Красный бриллиант - Алекс Хай

— О да.

— Но ты едва не погибла! — не унимался Василий.

— Да, это было страшно. Да, я не сразу приду в форму. Но неужели ты позволишь тем, кто это сделал, навредить нам ещё сильнее? Они забрали Сашин алмаз, но неужели ты отдашь им всё остальное? Они забрали камень, убили людей, заставили вас переживать за нас с мамой. Теперь вылетает конкурс. Очень удобно.

Василий крепко стиснул ладонь Лены.

— Никакая должность не стоит твоего здоровья, дорогая.

— Его здоровья не прибавится от того, что ты сдашься.

— Елена Васильевна, — предупредил лекарь. Судя по всему, она слишком распереживалась, и показания мониторов начали скакать.

— Сейчас. — Она снова посмотрела на отца. — Ты хотел эту должность до того, как меня похитили. Значит, хочешь и теперь. Иначе выходит, что они могут решать за нашу семью.

Василий ничего не ответил. Теперь я отчётливо увидел, что показатели на мониторах изменились. Лекарь появился в палате почти сразу.

— Разговор закончен.

— Мы ещё не… — начала Лена.

— Елена Васильевна, заканчиваем. Вы ещё слишком слабы, и нервничать сверх меры вам нельзя.

Связь оборвалась, экран погас. Через несколько минут и отец вышел в коридор.

— Она права, — сказал я.

— Я знаю.

— Тогда продолжаем?

— Продолжаем. Но ты не будешь делать мою работу за меня. Даже сейчас, когда считаешь, что я уязвим.

— Ты уязвим, но я уважаю тебя как мастера и профессионала. А профессионализм — это умение делать свою работу в любых обстоятельствах.

Василий впервые за несколько дней слабо улыбнулся.

— Именно поэтому я останусь старшим мастером. Хотя бы для того, чтобы доказать это самому себе. Но мне и правда понадобится твоя помощь, Саша.

* * *

Конверт со вторым заданием лежал в сейфе. Его доставили в день нападения на Михайловский дворец. Остальные участники уже несколько дней работали, а мы даже не знали имени заказчика.

Василий сломал печать.

— Великая княгиня Мария Александровна, — прочитал он.

— Та самая, которая рекомендовала Орлова.

— Тем интереснее…

К заданию прилагалось закрытое досье. Великая княгиня много путешествовала, посещала провинциальные резиденции и представляла императорскую семью на официальных мероприятиях, преимущественно в Царстве Польском, будучи супругой наместника.

Несколько лет назад её поезд попал в магическую бурю — редчайшее стихийное явление, способное серьёзно повредить здоровью. Она почти не пострадала, но после этого стала болезненно реагировать на нестабильный магический фон.

На вокзалах, в старых дворцах и рядом с большим количеством чужих артефактов у неё начинались мигрени, дрожали руки и ухудшалось зрение. В поездках Мария Александровна носила под одеждой стабилизатор разработки военного министерства. Тяжёлый, неудобный и совершенно не подходящий к придворному платью.

Нам поручили создать изящную альтернативу, которая придётся великой княгине по вкусу.

— Можно сделать подавляющий амулет, — предложил я. — Компактный. Он срежет внешние помехи.

— Вместе с сигналами охраны, связью и половиной чужих артефактов.

— Зато у великой княгини не будет болеть голова. Мигрень — страшная вещь, остаётся лишь посочувствовать её императорскому высочеству.

— Зато у начальника её охраны после такого точно заболит голова, — покачал головой Василий. — И, возможно, вообще слетит с плеч, если он потеряет бдительность.

Я забрал у отца планшет и ещё раз прочитал историю великой княгини.

— Значит, не будем подавлять. Сделаем то, что должно уравновешивать.

— Уже лучше.

Для взаимного гашения требовались несколько одинаковых каналов, расположенных веером вокруг центрального камня.

— Веером? Это интересно.

Василий уже рисовал.

