Реквием по погибшим - Келли Мединг

полном смысле слова, но мы были приятелями. Он делился информацией, когда она у него была, почти по любому моему вопросу, касающемуся магических рас города. Я не разговаривала с ним уже несколько месяцев. В прошлый раз, когда я приходила сюда, кто-то залил всю площадку смолой, чтобы Смедж не мог выбраться.

Тролли созданы из самой земли, и они могут передвигаться сквозь любую природную грязь или камень. Но такие материалы, как смола и металл, останавливают их. Тролли также принадлежали к расе фейри, которые теперь были нашими врагами, и, хотя Смедж не мог подняться через слой смолы, всё ещё покрывавшей землю, я нервничала из-за того, что снова здесь оказалась.

— У тебя было насыщенное утро, — сказал Вайят, подходя ко мне.

— Да неужели? — ответила я. — Я должна Рейли фингал за тот трюк с родителями Чалис, но, возможно, прощу его за наводку на вампиров.

— Есть что-нибудь полезное?

— Только то, что семьи крови держатся особняком, пока не найдут лекарство от вируса Тэкери.

— Они всё ещё живы? — спросил Бейлор. Бывший оперативник триад и давний друг и Вайята, и Кисмет, Эдриан Бейлор обладал покладистым характером, который резко контрастировал с его грозными боевыми навыками. Он был из тех парней, кого хочется иметь во главе отряда в бою или чтобы помочь расшифровать случайные загадочные послания.

— Вроде того. Насколько нам сказали, они находятся в какой-то замороженной стазисной спячке на неопределённый срок.

— Это уже что-то.

— Да. Так где это послание, которое нельзя было оставить на моём мобильном?

Бейлор указал на нижнюю часть моста. Я подошла ближе, изучая исписанный аэрозольной краской бетон, поднимавшийся крутыми плитами вплоть до стального днища моста. Серебристой краской кто-то написал «Стоуни» и стрелку, указывающую направо. Заинтригованная, я пошла в том направлении, пока не нашла место на земле, где смолу кто-то счистил. Небольшое место, размером с люк, но оно было там. На камне той же серебристой краской было написано «постучи три раза».

— Почему мне кажется, что я только что попала в фильм ужасов? — поинтересовалась я, ни к кому конкретно не обращаясь.

Мои товарищи рассредоточились по широкой дуге. Бейлор достал пистолет и направил его на землю, держа палец на спусковом крючке. Майло стоял рядом с Вайятом, чьи глаза стали серебряными. Напротив них Маркус замер с руками у пояса джинсов, на случай, если придётся раздеться и быстро трансформироваться. Никто не давал мне советов.

— Посмотрим, кто дома, — сказала я.

Стучать кулаком по твёрдому камню чертовски больно. Сделать это три раза было просто жестоко. Я отошла от круга, сердце забилось чаще, когда одновременно и ждала, и боялась увидеть, кто появится из земли.

Глубокий гул поднялся из-под моих ног почти сразу. Я напряглась, но не двинулась с места. Камень внутри круга провалился внутрь земли. Он закружился вниз, как вода в водостоке — противоположное тому, что я обычно видела, когда из земли вырастал большой кулак или лицо тролля. Образовалась какая-то кроличья нора, глубокая и слишком тёмная, и я не могла увидеть дно.

— Ты же не собираешься туда лезть? — спросил Майло.

— Ни за что на свете, — ответила я. Однажды уже прыгала в рот Смеджу и оказалась в подземном городе фейри, и я понятия не имела, где заканчивается глотка этого конкретного тролля.

Разочарование от того, что я снова не увижу Смеджа, быстро рассеялось, когда появилась крошечная лысая голова с пучками седых волос, торчавшими в разные стороны. Ещё больше волос торчало из заострённых ушей, обрамляя всё морщинистое древнее лицо, словно облако ваты. Маленькие, сверкающие глаза глядели на меня из-под густых седых бровей, и он опирался на спиральную деревянную трость. Он поднимался всё выше, пока полностью не показался из-под земли, которая под ним стала твёрдой, будто и не двигалась.

— Хорцт, — сказала я, сразу узнав старого гнома.

Он кивнул, но не улыбнулся. Его проницательный взгляд скользнул по собравшимся, и он заговорил только тогда, когда убедился, что находится среди друзей.

— Привет тебе от апофи, Эвангелина, — сказал он.

— Приветствую. — Я опустилась на колени, чтобы оказаться с ним на одном уровне, любопытство стучало во мне, как молот. — Я не ожидала увидеть тебя снова.

— Я тоже, дитя.

Это существо я должна была благодарить за то, что вообще живу сегодня, ведь именно он одарил (или проклял) меня моими способностями к самоисцелению, и в которые не верил Тэкери. Столько боли из-за того, что этого маленького гнома обманул эльф. И столько радости, когда я бросила быстрый взгляд на Вайята.

Вайят смотрел на нас настороженно, и я понимала его. Это вполне могла быть ловушка фейри.

— Прости за прямоту, но зачем ты здесь? — спросила я.

— Приближается война, — ответил Хорцт. — Фейри сейчас ведут себя тихо, но Амали хитра, и она готовится. Она всегда что-то замышляет. Ты сбиваешь её с толку, Эвангелина, но это ненадолго.

— Ты можешь мне что-нибудь рассказать?

— Не могу. Апофи больше не хотят видеть в Совете фейри. Наш народ разделён из-за правления Амали. Не все согласны с её конечной целью.

— Какой?

Его глубоко морщинистое лицо исказилось в выражении ужасной печали.

— Вернуться во времена, когда человек не правил этой землёй. Она хочет, чтобы вы уничтожили себя сами, и для этого использует все доступные средства.

— Не прикладывая при этом собственных усилий?

— Именно так.

Мы узнали, к нашему полнейшему шоку и веселью, что, несмотря на, казалось бы, кровожадную натуру Амали, спрайты и остальные фейри на самом деле были пацифистами. Они не могли физически навредить мне в бою. Однако Амали ничего не стоило наслать на меня полчище гоблинов. Или вселиться в тела трёх полицейских и использовать их влияние в триадах, чтобы подставить меня, обвинив в убийстве. Она была манипулятором до мозга костей.

— Она ударит тебя с фланга, — сказал Хорцт. — Любыми средствами, чтобы достичь своей цели.

— Да, мы заметили. Это она стоит за всплеском насилия со стороны гоблинов?

Он кивнул.

— Потеря Уолтера Тэкери и его интриг оставила брешь в её влиянии. Она заполнит её всем, что причинит тебе наибольшую боль. Твоих союзников становится всё меньше, но я могу предложить тебе два маленьких дара.

Хорцт запустил руку в складки своего одеяния и достал длинный узкий кожаный мешочек. Я взяла его, материал был невероятно гладким, и развернула верхнюю часть. Вайят подошёл на несколько шагов, чтобы посмотреть, как я достаю свёрток тонкой пожелтевшей бумаги с белыми костяными наконечниками на концах. Какой-то свиток, перевязанный шёлковой нитью.

— Это письменная история эльфов, — объяснил Хорцт. — Мы храним очень мало записей на бумаге, поскольку