Чумной доктор - Сергей Александрович Плотников
К счастью, работа в ратуше начиналась рано. В связи с кризисом бургомистр Тассе обязал всех своих служащих, даже высокопоставленных или имеющих еще более высокопоставленных родичей, приходить к восьми утра без исключения. Это давало Элсину достаточный запас по времени, чтобы успеть все решить — и еще вместе с Ройгой поддержать Влада при сжигании трупов. Увы, он не мог после этого сменить ее на дежурстве рядом с Владом — предстояли другие дела. Однако Элсин здорово подозревал, что Ройга и не хотела, чтобы ее кто-то менял. Отдых ей не требовался, кроме того часа, что она провела в отключке ночью. В остальном же… Если бы Игнис лежала больной, Элсин не отлучился бы ни на секунду сверх необходимого и не подпустил бы к ней никого, кроме, быть может, Влада и той же Ройги. Так что он даже не стал предлагать Глерви сменить ее.
Инир вчера нормально справился с обязанностями по охране девушек в Ратуше — остается надеяться, что справится и дальше. Собственно, Элсин, несмотря на свою тревогу за жену, которая никогда не оставляла его полностью (живые — хрупкие и невосстановимые!), отлично понимал, что Воздушная магесса и жена мага Огня едва ли станут мишенью для нападения — разве что найдется какой-нибудь психопат. Поэтому Инира должно хватить.
У него же было дело совсем другого плана.
На самом деле Элсин мог бы явиться к Олафу Вильсену ночью домой, но решил, что с точки зрения воспитательной ценности будет полезнее застать его в ратуше. Что он и проделал.
Распорядитель водных и санитарных дел занимал обширный кабинет на втором этаже. Да, вдвое меньше бургомистерского — но Олаф ни с кем его не делил, если не считать секретаря, для которого был отгорожен отдельный предбанник.
Сперва Элсин обратился именно к секретарю:
— Где сейчас заместитель господина Вильсена?
— Э-м… На… если не ошибаюсь, господин магистр… он на распределении обеззараживающих средств сегодня…
— Это на первом этаже? — уточнил Элсин. — Будьте любезны, сходите пригласите его сюда. Пусть заходит без стука, мы начнем без него.
Секретарь нервно кивнул и вышел он. Он, конечно, уже знал, кто такой Элсин, хотя лично они пока не пересекались. А если бы не знал, мог бы догадаться: Элсин продолжал носить старую подвеску Влада с окрашенным кристаллом Огня, для которой Ройга еще на Гробнице сделала более изящную оправу. Не то украшение, которое рискнет надеть любой некромант!
Хотя, вроде бы, в старших мирах украшения с красными камнями среди знати встречаются чаще: если магов Огня в мире много, то и разрешение на ношение камней своим домочадцам и членам семьи они раздают более свободно.
Когда Элсин вошел в кабинет Вильсена, его хозяин явно был настроен не очень приветливо.
— Приемные часы — с двух до пяти! — рявкнул он. — Даже для некромантов!.. — потом его взгляд все же упал на кулон с красным камнем. — Это вы магистр Бьер, что ли? — спросил он довольно холодно, неохотно поднимаясь.
Элсин смерил Вильсена взглядом с ног до головы. В отличие от стандартных вороватых чиновников из пьес, этот был худощав и даже довольно плечист — возможно, увлекался каким-нибудь спортом. Гребля вроде бы была популярна среди элиты Альвидры, Элсин уже успел услышать краем уха. Немолод, в волосах седина, но еще крепок. Усы подвиты и напомажены, надо же.
— Он самый, — сказал Элсин. — Позвольте спросить у вас — чья была прекрасная идея, ввести откупы на сбор платы за воду?
Именно это Элсин выяснил у алхимиков накануне. Исторически водопровод находился в ведении города, который взимал плату с жителей каждого квартала, после чего занимался починкой и поддержанием. Для этой цели ратуша содержала специальных людей, занятых как раз-таки сбором этой платы — а заодно и платы за уборку улиц, благо, обе категории попадали в ведение одного отдела в ратуше. Однако после того, как несколько лет назад сборщики стали жаловаться на недоплаты — цены в городе росли, а их зарплаты нет — и было вскрыто несколько случаев злоупотреблений, город решил отказаться от этой практики.
Вместо этого были введены откупы: город продавал право собирать плату «за воду и чистоту» отдельным лицам, используя взносы для починки водопровода на местах. Однако так получилось, что «откупы» продавались сразу на несколько лет — и деньги на починку почему-то расходовались быстрее, чем требовалось. Интересно, почему?
В результате Водное и санитарное распорядительство начало сокращать расходы — и делало это за счет смотрителей. Вместо трех смотрителей на один распределитель было введено два, и им же вменялось в обязанности заказывать средства для очистки воды и вносить их в воду. И выделялись фонды на это. На которые эти распорядители сами должны были заказывать средства у алхимиков.
Последнее новшество было введено полгода назад.
— А что вас, собственно, не устраивает? — хмуро спросил чиновник. — Мы добились сокращения затрат, этих людей регулярно проверяют…
— О, ровно две вещи, — проговорил Элсин, не меняя любезного тона. Он не Ройга, в конце концов, чтобы уметь играть голосом, угрожая. — Но я бы не стал тратить мое время на то, чтобы вам их разъяснить, если бы не ваш заместитель… Входите, Ранвир.
Чиновник по имени Ранвир проскользнул в кабинет. Был он бледен до синевы, явно лучше понимая, какие перспективы сулило внимание Элсина к их отделу. И одет был, кстати, гораздо скромнее своего шефа.
— Так вот, меня не устраивает, во-первых, то, что вода последние полгода практически не очищалась. Удивительно, что вспышки болезней не начались раньше! — Правда, мешок с костями в третьем распределителе явно появился по чьему-то злому умыслу, а не по небрежению. Но говорить об этом Элсин не стал. Кости — отдельный вопрос, история с ними требует дополнительного и более длительного расследования. А проблему с водопроводом нужно решать, как говорится, позавчера. — Вероятно, отдельные смотрители все же исполняли свои обязанности из тех куцых средств, которые вы на это выделяли, вместо того чтобы напрямую добавлять их к своему жалованью. Кстати, сокращение трат произошло именно за этот счет — вы стали раздавать людям на руки меньше денег, чем необходимо для закупки нужных средств… Но поскольку вы их практически подкупали — никто не возмущался.
— Ложь и клевета! — вскричал Вильсен.
— Я заглянул в бухгалтерию и поднял учетные книги за последние пять лет, — возразил Элсин. — Еще ночью.
— Что⁈ Да вы же… — Вильсен рухнул на стул, как будто у него подкосились ноги.
Хотя почему «как будто»?
— Вот именно, — веско проговорил Элсин. — Во-вторых, меня не устраивает то, что так называемые