Будь со мной до заката - Анастасия Сергеевна Кольцова

В очередной раз перечитываю уравнение, и меня посещает гениальная идея. Это уравнение ведь можно сократить! Зачёркиваю «n» под чертой и «n» в слове «sin», и у меня получается один плюс «six». А «six» это ведь по-английски шесть, как же я сразу не догадалась!

Уверенной рукой вывожу в ответе цифру семь, и оборачиваюсь на Елену Петровну. Которая почему-то смотрит не на меня, а на ржущего Глеба. Но вместо того, чтобы сделать ему замечание, сама начинает смеяться! Что с ней не так? И над чем так потешается наш новенький? Неужели я сделала что-то не так?

— Садись, Ева, — просмеявшись говорит математичка. — Мы не делим обозначение синуса на буквы, которые можно сократить, и тем более, не лепим из «остатков» синуса и икса новое число! Запомни, Ева, числа пишутся цифрами! Цифрами! Глеб, иди, реши это уравнение.

Глеб сменяет меня у доски, и в два счёта решает уравнение, заслужив одобрение Елены Петровны. А я под ехидные взгляды одноклассников и одноклассниц сажусь на своё место.

— Петровский, отлично, Князева, к сожалению, двойка, — подводит итоги математичка. — Но, если вас утешит, за все годы работы в гимназии я первый раз вижу, чтобы к получению двойки по алгебре подходили так оригинально и изобретательно. Можете собой гордиться! Класс, открываем учебники на сто пятьдесят первой странице, начинаем новую тему…

После звонка с урока я в числе первых бросаю вещи в сумку и вылетаю из кабинета. Хорошо, что следующим уроком география, хоть посижу спокойно в телефоне! Евгений Васильевич наверняка будет что-нибудь на карте показывать, и не будет мешать мне заниматься своими делами.

— Самая талантливая двойка, — подкалывает меня Саша, когда мы стоим ждём Евгения Васильевича возле кабинета. — Только ты могла придумать такое нестандартное решение!

— Ой, да ну тебя, — я толкаю подругу в бок локтем. — Пойдём лучше в столовую, шоколадку купим.

— Точно, ты же моя должница, — вспоминает Саша, и мы с ней бежим на первый этаж.

Звонок застаёт нас в столовой, поэтому на урок мы опаздываем.

— Можно войти? — робко стучу я по распахнутой двери кабинета географии.

— Кто у нас тут? Журкина? Князева? — радостно оживляется стоящий возле карты мира наш старенький географ. — Рад вас видеть! Журкина, а покажите-ка мне, где находится озеро Байкал?

Саша берёт указку, бодро обводит её кончиком Байкал, и проходит на своё место.

— Князева, а покажите-ка мне озеро Титикака, — Евгений Васильевич вручает указку мне. — За опоздание нужно платить!

— Тити… Что? — переспрашиваю я, чуть не давясь от смеха.

Одноклассники тоже начинают хихикать.

— Титикака, моя юная леди, — серьёзно повторяет географ, и одноклассники начинают чуть ли не плакать от хохота. — Прекрасное озеро цвета ваших волос.

Я начинаю в панике обыскивать глазами карту мира на предмет озёр, но Титикака спряталась от меня как созвучные ей части тела прячутся под одеждой, и совершенно не хочет находиться.

— Евгений Васильевич, а на каком континенте находится Титикака? — с надеждой спрашиваю я, но географ лишь ехидно улыбается в свои седые усы.

— Южная Америка, — шепчет Саша, но это мне особо не помогает.

— Евгений Васильевич, а можно я покажу? — вызывается Глеб.

— Ну, если у вас, молодой человек, с поиском Титикаки проблем нет, то милости прошу, — географ забирает у меня указку, и я, красная как рак, сажусь на своё место за четвёртой партой второго ряда.

— Никаких проблем, — заверяет Глеб, выбегает к карте, и мгновенно находит это злополучное озеро с ужасным названием.

И как я его сразу не нашла, вот же оно, в левой части Южной Америки! Стыд и позор мне!

— Надеюсь, хотя бы на литературе обойдусь без двойки, — шепчу я Саше в начале третьего урока, пока литераторша отмечает отсутствующих. — Двоек по алгебре и географии мне будет вполне достаточно!

— Согласна, — ехидно улыбается Саша. — Надеюсь, ты стихотворение выучила?

— Какое стихотворение? Нам разве задавали?

— Конечно, в электронном журнале же было записано, — огорошивает меня подруга. — Ну, Ева, ты даёшь! Ты на сегодня что, вообще уроки не учила?

— Журкина, Князева, я слышу разговорчики? — литераторша отлипает от компьютера. — Значит, с вас и начнём. Князева, расскажите-ка мне стихотворение.

— Инна Валерьевна, я… — завожу глаза, пытаясь придумать какую-нибудь вескую причину неготовности к уроку.

— Не готова, да? — подсказывает мне литераторша. — Цвет волос сменить успела, а уроки не сделала? К сожалению, вынуждена поставить тебе двойку. Журкина, выходи к доске.

Саша выходит к доске, и бойко рассказывает стихотворение Сергея Есенина. А я с горя в очередной за сегодня раз залезаю в телефон, и начинаю собирать подборочку фильмов о героях, преодолевших трудности.

Они смогли, значит я и смогу.

Жаль конечно, что не сегодня.

Буду считать, что сегодня просто не мой день.

После литературы мы не переходим в другой кабинет, потому что следующим уроком русский язык. Саша убегает сдавать доклад учительнице ОБЖ, а я достаю из кармашка сумки жвачку, и с наслаждением лопаю пузырь. Хоть какое-то утешение!

На звук лопнувшего пузыря в мою сторону поворачивается сидящий за третьей партой третьего ряда Глеб. Приветливо улыбаюсь ему, с опозданием замечая, что ехидное выражение его лица совершенно не предвещает приятной дружеской беседы.

— Думаешь о том, как будешь исправлять двойку по алгебре? Или по географии? Или по литературе? — насмешливо интересуется у меня новый одноклассник.

— Да ну тебя, — я откидываю назад падающие на лицо синие пряди. — Уроки — не самое главное в жизни! Я вот зато цвет волос поменяла! Это намного круче, чем решать уравнения и искать Титикаку!

— Поздравляю, — Глеб снисходительно смотрит на мою причёску. — Только вот ценность человека не в том, что на голове, а в том, что в ней. А с этим у тебя как-то плоховато. Я-то вчера подумал, что ты интересный человек, а ты просто компенсируешь яркими волосами отсутствие ума и индивидуальности.

— Ой, да пошёл ты! — я вскакиваю с места и швыряю в нахала учебником русского языка. — Это у тебя ума нет, если судишь о человеке по успеваемости на паре предметов!

— На целых трёх предметах, — Глеб ловко ловит летящий в его голову учебник и кладёт его на чью-то парту. — Двойку по алгебре можно было бы списать на то, что ты гуманитарий, но у тебя и по гуманитарным предметам двойки, русалочка. Так что мой диагноз — пустышка. Пустоголовая девочка с красивыми синими волосами. Так печально разочаровываться в людях.

— Я, может, и пустышка, а ты, ты… — сквозь слёзы подбираю я обзывательство пообиднее. — Это