Евгений Спицын - Российская империя, XVIII — начало XX вв.

По мнению большинства советских и современных историков (Н. Дружинин, Н. Павленко, И. Ковальченко, Л. Милов), главное качественное новшество в экономическом развитии страны состояло в начале разложения феодально-крепостнической системы хозяйства и формировании буржуазных производственных отношений. Справедливости ради следует сказать, что ряд их современных оппонентов (Б. Миронов) отрицает данный вывод и говорит о том, что кризис барщинной системы хозяйства не был равен кризису самой системы феодальных отношений, которые еще не исчерпали своего потенциала.

1) Начало разложения феодально-крепостнической системы было связано с утратой одного из характерных признаков барщинного феодального хозяйства — его натуральной замкнутости и установления более прочных и регулярных связей с рынком.

2) Вторым признаком разложения барщинной системы хозяйства является появление в юго-западных и южных губерниях страны так называемой «месячины», которая отрицала такую базовую черту барщинного хозяйства, как наделение крестьянина основным средством производства — землей, поскольку помещики стали насильно сгонять крестьян со своих земельных наделов и переводить их в разряд безземельных батраков.

3) Третьим признаком кризиса феодальных отношений стал быстрый рост в центральных уездах страны такой новой формы феодальной эксплуатации, как денежная рента, когда помещики сознательно переводили своих крепостных крестьян с барщины на денежный оброк.

4) Разложение феодально-крепостнической системы затронуло и крестьянское хозяйство, что проявилось в развитии местных и отхожих крестьянских промыслов. По данным историков (Н. Павленко, Л. Милов), в ряде сел уровень развития местных промыслов был настолько велик, что их жители лишь номинально числились в сословии крестьян.

5) Еще одним признаком разложения феодальной системы стал подрыв феодальной собственности на землю. По данным тех же историков (Н. Павленко, Л. Милов), в центральных уездах страны, традиционно являвшихся цитаделью крепостничества, все чаще собственниками земли становились купцы, государственные и даже крепостные крестьяне.

6) Важнейшим показателем формирования буржуазных отношений является появление рынка наемной рабочей силы и связанной с ним капиталистической мануфактуры.

До середины XVIII века в стране существовало несколько типов мануфактур — казенные, вотчинные и купеческие, которые работали на применении подневольного труда либо собственных, либо купленных (посессионных), либо приписных крепостных крестьян. В 1752 г. сенатским указом впервые было ограничено право купцов прикупать крепостных крестьян к своим мануфактурам. А в 1762 г. был издан новый сенатский указ, запретивший всем владельцам частных мануфактур покупать крепостных крестьян. Таким образом, в стране стали возрождаться новые мануфактуры капиталистического типа, которые впервые возникли в 1630―1650-х гг., но затем стали жертвами крепостнической системы хозяйства, особенно при Петре I.

Во второй половине XVIII в. в России существовало три основных типа мануфактур.

а) Вотчинные мануфактуры, где по-прежнему широко использовался подневольный труд крепостных крестьян, были, в основном, распространены в винокурении, полотняной и суконной промышленности. Для таких крепостных крестьян работа на вотчинной мануфактуре была своеобразной формой феодальной отработочной ренты — «промышленной барщины».

б) Купеческие мануфактуры были двух типов. На старых мануфактурах по-прежнему использовали труд приписных и посессионных крепостных крестьян, а на новых стали использовать исключительно свободный наемный труд. Практически все металлургические мануфактуры Урала, возникшие еще в петровскую эпоху, сохранили свою крепостническую суть, в то время как текстильные (полотняные, шелковые) предприятия центрального, северо-западного и южного (новороссийского) регионов страны стали пионерами капиталистического производства.

в) Крестьянские мануфактуры, которые, как правило, принадлежали государственным и даже богатым крепостным крестьянам, были целиком основаны на применении наемного труда.

В целом уровень экономического развития страны в этот период характеризовался следующими показателями.

