Александр Прохоров - Сердце тигра
Военный лагерь находился в стороне от той дороги, по которой ехал Лоредан. К лагерю из Александрии вёл отдельный тракт. Полюбовавшись на видневшиеся в отдалении мощные укрепления, молодой аристократ, подгоняя коней, направился дальше. У одного встречного торговца он осведомился, куда собственно ведёт эта дорога, по которой он едет.
- Так, в Каноп она ведёт, — ответил торговец. — А вам, куда нужно господин?
- Да где-то здесь, я слышал, находится лагерь, где держат рабов, — начал объяснять Лоредан. — Ну, для предстоящей навмахии. Вот только немногие о нём знают.
- А! Есть такой, — заулыбался торговец. — И почему это немногие? Да любой путник вам подскажет, где этот лагерь.
- В самом деле? — удивился Лоредан, озадачено взирая на собеседника. Про себя, он помянул недобрым словом глашатая, взявшего с него деньги за сведения, которые, оказывается, можно было получить бесплатно от любого встречного.
Торговец охотно рассказал, как доехать. Оказывается, он сам как раз возвращается из лагеря, куда ежедневно отвозит масло и вино.
Лоредан прибыл к лагерю рабов через четверть часа. Он остановился неподалёку от больших двустворчатых ворот, по сторонам которых возвышались наблюдательные башни, а возле самих ворот несли дежурство несколько стражников. Лоредан, сразу отметил, что это не были ни легионеры, ни городские диогмиты [306]. Стражники носили легкие нагрудники из чёрной, местами проклёпанной кожи и короткие серые плащи из грубой шерсти. У некоторых из них, ноги были защищены поножами из жесткой кожи, усиленной бронзовыми пластинами, у кого-то были наручи из соединенных попарно медных колец. Головы стражников защищали маленькие каски без гребней и без перьев, но зато с забралами, закрывавшими верхнюю половину лица. Все без исключения были вооружены хлыстами устрашающего вида, у воинов возле ворот имелись копья, а у тех, что вели наблюдение с башен — луки и колчаны полные стрел.
На прибывшего незнакомца, стражники смотрели спокойно и без всякого подозрения, из чего Лоредан сделал вывод, что место расположения этого лагеря, действительно ни от кого не скрывается. Приехать сюда может кто угодно, особенно приветствовались торговцы вином. На глазах Лоредана к воротам подкатила телега, груженная доверху кувшинами и амфорами. Торговец и стражники возле ворот, тепло приветствовали друг друга и после, началась оживлённая разгрузка.
Лоредан сошёл на землю и не спеша, с достоинством приблизился к одному из стражников.
- Эй, послушай, — обратился к нему молодой аристократ, — кто тут у вас главный?
- Вам, господин нужен Кратий, — охотно отозвался стражник.
- Так, позови его скорее.
Стражник не сдвинулся с места, но крикнул одному из своих товарищей на башне, что Кратия хочет видеть какой-то знатный римлянин и поэтому, надо быстренько разыскать главного надсмотрщика.
Кратий появился минут через пять. На Лоредана главный надсмотрщик произвёл неизгладимое впечатление. В этом высоком, жилистом человеке с наголо обритой головой, словно бы разом сосредоточились жестокость, свирепость и маниакальная подозрительность. Массивный лоб, маленькие, глубоко посаженные глазки, мощная нижняя челюсть и жесткие линии скул, указывающие на властность натуры. Только, таковым и мог быть истинный надсмотрщик за рабами. Впрочем, при виде хорошо одетого господина и в особенности его тоги с узкой красной полосой, указывающей на принадлежность к сословию римских всадников, Кратий принял самый любезный и почтительный вид, насколько это было возможно при его звероподобной роже.
- Приветствую вас, господин, — сказал надсмотрщик. — Какое у вас ко мне дело?
- Моё имя Эмилий Валерий Вестула, — представился Лоредан. — А тебя, уважаемый, кажется Кратий зовут?
- Да, господин, это так.
- Ты свободнорожденный или вольноотпущенник?
- Я свободный, — ответил Кратий, — И согласно эдикту императора теперь римский гражданин. Я служу почтенному Марцию Сексту Мессале, который вверил моим заботам этот лагерь.
- Вот, что, уважаемый Кратий, — начал Лоредан, — дело, которое привело меня сюда не терпит отлагательства. В этом лагере, я полагаю, находятся один мой друг — римский гражданин и принадлежащий мне раб. Они были захвачены разбойниками в пустыне и, скорее всего, привезены сюда.
- Нет, здесь только рабы моего патрона Марция Мессалы, — возразил Кратий. — Римский гражданин, тут никак не может…
- Так я и объясняю тебе, что мои люди попали сюда по ошибке, — перебил надсмотрщика Лоредан. — Вы ведь скупали всех пленников на границе с Ливией?
- Ну, допустим, — неохотно ответил Кратий.
- И, конечно же, не стали разбираться, каких людей к вам привозят.
- Ну, почему же? — Кратий выглядел одновременно встревоженным и озадаченным. — Мы бы не допустили, чтобы римский гражданин…
- Я хотел бы осмотреть ваших рабов, — требовательно произнёс Лоредан. — Если среди них окажутся мои люди, тогда продолжим разговор.
- Боюсь, я не вправе…, - начал было Кратий.
- Что? — резко произнёс Лоредан. — Может, мне обратиться с жалобой к префекту?
- Нет, нет, к префекту не надо! — поспешно воскликнул Кратий. — Какие они, ваши рабы?
- Раб, как я говорил, только один. Это огромный, очень сильный негр по имени Нарбо. Он, сразу обращает на себя внимание. Другого зовут Фабий. Описать его я не могу, обычный с виду человек лет тридцати. Как увижу, его, сразу узнаю.
- Ступайте за мной, — вздохнул Кратий. — Думаю, негр про которого вы говорите, действительно здесь у нас. Его привезли с последней партией.
Они прошли за ворота и остановились возле небольшого караульного помещения. Кратий подозвал одного из своих подчиненных и приказал привести того здоровенного негра из последней партии рабов. Через несколько минут, тот вернулся в сопровождении Нарбо.
Негр, увидев Лоредана, упал на колени и расплакался от счастья.
- Господин, это вы! Клянусь милостью Ваал-Бабы, доброго и справедливого. Я знал, я верил, что вы не оставите нас с Фабием.
Лоредана, тоже переполняли сильные чувства, но он, демонстрируя исключительные выдержку и хладнокровие, только кивнул бедному рабу.
- Всё в порядке, Нарбо, встань и успокойся.
Пока негр поднимался, молодой аристократ повернулся к Кратию. Главный надсмотрщик вид имел крайне озабоченный, можно, даже сказать, выглядел мрачнее грозовой тучи.
- Ну вот, этот раб сразу признал меня, — сказал Лоредан. — Полагаю, его следует освободить прямо сейчас. Уверен и второй мой человек — Фабий, тоже в вашем лагере.
Лоредан обратился к негру: