Любимая кукла босса - Татьяна Лерим

Камила

— Я хочу тебя!

Одно предложение, а меня всю затрясло. Я потеряла дар речи, просто сидела на массивном стуле перед ним и сверлила взглядом. В голове вертелись тысячи вопросов, но я не решалась задать ни одного. Это было неожиданно, мы вроде о работе говорили, а тут. Даже противно стало на секунду от всего этого. Я что, на проститутку похожа?

— Простите? — переспрашиваю в надежде, что послышалось. Мне всегда говорили, что у меня бурная фантазия и прекрасное воображение, но судя по его лицу, я понимаю, что мне не показалось. Это не мое воображение, а вполне себе конкретное обдуманное предложение.

— Что непонятного? Я хочу, чтобы ты стала моей любовницей. Камила, ты мне сразу понравилась, — Богдан Станиславович встает и надвигается в мою сторону, а я прикусываю нижнюю губу, чтобы не ляпнуть ему ответ прямо сейчас. — И то, как ты играешь с губами сейчас, очень заводит, — быстро перестаю провоцировать, делая лицо почти кирпичом.

— Но, когда я успела вам понравиться? Мы впервые пересеклись сегодня, до этого вы и не знали о таком сотруднике, как я, — цепляюсь за это, как за спасательный круг. Что я сделала утром, чтобы получить такое мерзкое предложение вечером?

— Сразу как увидел, трахнуть захотел, — ответ звучит почти над ухом, склонившегося надо мной босса. Его горячее дыхание обожгло мочку уха, словно кипятком ошпарило.

Подскакиваю от неожиданности и глубоко вдыхаю воздух. Боль унижения от его слов режет по сердцу. От омерзения лишь его предложения к горлу уже подступает тошнота. Всегда представляла любовь до гроба с любимым и любящим, а не грязь, которую мне сейчас предлагают.

— Нет. Я вам не шлюха. И мое мнение тоже должно учитываться. Что значит захотели? — голос резко прорывается, осознав суть его предложения. Такой звонкий шум эха в просторном помещении, что быстро поползли противные мурашки по рукам. Мой ответ позабавил босса, его бровь приподнялась, на губах появилась дерзкая улыбка.

— У тебя нет выбора, солнце. Рано или поздно ты сдашься. Только смотри, чтобы поздно не было, — недвусмысленно отвечает мужчина, а я прищуриваю глаза и пытаюсь вникнуть в его последнюю фразу.

Его звериный оскал говорит лишь о том, что он уверен в своих словах. Богдан Станиславович выпрямляет спину и прячет руки в карманы брюк, принимая расслабленную позу. Слишком уверен в себе? Я никогда не соглашусь.

Не хочу, противно от его слов. Я даже представить не могу, что входит в функции любовницы.

— Еще раз нет! — твердо заявляю дрогнувшим голосом и также выпрямляюсь в ответ. Да, он мой начальник, но это не дает ему права обращаться со мной неподобающим образом.

Я устроилась на должность переводчика, меня все устраивает, или устраивало, неважно. Я так не хочу терять эту должность, но из-за заявления своего босса уже не уверена, что мой испытательный срок закончится положительно.

Страшно, что из-за такого мерзавца, который привык ни в чем себе не отказывать, я могу остаться без работы и зарплаты, в которой так нуждаюсь.

— И не называйте меня так, — сглатываю. Делаю быстрые шаги в двери.

— Ты все равно согласишься. Не дури. Ты станешь моей или я уволю тебя. Заметь, я предоставляю выбор, и у тебя ровно минута на принятие решения. Ты или сможешь оплатить операцию брату или нет, — упоминание о брате заставляют остановиться. Я почувствовала себя загнанной в клетку. Ком в горле прорывается наружу, и я не могу больше держать эмоции в узде.

Только что, мне перекрыли кислород, заставляя сделать выбор, которого у меня нет!

Камила

Это уже четвертая кружка кофе за утро. Сегодня мои первые переговоры с французами и всеми акционерами нашей огромной компании. Ужас просто. Как бы французский не забыть от переизбытка чувств. Так получилось, что страх, волнение и адреналин от совещания настолько заполонили мои внутренности, что всю ночь я пролежала, смотря в потолок, крутясь в неудобных позах, и даже считая овец.

Ничего не помогало.

Итог — плохое настроение, мешки под глазами и сонливость, с которой я как раз пытаюсь справиться.

— Ками, да не переживай ты так. Ты же просто переводчик. Слушай внимательно этих французов и переводи все дословно, — подбадривает меня Анжела с юридического, проходя мимо.

— Легко сказать, — без настроения лепечу, борясь с зевком. Я же не могу сидеть как зомби и бездушно повторять предложения. Вникать нужно, а я сейчас думаю только о своей кровати с одеялом.

— Мне вот, после ваших разговоров на французском нужно будет кучу договоров составить. Вот где нужен трезвый ум. Если я ошибусь и накосячу, то точно по шапке получу. А зная нашего босса, который легко увольняет за любые косяки, точно выгонит, — вот она вроде подбодрить хочет, а получается только страх еще больший наводит. Я же могу прослушать, пропустить, не понять, да что угодно в таком состоянии. Там будут все, а я работаю без году неделя.

Мне никак нельзя увольняться и терять эту работу.

Деньги мне нужны, я коплю на постоянное лечение брату, который уже можно сказать поселился в больнице, ну деваться некуда, я обещала матери, что подниму его на ноги и он станет обычным пацаном, по которому и не скажешь, что собрали обратно по кусочкам после автокатастрофы, разделившая наши жизни на “до” и “после”.

Допивая терпкий напиток, плетусь обратно на свое рабочее место.

Полчаса, осталось всего полчаса и начнется совещание. Начинаю сканировать дверь лифта и беззвучно стучать каблучком по полу. Всегда повторяю этот жест при сильном волнении. Это, наверное, уже нервное, иначе не могу объяснить. Как только явятся французы, меня вызовут на совещание, ведь я единственный переводчик на сегодня. Тамара Викторовна, которая уже как двадцать лет сидит на завоеванном стуле напротив, заболела, тем самым подставив меня под “расстрел”. Я должна была просто присутствовать на этом совещании и набираться опыта, перенимать бразды правления и учиться, но вместо просто протирания попы на стуле, мне придется принимать активное участие в беседе. Влипла так влипла, спустя всего месяц работы на своей должности. Мой испытательный срок катится к черту! Нет, меня точно уволят, если я облажаюсь, поэтому соберись Камила, ты не можешь потерять эту должность. Помни об Игоре, который нуждается в тебе, как никогда.

Так я и сидела примерно минут десять, пока в