал отцом:

— Кто меня родил?

Поняв, что приемный сын от него не отстанет, старик рассказал всю правду:

— Ты произошел от кабардинцев, мы нашли тебя в котле.

— Тогда я вернусь к тем, от кого произошел! — сказал Жабаги и в скором времени вернулся в Кабарду.

Как-то семилетний Жабаги Казаноко играл прямо на дороге и начал строить из песка и камней крепость. В это время по дороге ехал на телеге мужчина. Увидев мальчика, он сказал:

— Будь добр, уйди с дороги — дай мне проехать!

Жабаги на это ответил:

— Дедушка, не крепость пропускает путников, а они объезжают ее.

Мужчина с удивлением посмотрел на мальчика:

— Дитя мое, ты такой маленький, а рассуждаешь по-взрослому.

На что получил ответ:

— Когда зайчонку семь недель исполнится, он начинает сам для себя пищу добывать. А мне уже не семь недель, а семь лет.

Мужчина задумался, а потом сказал:

— Тогда, малолетний мудрец, сделаем так. Я тебе загадаю три загадки, если все отгадаешь — проеду мимо твоей крепости; если нет — ты свою крепость убираешь и меня пропускаешь.

Загадки были такие: на каком дереве ветки не растут; какой камень в воде не тонет; на какой горе нет камней.

Мальчик ответил не раздумывая:

— Дерево, на котором ветки не растут, — засохшее дерево. Камень, который в воде не тонет, — лед. Гора, на которой нет камней, — песчаная куча.

Мужчине только оставалось пожелать мальчику благополучия именем Аллаха, но в ответ он услышал:

— Можно и тебе, путник, задать вопрос?

— Говори: если знаю — отвечу.

Вопрос Жабаги был таким:

— Скажи, путник, каково расстояние между небом и землей?

Не нашелся что ответить мужчина; лишь произнес:

— Никому это не известно.

— Как и то, сколько в усах волосинок, — сказал Жабаги вслед мужчине, который объезжал построенную им на дороге крепость.

Впервые мудрость Жабаги проявилась, когда адыги жили не на просторах степей, а в горах. Мальчики, и вместе с ними Жабаги, гуляли у горы, под которой находился их аул. Жабаги увидел трещину в скале, нашел полено и вбил его в трещину.

Спустя недолгое время Жабаги вновь оказался у этого места и увидел, что полено валяется на земле.

«Это не случайно произошло, — подумал он, — полено не могло само упасть. А раз это произошло, значит, гора движется и она похоронит аул».

— Люди, вашему аулу грозит большая беда. Эта гора движется.

— Какой же ты умник, все знаешь! — не поверили ему.

— Тогда идите со мной.

Жабаги привел жителей