Небесный всадник. Том 5 - Кирико Кири

Ози уже было открыла рот, чтобы поспорить, но я посмотрел ей в глаза.

— Мы. Не. Разделяемся. Это не предложение, Ози. Все поняли? — окинул я остальных взглядом. — Вместе. Только вместе, если хотите вернуться. Этот город только притворяется нормальным…

Он и выглядит нормально, и моя внутренняя чуйка не сигналит об опасности — всё буквально говорит, что это обычный город. Да только обычные города не рассекают по пустыням. А путешествия ко всяким порталам только уверили меня, что если что-то выглядит как херня и ведёт себя как херня, то это, скорее всего, херня.

Я осторожно ступил на белую вымощенную дорогу. И нет, меня не пронзило молнией и не перенесло на кудыкину гору — под ногой просто почувствовался твёрдый камень.

Сделав пару шагов, я огляделся. Здесь было тихо, удивительно прохладно, и даже ветер не шумел.

— Оу! — громко произнёс я, и эхо пролетело между домов.

— Куда пойдём мы? — спросил Алесор.

— Ко дворцу. Если и есть в этом месте что-то интересное, то только там, — махнул я головой вперёд, и мы двинулись в путь.

Тринадцать человек. Создавалось такое ощущение, что мы здесь были абсолютно лишними. Не знаю почему, но это место как будто принадлежало вообще другой реальности, чему бы я не удивился. И любой живой человек здесь выглядел как что-то лишнее.

Хессориун выглядел абсолютно нетронутым и даже каким-то новым. Будто его только недавно отстроили, и время в нём попросту остановилось. Проходя мимо улочек, я с интересом заглядывал туда и, к своему удивлению, видел развешенное бельё между этажами, разноцветные тряпки — от одежды до покрывал, которые так и продолжали висеть. Кое-где даже виднелась зелень.

Ради интереса мы заглянули в один из домов.

В зале на полу был расстелен ковёр. По центру стоял стол с несколькими стульями, на котором лежала посуда, как будто здесь готовились к ужину, но так и не успели приступить. С опозданием пришло понимание, что та серая пыль, которая была в них — это всё, что осталось от еды.

В одном углу были разбросаны вокруг кальяна (похоже на кальян) подушки. Я поднял одну, покрутил в руках и бросил обратно: видно, что новая. Не прямо из магазина только сшитая, но чистая. Ози тем временем раскрыла шкаф.

— У них даже тарелки с чашками есть, — взяла она одну и покрутила в руках.

— А воды нет, — заглянула в бочку Тефея.

Обычный чистый дом, каким бы его оставили хозяева, если бы куда-то решили уйти.

Мы зашли в следующий дом, и та же картина: мебель, посуда, в некоторой из которой сохранилась истлевшая еда, ковры и прочая мебель. Я поднялся на второй этаж, который здесь был, и заглянул в комнату. Спальня. Кровать расстелена, но совсем не запылилась. У тумбы стоял столик с зеркалом, перед которым в беспорядке были расставлены всякие косметические бутыльки.

В другой комнате, судя по маленьким кроватям и игрушкам, была детская. Куколки, вырезанные из дерева кони, игрушечные мечи и разбросанная по углам детская одежда. Типичная комната детей в моём представлении.

— Такое ощущение, будто они все просто жили своей жизнью, а потом вмиг исчезли, — пробормотал я. — Даже одежда на кровати лежит, словно собирались надеть её перед случившимся.

— Думаете, магия? — спросил Алесор.

— Конечно, магия, что ещё это может быть?

Как хорошо, что в этом мире всё можно свалить на магию. Идеальное объяснение любой непонятной ситуации. Но как ты ни гадай, после нескольких обследованных домов я лишь укрепил уверенность в своих выводах — жители города не подозревали, что грядёт, а когда это случилось, оставили всё как есть.

Ещё одно подтверждение теории мы нашли на базарной площади. Точь-в-точь, что мы видели в Эриуме, только почище. Торговые лавки с пёстрыми натянутыми покрывалами сверху, всякие корзины, вазы, утварь на прилавках и то, что осталось от еды. Но что ещё интереснее — личные вещи людей: сумки, барсетки, мешки, небольшие сундучки. Не всюду, но местами лежали.

Один из стражников поднял какой-то мешочек, после чего высыпал на ладонь золотые монеты, которые показал другим.

— Они не бедствовали, — пробормотал он.

Я тоже поднял какую-то сумку и вытряхнул из неё содержимое. Оттуда посыпалась истлевшая еда, которая тут же превращалась в пыль. Ладно, не повезло. Зато повезло Тефее, которая зашла за прилавок, где продавали всякую бижутерию, и открыла небольшой сундучок. На свету тут же блеснули золото, драгоценные камни и какие-то минералы.

— Целое состояние… — протянула она, после чего закрыла сундук.

— Если даже обобрать один такой прилавок, одна семья могла бы позволить себе собственные земли… — пробормотал какой-то стражник, глядя на них с жадностью.

— Когда будем возвращаться, будет время — заберём, — сказал я, бросив взгляд на Ози, которая крутила в руках красивую куклу. — Идёмте. Самое интересное наверняка в замке.

Красивый город, красивые улицы, красивое место. Я бы хотел посмотреть, как жил этот город до того, пока не обезлюдел. И даже согласился бы жить в нём, пусть он и располагался в пустыне.

— А что за история с этим Хессориуном? — спросил я Алесора. — Он был проклят?

— Никто не знает, — негромко ответил тот. — Сколько Веелинская империя существует, он просто был. Просто существовал. Появлялся и исчезал.

— А что с ним произошло?

— Тоже никто не знает. Знал бы я, сразу бы рассказал вам, даю слово. Одно известно: само название города, оно на древнем веелинском и переводится как…

— Увядший, — вместо него произнёс я, и тот, взглянув на меня с удивлением, кивнул.

Я не знаю, просто подумал о том, как он переводится, и тут же «вспомнил». Если учесть, что все знания языков мне передались от Дилд'Акот-Дайя, то он должен был застать рассвет и увядание этого города.

За базаром начинались дома куда более богатые на вид, чем те, что мы видели раньше. Выше, больше, с резьбой и лепниной, с небольшими газончиками зелёной травы, которая резко выделялась на белоснежном фоне.

— Где есть трава, есть и вода, — огляделась Тефея. — Возможно, под нами есть источники.

— Город, гоняющий по пустыне с собственными источниками, круто, — кивнул я.

— Может, он переносится.

— Может.

Здесь вообще всё может быть.

Мы как будто в музее прошлого оказались, где было показано, как выглядели раньше города. До того, как всё скатилось в средневековье. Вполне себе обжитые дома, которые радовали глаз и душу, мебель, посуда. Вон, Тефея