Когда-нибудь мы просто будем - Ne Ta
— Ладно, иди. Мне надо подумать. Я не сталкивался раньше с такими прохиндеями. Никому ни слова.
Эмма кивнула и встала. Вновь собрав ноутбук и бумаги, направилась к выходу, там остановилась, замялась, будто что-то хотела сказать, но вышла, не произнеся ни слова.
— А тайн у тебя много, прыгунья с Севера, — почти шёпотом сказал Вито. — Но я разберусь с тобой, Эмма, хоть ты и попыталась спрятать некоторые ниточки… В пятницу будет сложный день. Завтра дам передышку всем, а уж потом — не обессудьте. Каждому уделю внимание и время, мягко говоря.
Она ожидала утром лавину указаний, бесконечных переговоров по телефону, совещаний и мозговых штурмов, но ничего этого не увидела. Миллер уже был на работе, когда Эмма приехала, спокойно попросил свой утренний кофе, а потом и вовсе исчез куда-то почти на весь день, поручив секретарю переводить все звонки на его сотовый. Обычно четверг всегда проходил ровно, без накала страстей, таким он был и в этот раз. В офисе шла рутинная работа: кто-то приносил корреспонденцию, кто-то приходил за подписанными документами, а некоторые даже подшучивали, что секретарь сегодня за директора.
Лишь одна настырная дама по-прежнему напрашивалась на аудиенцию к Миллеру, не веря Эмме, утверждавшей, что начальника нет на месте. Прорваться в здание она не могла без пропуска, подписанного кем-то из организации Вито, но никто не хотел связываться с представителем СМИ. Наконец, ближе к четырём часам, Виолетта после очередного неудачного звонка сказала с досадой в голосе:
— Передайте своему шефу, что он сильно пожалеет, если…
— Прошу прощения, — перебила её Эмма, — не в моей компетенции разговаривать с директором о чём-то личном. Ведь он отказал вам в интервью? Стало быть, на этом деловое общение с нашей организацией закончилось. Значит, все остальные вопросы от вас являются личными. Этим, пожалуйста, занимайтесь сами.
— Да как ты смеешь? — возмущённо воскликнула Виолетта. — Ты кто вообще? Ноль без палочки! Вот и выполняй, что тебе говорят.
— До свидания, — ровным голосом произнесла секретарь и положила трубку на рычаг.
Подождав некоторое время следующих эмоциональных всплесков от неприятной женщины, но не дождавшись их, начала готовить директору план работы на завтра. В этот момент он и появился в приёмной. Нахмуренные брови и цепкий взгляд не предвещали ничего хорошего. Однако Миллер просто кивнул на кофемашину и прошёл к себе в кабинет. Эмма сразу же встала и начала готовить его любимый напиток. Через несколько минут, зайдя к нему, обнаружила Вито стоявшим у окна и наблюдавшим, как дворник убирал опавшую листву. Было ясно, что мысленно директор где-то далеко.
— Спасибо за кофе, — произнёс он неожиданно. — Завтра к нам кое-кто пожалует. Приготовь всё для чаепития.
— Пресса? — спросила она.
— С чего ты взяла? — изумился Вито и повернулся к ней.
Эмма пожала плечами.
— Эта дама звонила сегодня очень много раз, даже пыталась выдать вам предупреждение: если не примите её, то… Я не стала слушать и прервала разговор.
— Правильно сделала. Эту прилипалу надо держать на расстоянии выстрела. Нет, завтра будет не пресса. Наш новый знакомый обязательно, просто обязательно должен принять приглашение. Утром позвонишь переводчику и назначишь ему встречу на двенадцать ровно. Скажешь, что возникли непредвиденные обстоятельства, и заключение контракта под угрозой из-за неточностей перевода. И владельцам компании знать необязательно, насколько плох их переводчик — так и скажи. Сама на это время покинь приёмную. Сходи, например, к Каролине, помоги ей с очередными документами по договору с итальянцами. И раньше часа дня не появляйся. Я проведу совещание в «закрытом» режиме. Всё понятно?
— Это…
— Ничего не спрашивай. Просто делай, как сказано, и ничего не перепутай. Всё, на сегодня всё. Ты свободна.
Он чуть не сказал: «Можешь идти в бассейн, наслаждаться прыжками». Но вовремя прикусил язык. У него было много вопросов к Эмме, но это могло подождать, как считал Миллер.
После того, как она вышла, Вито глубоко вздохнул. Он почти не спал ночью, размышляя о том, что же предпринять. Посвящать кого-то ещё в эту историю не хотел, а довериться полностью молчаливой, замкнутой девушке не мог. Ведь она могла действовать по чьей-то указке или вдруг поняла что-то не так. Выглядеть дураком в работе с иностранной фирмой означало потерять всё, что наработано за десятилетия: репутацию, имидж компании, налаженные связи, финансы. Лишь под утро Вито решил посоветоваться со знакомым юристом, которого знал давно и только с хорошей стороны. И хотя Дмитрий Воинов занимался в основном семейными делами, всё же иногда и завод обращался к нему за консультациями по самым заковыристым имущественным вопросам. Вторым человеком, кого посетил Миллер, был его давний друг по тренажёрному залу, работавший на заводе. Роман Чернов возглавлял управление по охране труда и ТБ. Вроде и не имел отношения к заключению договоров, но был знающим специалистом с большим кругозором. Его уровень компетенции вызывал уважение. К тому же его жена работала в дирекции по безопасности и занималась предотвращением именно экономических преступлений. Правда, сейчас она готовилась к декретному отпуску. Её волновать Вито не решился бы.
Почти весь рабочий день прошёл в обсуждениях и спорах. И всё же трое мужчин пришли к единому мнению по поводу дальнейших действий. Оставалось дождаться пятницы. Для кого-то этот день был преддверием выходных, предвкушением отдыха, но для Миллера — нет.
Он приехал на работу рано, удивив даже собственную службу безопасности, наблюдавшую через мониторы за периметром вокруг офиса. Когда Вито вышел из машины в строгом сером костюме, галстуке в тон, белой рубашке, сотрудники СБ переглянулись. В таком виде он нечасто появлялся в своей компании, и это не предвещало ничего хорошего.
— Кому-то сегодня трындец, — прошептал один безопасник другому, который лишь многозначительно кивнул в ответ.
Первым, кто пожаловал к нему в кабинет ещё до начала рабочего дня, был Дед, начальник службы безопасности, старый надёжный товарищ и подчинённый.
— Вито, я не понял, — поздоровавшись, начал он с недоумением в голосе, — мои парни сказали, что ты сегодня при полном параде, а я не в курсе, кому шкуру будем снимать… Ты мне не доверяешь?
Вопрос прозвучал чуть тише, чем вся предыдущая речь.
— Брось, Дед, не говори глупостей. — Вито поморщился, даже нахмурился. — Пока нет необходимости подключать тебя с твоими орлами. Я хочу выйти из этой ситуации с наименьшими потерями, а для этого надо