Сакура-ян (Книга 6-2) - Андрей Геннадьевич Кощиенко
— Они потом будут локти кусать, когда поймут, чего лишились, — добавляю я небольшую ремарку, подумав, что собеседница может счесть меня «мягкотелым» за «пацифистскую» позицию в отношении врагов. — Но будет уже фантастически поздно!
— Хай! — уважительно наклонив голову, отвечает работница «тайных служб». — Вы молоды, но очень мудры, ЮнМи — сама.
— Да, я такая, — скромно соглашаюсь с её мнением и, окрылённый похвалой, делаю встречный комплимент: — Харуко — сан, а вы сегодня просто убийственно красивы…
Тайная зазноба строго смотрит в ответ. Вот чёрт, клялся же себе держать язык за зубами! И ей обещал. Пфф…
— У меня сегодня замечательное настроение, и я хочу творить добро по всей Земле! — громко, вслух, «легендирую» свои слова на случай, если в машину вдруг установили микрофоны. — Харуко — сан, скажите, не сочтёте вы невежливым, если я сделаю вам подарок в память об этом чудесном дне?
— Я очень признательна госпоже за её внимательное и доброе отношение ко мне и рада, что у неё сегодня прекрасное настроение, — строгим голосом сообщают мне в ответ. — Я с благодарностью приму ваш подарок, ЮнМи — сама, но прошу не смущать меня его высокой ценой.
Харуко вежливо наклоняет голову.
— Сложно найти недорогой, но достойный красоты Харуко — сан подарок, — задумчиво говорю я, словно разговаривая сам с собою. — Это сложное для выполнения задание.
Японка улыбается в ответ и, кажется, скорее «личной», чем «протокольной» улыбкой. Неужели я начинаю различать нюансы японской мимики? Не может такого быть!
— Чтобы не затруднять жизнь ЮнМи — сама, может, это будет нечто невещественное? — предлагает моя телохранительница, — Например, новая песня. Госпожа не потратит много времени и ей нравится заниматься творчеством.
Я слышу в её словах «намёк» на мою сегодняшнюю работу в студии? Ну да, да… На волне энтузиазма процесс занял ещё меньше времени, чем ожидалось. Можно сказать — «пролетел со свистом», но по самой «высокой траектории». Что совсем неудивительно, имея укомплектованную студию, вменяемых «студийцев», собственные «прямые руки» и зашкаливающую мощь таланта исполнителя.
Однако очевидное, и поэтому неудивительное для меня, невероятно для других, например, для той же Харуко, внимательно следившей за моей работой. Я не стремился специально произвести на неё впечатление, но, краем глаза, иногда подмечал её неподдельный интерес. В общем, мой уровень восхитил её ещё раз.
Оценивающее смотрю на «провокаторшу», одновременно размышляя о композиции, которую мог бы посвятить несравненной «шпиёнке» и последствиях для неё от огласки такого «посвящения». С песнями проблем нет, «на вскидку» могу сразу предложить пару вариантов, один из них даже уже с ней обсуждал, но… Вот не чувствую правильности подобного действа! Не поймутс–сс… Загрызут. Достаточно вспомнить судьбу Гу Хары моего мира… Кстати! Не пришло ли время узнать, как там поживает здешняя? А то я несколько «выпал»…
— Может быть, — с сожалением произношу я и, отвернувшись от Харуко, смотрю в окно машины.
(где–то в это время. Небоскрёб, принадлежащий клану Такаси. В дорого обставленном кабинете беседуют отец и сын)
— Акиро, сын, наслышан о твоих успехах. Рад за тебя.
— Спасибо, отец. Я прикладываю много сил.
— И это приносит прекрасные плоды. Когда ты приведёшь её в семью?
— Отец, есть несколько моментов, на которые придётся потратить дополнительное время…
— И что же собой они представляют?
— Во — первых, ЮнМи, необычная девушка…
— Вот в чём дело! Когда мужчина произносит «необычная девушка», это означает, что он выделяет её из остальных и имеет на неё гораздо большие планы. Ты в неё влюблён?
— Отец, это непросто…
— Понимаю. Не всегда легко однозначно ответить на подобный вопрос. Но, в данный момент у тебя нет времени на сердечные переживания! Твоему брату Хидэо нужна помощь!
— «Хидэо»? А какие у него проблемы?
— Император, возвысил ЮнМи. Но сделал это, нарушив стандартный порядок, через голову собрания, поставив парламент перед свершившимся фактом. Парламентарии расценили подобные действия как неуважение и хотят использовать ситуацию для изменения расстановки сил. Фракции консолидируются в союзы. Есть мнение, что в случае правительственного кризиса, нынешний премьер — министр может потерять своё место. Твоя ЮнМи вмешалась в высокую политику. Поздравляю, сын. Ты нашёл для себя действительно необычную девушку!
— Ээ… Она не вмешивалась в политику, — с толикой недовольства в голосе отвечает Акиро, — Просто нашлись желающие воспользоваться ситуацией.
— И, тем не менее, всё происходит если не с прямым её участием, то с её косвенным присутствием. Так вот, Хидэо решил возглавить собственный союз. Считает, что его шанс стать премьер — министром весьма высок…
— У него? — удивляется Акиро, — Действительно?
— Я тоже отчасти озадачен, но это так. Я внимательно изучил отчёты аналитиков. Но для союза требуется объединяющая идея. Хидэо считает, что если предложить участникам некую долю или процент от налоговых льгот твоей невесты, то это станет тем самым скрепляющим фактором.
— Мадзи дэ⁈ — поражается Акиро, — Он пальцем не пошевелил, чтобы что — нибудь сделать, а теперь просто решил воспользоваться результатом моих усилий⁈ Здорово!
— Если ты успокоишься и подумаешь, то поймёшь, что твой старший брат ничего и не должен был делать. Или ты хотел конкурировать с ним за ЮнМи?
Пфф… — выдыхает Акиро и напоминает: — У него есть семья.
— Да, — соглашается отец, поняв, что его аргумент оказался неудачным и уводит разговор в другую плоскость. — Неужели ты действительно хотел распоряжаться императорской милостью исключительно самостоятельно?
— Почему бы и нет? — заявляет Акиро, решив проявить здоровую наглость.
Отец выражением лица демонстрирует недовольство.
— Получить — да, — нравоучительно произносит он, — но вот единолично владеть вряд ли. — Ты ведь прекрасно знаешь, что одиночки не выживают. Вообще, что за проблемы у тебя с ЮнМи?
— Никаких проблем, отец.
— Почему она тогда не хочет выйти за тебя замуж?
— Комплекс причин. Прежде всего, она из бедной семьи. Её мечта — стать богатой. И она к ней идёт.
— Разве она её не осуществит, став твоей женой?
— Это ещё одна причина. Она рано потеряла отца, и, её мать, обучила своих дочерей, что они могут рассчитывать только на себя, ну, или только друг на друга. ЮнМи намерена осуществить свою мечту «сама».
Отец, понимающе