Двенадцать тонких золотых спиц. Внешние пластины будут сделаны из отборного перламутра. Полупрозрачное полотно украсим серебряной вышивкой. В основании — небольшой александрит, катализирующий остальные самоцветы. Четыре небольших камня высшего порядка, реагирующие на стихии. И маленькие серые шпинели для распределения колебаний и помощи александриту.

В сложенном виде артефакт не работал и выглядел обычным дорогим аксессуаром. При раскрытии спицы замыкались в единый сектор. Каждая принимала часть внешнего давления. Колебания расходились по двенадцати каналам, сталкивались и гасили друг друга.

Вокруг владелицы возникала небольшая спокойная область.

Не щит. От прямого удара веер не защитил бы, хотя и загасил активность окружающего фона. Но магическая буря, чужие контуры и нестабильный фон останутся снаружи, не выдавая слабости хозяйки.

— «Безветрие», — сказал я.

— Вполне подходит, — хмыкнул отец. Наконец-то он смог отвлечься от переживаний — работа его увлекла.

На полотне Василий набросал озеро под дождём. По краям расходились серебряные круги. Возле центрального александрита вода оставалась спокойной.

Я запустил простую модель на планшете. На экране возник полукруг веера. Волна вошла слева, разделилась между спицами и встретилась с отражённым колебанием. Первые восемь каналов погасли. Девятый перегрузился, потянул за собой десятый, и вся конструкция вспыхнула красным.

— Спицы нужно разделить на пары, — сказал я.

— Тогда при боковом ударе половина контура окажется бесполезной.

— Сделаем перекрёстное соединение.

— Оно станет заметно на полотне.

— Серебряная вышивка скроет линии.

Василий изменил рисунок дождевых кругов. Две дуги пересеклись, превратив технический узел в часть орнамента.

Мы повторили расчёт. На этот раз девятый канал выдержал, зато дрогнул центральный сапфир.

— Слишком жёсткая посадка, — определил отец. — Камню нужно дать возможность двигаться.

— Александрит в подвижном гнезде внутри веера?

— На долю миллиметра. Владелица ничего не заметит.

— А мастер проклянёт нас при сборке.

— Собирать буду я.

— Тогда решение превосходное.

Третья модель выдержала. Волны прошли по серебряным кругам, погасли и оставили вокруг центра ровное тёмное пространство.

— Добавим автоматическую настройку, — предложил я. — Пусть каждый канал сам меняет пропускную способность.

— Нет.

— Почему?

— Двенадцать самостоятельно меняющихся каналов начнут спорить друг с другом.

— Можно поставить управляющий контур.

— Можно. А потом ещё один, чтобы следить за управляющим.

Я вздохнул.

— Мы создаём советчика, а не няньку, — добавил отец.

— Это вообще веер.

— Тем более.

Он увеличил чертёж. Главная сложность заключалась в спицах. Их длина, масса и проводимость должны совпадать почти идеально. Разница даже в долю процента нарушит гашение и превратит «Безветрие» в источник дополнительной вибрации.

— Я подготовлю металл и расчёты, — сказал я. — Сборка за тобой.

— И окончательная калибровка.

— Хорошо.

— Без дополнительных контуров.

— Я услышал с первого раза.

Телефон завибрировал — звонил Оболенский.

— Александр Васильевич, прошу прощения за беспокойство. Пожалуйста, передайте Василию Фридриховичу, что работа всех участников временно остановлена.

Я включил громкую связь.

— Что случилось?

На том конце повисла короткая пауза.

— Проникновение в мастерскую Дома Орловых. Охранник без сознания, часть материалов исчезла. Конкурсное изделие повреждено.

Я посмотрел на отца.

— Люди живы?

— Охранник уже пришёл в сознание. Павел Орлов попытался задержать нападавшего и получил ранение. Опасности для жизни нет.

Мы с отцом переглянулись.

— Насколько серьёзно повреждена работа? —