Вожатый из 90-х - 4 - Валерий Александрович Гуров

Ниже пришёл скрин. Таблица, дата, команда синих и да — четыре новые фамилии внизу. Понятно… ну, что и требовалось доказать.

Я убрал телефон в карман.

— Значит, так, Сергеич. Что делать будем?

Инструктор молчал. Потом медленно сел на лавку передо мной и схватился руками за голову.

— Вы понимаете, что если я завтра просто сниму этих четверых, заказчик поднимет шум? — прошептал он.

— Понимаю.

— Если я переставлю поле, спросят почему.

— Спросят обязательно, — я не стал отрицать очевидного. — Но проблемы индейцев шерифа не волнуют.

— Не волнуют, но если я оставлю всё как есть, то вы устроите пожар…

Сергеич на этот раз запнулся сам.

Я поставил маркер на предохранитель и положил игрушку на лавку. Сергеич проводил маркер взглядом и выдохнул с явным облегчением.

— Выдыхай, Николай Сергеевич, всё правильно, — хмыкнул я.

— Пошёл ты, — выдавил он.

Голос у него сел с перепугу. Нервы они такие.

— Завтра ты делаешь четыре вещи, — сказал я.

Сергеич поднял голову.

— Ты мне ещё задачи будешь ставить?

— Буду. Список короткий на самом деле. Даже инструктор после ночной смены справится. Первое, — продолжил я, загибая палец. — Судишь завтра честно. Не в мою пользу, а именно честно. Разницу чувствуешь?

Сергеич молчал.

— Если красные нарушают — ты это фиксируешь. Если синие нарушают — фиксируешь тоже. Попал — значит попал.

Инструктор слушал.

— Второе, — я загнул второй палец. — Перед игрой проговариваешь правила вслух и при всех.

Сергеич смотрел на меня. Возражений не было, а значит, он был согласен.

— Третье. Перед стартом называешь составы команд. С фамилиями новых игроков синих. И, наконец, четвёртое. Если после игры тебя попросят написать характеристику поведения красных, пишешь только то, что видел.

Сергеич усмехнулся.

— И что, ты даже не будешь требовать от меня переставить препятствия или исключить новеньких?

Я медленно покачал головой.

— Ты так уверен в своих пацанах?

Я не ответил.

Сергеич долго смотрел на меня.

— Ну? — он развёл руками. — Давай уже до конца. Ты же пришёл подготовленным. У тебя наверняка там тайная запись, скрины, свидетели, ещё какая-нибудь дрянь. Или ты рассчитываешь, что я после твоего цирка проникся нравственностью?

Я достал телефон. Сергеич сразу напрягся.

— Я сразу понял, что ты сообразительный, — я показал ему экран мобильника, на котором шла запись нашего диалога. — У меня есть запись твоего чистосердечного признания. На секунду подумай, что произойдёт, если эта запись попадёт в руки отцов моих ребят? Подумал? Не дай бог, что будет.

Сергеич аж вздрогнул, видимо, представив последствия. Он уставился на меня. Лицо стало каменным.

— Вы шантажируете меня.

— Скажем так, — поправил я. — я просто предлагаю тебе выбрать нормальную роль в завтрашнем спектакле.

Он выругался себе под нос. Долго, с чувством. Я не перебивал, инструктору надо было сбросить пар.

Я хлопнул его по плечу, развернулся и вышел в коридор. Администратор сидел за стойкой и делал вид, что изучает монитор.

— Всё хорошо? — спросил он.

— Великолепно, — ответил я. — Николай Сергеевич дал мне пару советов.

Администратор посмотрел на закрытую дверь раздевалки.

— Он обычно после смены советы даёт редко.

— Доброй ночи, — бросил я и двинулся к выходу.

Там у парковки стояла машина с включёнными габаритами. Рядом собрались те самые четверо. Я пошёл мимо них в сторону выхода. Гравий снова противно захрустел под подошвами, и все четверо увидели меня сразу. Я остановился рядом с машиной на секунду.

— До завтра, спортсмены.

Светлый застыл, держа руку на водительской двери.

— Мы знакомы? — спросил он.

— Завтра и познакомимся поближе, — пообещал я.

Я пошёл дальше. За спиной вмиг стало тихо. Машина ещё стояла некоторое время, двери хлопнули только через несколько секунд. Номер я отметил между делом. Конечно, не ради великой операции «Госавтоинспекция наносит ответный удар». Просто лишний факт карман не тянет. Особенно когда завтра кто-нибудь начнёт объяснять, что четверо подготовленных игроков появились случайно, как грибок в душевой.

Охранник у будки проводил меня взглядом.

— Закончили? — спросил он.

— На сегодня да.

— У вас тренировка короткая получилась.

— И так бывает, — я пожал плечами.

Я вышел за шлагбаум и остановился у дороги. Такси ещё надо было вызвать.

Поле за спиной потемнело — рабочий день клуба подошёл к концу.

Завтра на этом поле попытаются сделать мою аккуратную бумажную казнь…

От автора:

Лето 1942-го. Немцы рвутся к Воронежу и Дону. Их надо задержать. Молодой политрук с опытом из прошлой жизни сделает для этого все. Ведь он защищает свою Родину — https://author.today/reader/605990

Такси высадило меня у ворот лагеря, когда на дворе стояла глубокая ночь. Водила посмотрел на меня в зеркало с осторожным интересом. Понятно почему — я всю дорогу молчал и выглядел так, будто вернулся с разборок между двумя бандами. Я расплатился, пожелал ему спокойной смены и выбрался наружу.

Лагерь спал. Конечно, не весь и не полностью. В будке охраны горел свет. Охранник коптел над телефоном, подбородок медленно клевал грудь, но рука держала мобилу с завидным упрямством.

Дорожки за шлагбаумом темнели в ночной росе, корпуса стояли серыми, в одном окне на первом этаже горела лампа.

Я прошёл мимо будки.

Охранник поднял глаза, узнал меня и сразу вернул дежурную физиономию.

— Роман Михайлович? Вы чего так… — он запнулся, не сразу сообразив, сколько времени. — Чего так поздно?

— Развиваю у персонала наблюдательность, — на ходу бросил я.

Он моргнул, на всякий случай кивнул.

— А-а… понял.

По лицу было видно, что он ни черта не понял. Зато и вопросов больше задавать не стал.

Я вошёл в корпус и поднялся к себе.

Силы в теле ещё были. Просто посередине тело осторожно интересовалось, не хочу ли я перестать мучить его сюрпризами. Ну-у… организм, скажем так, имел полное право на претензию. Я претензию принял к сведению, но отложил до окончания нашей лагерной войнушки.

В комнате я первым делом включил свет, бросил куртку на спинку стула и достал телефон. Хотелось сесть, даже лечь. Но я понимал, что вырублюсь тотчас. А мне ещё предстояло заняться скучной работой.

Элеоноре я написал коротко:

«Нужны распечатанные списки с отметкой времени добавления новых учеников».

Палец завис над экраном на секунду, а затем я-таки отправил сообщение.

Феде ушло следующее:

«Утром держись рядом со мной, рот держи на замке и ни с кем не спорь».

Отправив сообщение куратору синих, я написал Стасу:

«Все скрины с сообщениями перекинь в отдельную папку. Утром проследи за тем, чтобы телефон был заряжен на 100 %».

Подумав,