Златая цепь на дубе том - Борис Акунин

другим освобождались всё более высокие посты, а потом взгляд Ельцина, искавшего себе преемника, упал на недавно назначенного директора ФСБ — именно такого человека, каким рисовался больному, уставшему президенту наследник. Ощущение того, что некая Сила сама отметила тебя перстом судьбы, обычно свойственно потомственным монархам, попавшим на трон по прихоти рождения. Иное дело — правители постмонархического периода, оказавшиеся наверху собственными стараниями — как Ленин, Сталин, Горбачев, Ельцин. Они сами себя сделали. Путин к власти не рвался, еще за несколько месяцев до «воцарения» наверняка об этом даже и не помышлял. Неудивительно, что после случившегося чуда он уверовал в свою звезду и богоизбранность.

Впрочем, эта мистичность, кажется, не вполне христианской природы. По просачивающимся в прессу слухам стареющий диктатор субсидирует исследования в области продления жизни. Вполне возможно, что Путин собирается жить и править вечно.

Не «полной демократией», а «дефектной демократией».