1) Значительно увеличилось общее число мануфактур. Если в середине XVIII в. в стране существовало более 600 крупных промышленных предприятий, то к концу столетия их численность уже составила около 1200 мануфактур. Ряд историков и экономистов (С. Струмилин, В. Буганов) называют цифру в 3000 мануфактур, но это из той же «оперы», о которой мы уже писали: нельзя причислять к разряду мануфактур те промышленные предприятия, где отсутствует разделение труда. В это время почти половина всех мануфактур стала использовать исключительно более производительный труд свободных наемных рабочих, а не крепостных и приписных крестьян.

2) Дальнейшее развитие и формирование получил всероссийский рынок, что выразилось в огромном росте ярмарочной торговли, а также изменении характера самих ярмарок. Если раньше ярмарка представляла собой центр транзитной торговли, то теперь она становится экономическим центром обширных регионов страны. В этот период крупнейшими общероссийскими ярмарками становятся Макарьевская, Свенская, Коренная, Нежинская и Ирбитская ярмарки под Нижним Новгородом, Брянском, Курском, Черниговом и на Урале.

Существенную роль в развитии промышленного производства и внутренней торговли сыграла и разумная политика правительства Екатерины II, которое в 1762–1764 гг. инициировало издание ряда именных и сенатских указов, отменивших все монополии в промышленности и торговле. Дело в том, что еще в 1712 г. для поощрения отечественных производителей Петр I учредил торгово-промышленные компании, которым было предоставлено монопольное право на производство и продажу определенного вида промышленной продукции. Со временем это привело к застою и стало главным тормозом на пути промышленного прогресса в стране, поэтому эти монополии и были уничтожены.

В 1775 г., Екатерина II подписала манифест о свободе предпринимательства, который:

1) устанавливал, что любой подданный российской короны без уведомления и разрешения правительственных органов мог свободно открыть любое промышленное, коммерческое и иное предприятие на всей территории страны;

2) отменял многочисленные казенные сборы с промыслов и торговли и разрешал купцам «платить с капитала по совести», то есть ежегодно всего 1 % от объявленного капитала.

Предоставив все условия для свободной конкуренции внутри станы и лишив отдельных промышленников и купцов их прежних монопольных прав и привилегий, Екатерина II не отказалась от покровительства и защиты русской промышленности и торговли от конкуренции со стороны зарубежных промышленников и коммерсантов. Продолжая традиционную протекционистскую политику, правительство Екатерины II инициировало издание новых таможенных тарифов 1766, 1782, 1796 гг., которые установили высокие ввозные пошлины на все предметы роскоши и те товары, которыми русская промышленность еще не могла обеспечить внутренний рынок Российской империи.

1. Предварительные замечания.

2. Польский вопрос и неудавшийся «Северный аккорд».

3. Первая русско-турецкая война (1768―1774).

4. Ликвидация Запорожской Сечи, создание Новороссийской губернии и вхождение в состав России Крыма и Восточной Грузии.

5. Вторая русско-турецкая война (1787―1791).

6. Русско-шведская война (1788―1790).

7. Разделы Речи Посполитой (1772, 1793, 1795).

8. Россия и Французская революция (1789―1799).

9. Итоги екатерининской внешней политики.

Приход к власти Екатерины II не изменил основных направлениях внешней политики. В центре внимания русской дипломатии по-прежнему оставались три главных задачи:

• возвращение всех исконных русских земель, находящихся в составе Речи Посполитой;

• отношения с Османской империей и ее вассалом Крымским ханством, решение черноморской проблемы и ускоренное освоение благодатного Новороссийского края;

• активная охрана завоеваний России в Балтийском регионе.

Вскоре после окончания Семилетней войны (1756―1763) произошла очередная перегруппировка сил в Европе.

Во-первых, фактически распался многолетний русско-австрийский военно-политический союз, сложившийся в 1680-х гг., поскольку в Вене стали проявлять излишний интерес к польским делам, которые Петербург традиционно считал своей исконной «дипломатической вотчиной». Кроме того, австрийский двор начал стремительное движение в сторону Версаля, который был давним недругом России, и в течение нескольких десятилетий сколачивал антирусские военные блоки то на севере Европы за счет Швеции, то на юге Европы за счет Турции.