Прости, Мария - Аманта Сантос
Габриэла удивленно вертела в руках конверт, потом вскрыла его. Когда она вынимала письмо оттуда выпали какие-то фотографии, три штуки. Габриэла машинально подобрала их и пошла в свою комнату, чтобы спокойно прочитать письмо. Там стояло всего несколько слов о том, что она должна заплатить крупную сумму денег, чтобы эти пленки, компрометирующие ее сына, были уничтожены, и подпись Виктора Карено. В ужасе Габриэла смотрела на фотографии, потом спрятала их в карман, опасаясь, что может войти муж и увидеть их, потом решительным шагом подошла к телефону и набрала номер виллы «Мария».
— Добрый день. Позовите, пожалуйста, сеньора Карено.
— Виктор? — на всякий случай переспросила 1 она, услышав мужской голос, — Это Габриэла, нам нужно срочно встретиться:
Ей стоило больших усилий не высказать ему сразу все, что она о нем думает.
— У тебя что-то случилось? — Виктор, казалось, был удивлен ее звонком.
— Ты еще спрашиваешь... — Габриэла с трудом заставила себя оборвать фразу и нервно оглянулась, услышав шаги, но это был не муж, а служанка, которая зашла за чем-то и сразу же удалилась. — В три часа, у маленького кафе около ратуши.
— Ну хорошо, — Виктор положил трубку.
Все оставшееся до встречи время он размышлял, что же такое могло стрястись и при чем здесь он? Они не виделись с тех пор, как он убежал со свадьбы, когда услышал, что Мария умирает. Конечно, он тогда очень нехорошо пошутил с ней. И понятно, что для нее, как для любой девушки, было страшным потрясением, что жених бросил ее в тот момент, когда они стояли у алтаря, ради другой женщины. Но ведь потом Габриэла вышла замуж! Он знал об этом. Что заставило ее вспомнить о Викторе?
Когда Виктор подъехал к кафе, