П.С.И.Х.0. Том 4 - Никита Клеванский

[ Эмоция «злость» удержана под контролем носителя при активном противодействии. +2 Очка Адекватности. +1 к Адаптации.]

[ Набрана критическая масса данных. Перехожу на одиннадцатый уровень.]

По затылку прокатилась теплая волна. Короткая, как глоток чая. Я к ней уже привык.

— Что насчет воспоминания?

[ В работе.]

— Девятый уровень. Десятый. Теперь одиннадцатый. И каждый раз «в работе».

[ Ты хочешь нормальное, значимое воспоминание, которое принесет тебе пользу, или то, где ты первый раз бантик на шнурках завязал?]

— Хочу значимое.

[ Тогда молчи и жди. Я работаю.]

— Слушаю и повинуюсь.

[ Это моя фраза.]

— Как скажешь.

Алена обеими руками схватила меня за отвороты куртки и смотрела снизу вверх. Глаза у нее блестели сильнее, чем положено при свете даже нескольких фонарей, а голос, когда она заговорила, звенел громовым набатом.

— Ты сейчас серьезно? — наседала девушка. — «Убрать из уравнения»? Ты себя слышишь вообще?

— Слышу.

— Ты мне показал… — она набрала воздуха. — Ты показал мне целый мир! В нем из деревьев выходят женщины, в нем живут лешие, домовые, водяные, какие-то уроды с воздушными пушками. Ты сам можешь управлять ветром и держать пикап одной рукой! Целый мир среди серой обыденности! И о нем никто вокруг не знает. А я знаю! Благодаря тебе! Я же теперь в троллейбусе еду и на каждого смотрю. На каждого! Вдруг у него рога появятся, или копыта, или еще что! А даже если и нет, то… Ой, все! — она мотнула головой, отчего шапка еще сильнее съехала набок. — Мне это нравится, понимаешь? Нравится! Я ни на что это не променяю. Ни на какую безопасность. Ни на какую статистику!

— Это нерационально. — возразил я.

— Да плевать мне! — Алена дернула меня за отвороты. — И тебя я тоже ни на что не променяю! А если ты еще хоть раз заикнешься про «убрать из уравнения», я тебя сама уберу. В овраг! Понял?

Я посмотрел на ее руки. Они держали куртку так, что костяшки побелели. Голос дрожал, дыхание сбилось, а на нижней губе снова появился след от зубов. По всем признакам она злилась. Злость я знал. Значит, я сказал глупость, и она на нее отреагировала таким вот образом. Все логично. Осталось только, как любому порядочному нормису, исправить ситуацию.

— Я все понял. — ответил я. — Больше так не скажу.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Алена выдохнула. Пальцы на отворотах разжались, но куртку не отпустили. Потом девушка шмыгнула носом, вытерла его варежкой и посмотрела на меня уже иначе. Губы у нее дрогнули и поползли вверх.

— И еще кое-что. — произнесла она с лисьей ухмылкой на лице. — Теперь ты мне должен.

— Должен что?

— Познакомить меня с сестрой. Завтра же!

— Но завтра суббота.

— Вот именно. У тебя выходной, у нее выходной, и у меня тоже. Так что никаких отговорок.

— По субботам она ездит в институт. Утром.

— Значит, после института. — не сдавалась Алена. — Ром. Ты мне обещал кое-кого показать, а в итоге мне чуть тесаком голову не отпилили! Я имею полное право на моральную компенсацию!

Я прикинул возможные варианты ответа. Отложить. Сослаться на Влада. Сослаться на «Елки». Прикинуться мертвым. Каждый из них имел определенные шансы на успех, но что-то мне подсказывало, что ни один не сработает.

— Хорошо. — сдался я. — Завтра так завтра.

— Точно?

— Точно. Сегодня вечером с ней договорюсь.

— Сегодня вечером.

— Сегодня вечером.

— И сразу позвонишь мне!

— Сразу позвоню. Обещаю.

Алена кивнула, отпустила наконец куртку, поправила шапку и взяла меня под руку. Мы пошли вдоль несущихся машин навстречу слепящим фарам. Держалась она за меня очень крепко.

Знакомство с Леной. Завтра.

Да, я псих, но кто сказал, что это будет проще, чем маг с тесаком?

— Ром, а она мясо ест?

Сестра стояла в дверях кухни в темно-синем платье. Двадцать минут назад на ней красовалось зеленое, а до этого — джинсы со свитером. Свитер, по-моему, нравился ей больше всего, потому что к нему она возвращалась дважды.

— Ест. — ответил я.

— А острое?

— Не знаю.

— Как это не знаешь? Вы же в кафе ходили! А пьет она что? А она высокая? Выше меня? Ром, а она…

Дослушивать ответы сестра не стала. Развернулась и исчезла в коридоре, откуда тут же донеслось шуршание пакетов и хлопанье дверцы шкафа.

Влад стоял у плиты и караулил турку. Кофе он варил так же, как, наверное, ставил эксперименты: не сводя глаз и с ложкой наизготовку. На жену он даже не обернулся.

— Четвертый раз переодевается. — в никуда отметил Влад. — Если с учетом сережек, то шестой.

— Третий! — поправили из коридора. — Ампир не считается. Я его сразу сняла!

Я сидел за столом и пил чай. Левое плечо при каждом неловком движении напоминало о вчерашней встрече с любителем ржавых тесаков. Оно как будто слегка позванивало. Тупо и настойчиво, как будильник, который забыли выключить в выходной. Неприятно, но жить можно.

А Лена все никак не могла определиться. Она сыпала вопросами и меняла элементы одежды со скоростью, которой позавидовали бы самые опытные модели и фокусницы. Я прикинул темп и пришел к выводу, что сестра готовит допрос. Со списком тем и проверкой ответов на сходимость.

Месяц назад я предположил, что знакомство нужно обеим, чтобы сверить показания. Теперь же подтверждения поступали одно за другим.

— Дорогой! — донеслось из коридора. — Мы не опаздываем?

— До выхода сорок минут. — ответил Влад.

— Значит, опаздываем!

Волнение — вероятность 78%. Предвкушение — вероятность 84%. Радость за другого — вероятность 71%.

Последний пункт я перечитал дважды.

Вчера в парке я узнал, что такое страх за другого. Прочувствовал изнутри со всем его цепким и колючим холодом, лишающим способности мыслить здраво и действовать логично. Это чуть не стоило мне девушки. А теперь выяснялось, что за другого можно еще и радоваться. Чему именно с утра пораньше радуется Лена, я не понимал. Экзамен ведь даже не начался.

Влад снял турку с огня и разлил кофе по двум чашкам.

— А что за «Самум»