Любимая кукла босса - Татьяна Лерим

Богдан

Уже через полчаса папка лежала на столе, но я не торопился открывать. Никуда не денется моя маленькая куколка!

Отчеты, статистика и бухгалтерия заполонили мой день, личное оставляя на потом, словно вишенка на торте, я добрался до Камилы почти под конец рабочего дня.

Ничего необычного: двадцать четыре года, высшее образование, отличница, бюджет. Ее сразу выделили, принимая на работу мои сотрудники по набору персонала. Ее тест, разработанный специально, чтобы понимать компетентность произвел впечатление даже на меня. Умненькая девочка. Даже слишком приторно, ни одного изъяна.

Так, а что по личной жизни, интересно!

Пролистываю скучные страницы, и найдя наконец пару строк о ней самой, так же выдыхаю — ни семьи, ни детей.

Так сколько же ты стоишь, идеальная моя?

Уже без энтузиазма листаю папку, оценивая личное дело.

Так, а это что?

Мой взгляд приковывает информация о брате. У нее есть один-единственный родственник, который прикован к больничной койке.

Авария, перечеркнувшая детство семилетнего пацана.

Нужно больше информации по этому делу. Мне недостаточно общих слов, я собираюсь копнуть глубже.

— Алле, Борис Константинович, нужна помощь, — звоню лучшему врачу города, который имеет глаза и уши в каждой больнице и в каждом отделении.

— Привет-привет Богдан, надеюсь ничего серьезного? — встревоженный голос друга, который сразу напрягается, когда слышит словосочетание “нужна помощь!”.

— Нет. У меня и моей семьи все хорошо. Просто нужно навести справки по поводу одного пацана, — сразу к делу. Борис все узнает за двадцать минут. Я в нем не сомневаюсь.

— Записываю, — улавливаю шелест блокнота и произношу фамилию и имя из дела.

После, читаю далее все про Камилу, но остальное обычная серость. Отличница, комсомолка и просто красавица, — так обычно называют хороших девочек. Хорошая девочка Камила просто идеальная со стороны, но я знаю, что любая молоденькая девочка раздвигает ножки на раз-два, когда улавливает шелест крупных купюр. Знаем! Проходили уже такое.

Но я люблю таких чистых и непорочных. Есть в них особенный шарм, который очень хочется подчинять к себе.

Потираю переносицу и пытаюсь осмыслить все, что знаю о ней. Не густо, но это лучше, чем ничего. Утром, у меня не было даже этой информации.

— Позови мне Камилу, — отдаю приказ секретарше в трубку и тут же, не дожидаясь ответа, нажимаю отбой.

Нужно, кстати, поставить себе цель и ее заменить! Надоела эта пустоголовая молодая Барби, которая ходит сюда явно не для работы. Трахнул уже, ничего особенного, только вот она возомнила из себя невесть что, и теперь ходит и раздражает меня.

Камила приходит достаточно быстро.

Не понимающее, перепуганное и бледное лицо девушки, говорит мне о том, что она явно не питает трепета от моего вызова к себе. Сообщили уже значит, что я не вызываю на “ковер” просто так, дела сотрудников прошу еще реже.

— Как вам работается у нас, Камила. У вас же еще испытательный срок? — начинаю издалека, громко закрывая перед ней ее же дело. Камила нервно сглатывает, наблюдая за моим действием и ее непонимающий и вопросительный взгляд смотрит на меня прямо в упор. Все ее внимание растворяется в документах, лежащих передо мной на столе.

— Все хорошо. Ме-е-еня все устраивает, — заикаясь произносит, опуская взгляд.

— Присаживайся, — указываю на стул. Да Рудина сейчас в обморок упадет, судя по бледному лицу. Неуверенность, заикание и бледный тон лица невозможно скрыть, хоть она очень сильно и пытается.

В этот момент на почту приходит письмо, из которого понятно, что у мальчика неправильно срослась кость в колене и ему срочно нужна операция, иначе он может остаться инвалидом на всю жизнь. Небольшое примечание Бориса в письме дает понять, что Камила сама еще не знает об этом. Врач, у которого мой друг выпытал все, что требовалось не успел сообщить неприятную новость родственнице.

Камила же не хочет печальной участи для брата?

— Я сегодня что-то неправильно перевела? — теребя манжет своей блузки ненавистного мне цвета, почти шепчет девушка, и я всерьез переживаю за ее здоровье. Откачивать и делать искусственное дыхание я точно не планировал в этот вечер.

— Нет. Вроде все хорошо. Просто решил познакомиться со столь ценным сотрудником! — ползу взглядом вниз, представляя Камиллу без блузки. От нее не ускользает мой похотливый взгляд, и девушка снова начинает нервничать, как утром, в переговорной, заливая бордовым румянцем щеки.

* * *

Камила

— Я хочу тебя!

Одно предложение, а меня всю затрясло. Я потеряла дар речи, просто сидела на массивном стуле перед ним и сверлила взглядом. В голове вертелись тысячи вопросов, но я не решалась задать ни одного. Это было неожиданно, мы вроде о работе говорили, а тут. Даже противно стало на секунду от всего этого. Я что, на проститутку похожа?

— Простите? — переспрашиваю в надежде, что послышалось. Мне всегда говорили, что у меня бурная фантазия и прекрасное воображение, но судя по его лицу, я понимаю, что мне не показалось. Это не мое воображение, а вполне себе конкретное обдуманное и взвешенное предложение.

— Что непонятного? Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей. Камила, ты мне сразу понравилась, — Богдан Станиславович встаёт и надвигается в мою сторону, а я прикусываю нижнюю губу, чтобы не ляпнуть ему ответ прямо сейчас. — И то, как ты играешь с губами очень заводит, — быстро перестаю провоцировать, делая лицо почти кирпичом. Никогда не задумывалась о своей привычке в таком контексте.

— Но, когда я успела вам понравиться? Мы впервые пересеклись сегодня, до этого вы и не знали о таком сотруднике, как я, — цепляюсь за это, как за спасательный круг. Что я сделала утром, чтобы получить такое мерзкое предложение вечером?

— Сразу как увидел, трахнуть захотел, — ответ звучит почти над ухом, склонившегося надо мной босса. Его горячее дыхание обожгло мочку уха, словно кипятком ошпарило. Он подкрался незаметно, заставив меня врасплох.

Подскакиваю от неожиданности и глубоко вдыхаю воздух. Боль унижения от его слов режет по сердцу. От омерзения лишь его предложения к горлу уже подступает тошнота. Всегда представляла любовь до гроба с любимым мужчиной, а не грязь, которую мне сейчас предлагают.

— Нет. Я вам не шлюха. И мое мнение тоже должно учитываться, — голос резко прорывается, осознав суть его предложения. Такой звонкий шум эха в просторном помещении, что от неожиданности поползли мурашки по рукам. Мой ответ позабавил босса, его бровь приподнялась, на губах появилась дерзкая улыбка.

— У тебя нет выбора, солнце. Рано или поздно ты сдашься. Только