П.С.И.Х.0. Том 4 - Никита Клеванский

Влад медленно повернул голову. Брови у него уползли на середину лба, рот приоткрылся, и в таком положении он просидел секунды две.

— Меня⁈

— Тебя-тебя.

— Ром, я ученый! У меня индекс Хирша за десятку!

— А еще у тебя порой проскальзывают весьма подозрительные фразочки. — возразил я. — Например, цитирую: «Алгоритм-заклинание, которое перепрограммирует твое восприятие». Или: «Снимает фильтр с реальности».

— Это метафоры!

— «А магия нам тут не нужна».

— Фигура речи!

— А в баре ты сунул палец в горящий коктейль и сказал: «Тепленькое».

— Так он и был тепленький! — Влад всплеснул руками и задел зеркало заднего вида. — Это же физика! Пламя спиртовое. Если быстро провести рукой над огнем, кожа даже нагреться не успеет. Школьный опыт, Ром!

— А еще в сентябре ты спросил, не замечал ли я в последнее время чего-нибудь странного. — продолжил я. — И сделал это ровно в тот день, когда я видел горящего ребенка.

Он так и замер с ладонью на зеркале.

— Так ты все-таки что-то видел!

— Видел.

— А мне плел про летающего слона!

— Пришлось соврать. — признал я. — В то время я подозревал вас с Леной во всем подряд. Вплоть до работы на правительство и инопланетян.

— На кого⁈

— Я рассматриваю разные версии.

— И как?

— Некоторые пока в силе.

Влад хохотнул. Коротко, в нос, с каким-то сдавленным хрюканьем. Потом потер переносицу двумя пальцами и издал завершающий фырк.

— Так значит, магия все-таки есть… — произнес он, глядя на забор.

— Вне всяких сомнений.

Воронов принялся барабанить пальцами по рулю. Сперва медленно, а потом все чаще, словно складывал что-то в столбик и результат никак не сходился с ответом в конце учебника.

— Выходит, это был не сбой… — вымолвил он куда-то в себя и сразу оживился. — Не сбой, понимаешь? Испытуемые на прототипах, еще до тебя, они и правда видели магию! А мы все грешили на артефакты распознавания. Чистили выборку, переобучали модель, а оно опять лезло. В итоге пришлось насильно прошить в нейросеть отрицание всего сверхъестественного. Чтобы игнорировала все, что не укладывается в картину мира.

— Выходит, Психо не пытается меня запутать. — уточнил я.

— Нет-нет. — Влад помотал головой. — Он видит то же, что и ты. Всегда. Только кое-что игнорирует. Это разные вещи.

Вот, значит, откуда у моей нейросети такие повадки. Дежурное отрицание на каждый чих и все эти «Остальные гипотезы статистически незначимы». Я-то думал, это сбой или характер. А характер ему, как выяснилось, выдали на заводе вместе с прошивкой.

Психо молчал. Впервые на моей памяти он не вставил свое «Магии не существует», хотя лучшего повода у него еще не было.

— Стоп! — Влад вскинул руку. — Получается, все дело в чипе? Это он позволяет видеть магию?

— Я видел и без него. — припомнил я. — В восстановленных воспоминаниях. И один раз уже после потери памяти, на даче ваших друзей. У соседки мелькнули рожки.

— Рожки.

— Небольшие. Аккуратные. — уточнил я. — Но с Психо, конечно, гораздо чаще. Здесь не поспоришь.

Влад снова хрюкнул. А затем несколько раз огрел себя по щекам и отстегнул ремень безопасности. После чего потянулся к ручке двери, попав в нее со второго раза.

Смятение — вероятность 87%. Тревога — вероятность 74%. Любопытство — вероятность 38%. Падает.

— Подожди. — я поймал его за плечо. — Ты хочешь пойти со мной? Уверен? Там может быть опасно. Я могу сам.

Он посмотрел на мою руку. Потом на меня.

— Ром. Ты Алену любишь?

— Такая эмоция мне пока недоступна. — ответил я честно. Психо мог бы подтвердить, если бы имел доступ к моим голосовым связкам.

— Вот когда откроешь, тогда перестанешь задавать такие вопросы. — Влад высвободил плечо и толкнул дверь.

Я посмотрел в окно. Четыре метра кирпича с ошметками ржавой колючки наверху. Где-то за ним находились Лена и Алена, непонятно как там оказавшиеся. Если, конечно, оппозиция не соврала.

Любви еще нет, а я уже сейчас собирался лезть неизвестно куда за сестрой и девушкой.

Спорить с Владом я больше не стал.

Ворота оказались под стать забору. Высокие кованые створки в крупную сетку поднимались на два моих роста. Верхний край правой половины кто-то отогнул наружу, будто через него уже не раз перелезали. В проушинах висел большой амбарный замок, но и сами ворота успели знатно врасти в землю.

— Заперто. — констатировал Влад и, не теряя времени, полез наверх.

Лез он бодро, хотя и не по технике. Ноги искали опору в ячейках сетки и то и дело соскальзывали, а куртка цеплялась за каждый прут. Будь это урок, я бы снизил ему оценку за страховку. Вернее, за ее отсутствие.

Я огляделся. Вход находился слегка в глубине среди других безликих зданий ушедшей эпохи. Здесь не играли дети и не сновали случайные прохожие. Настоящая никому не нужная заброшка, расположившаяся не так уж далеко от центра большого города.

Без камер. И без нежелательных персон в костюмах.

Замок я открыл прикосновением, и он с громогласным лязгом рухнул на землю. А следом я двумя руками взялся за створку, нащупал центр массы и просто ее выключил.

В один миг препятствие потеряло килограмм эдак двести и стало легче пустой картинной рамы. Я слегка приподнял его на петлях и, сделав несколько шагов назад, отворил. Вместе с Владом.

Воронов повис на сетке, растопырив конечности, словно кот на шторе. Его глаза и рот широко распахнулись, а одна нога съехала, из-за чего он чуть не упал, но в последний момент все-таки удержался, намертво вцепившись в прутья.

Я опустил створку на землю и вернул ей вес обратно. Гравий натужно хрустнул.

— Ты ее… — лепетал Влад, спустившись на землю. — Одной рукой?

— Двумя. — поправил я. — Одной неудобно.

— Ром, я… — Воронов вытер ладони о джинсы. — Я думал… Нет, я верил. Честно. Но когда видишь своими глазами…

Какое-то время он смотрел то на меня, то на ворота. А потом вдруг схватил меня за плечо.

— Это надо исследовать! Обязательно. Механизм, источник энергии, воспроизводимость… Ром, ты понимаешь, что это значит? Магию же можно обратить на благо всего человечества!

— Я знаю, с кем тебя свести. —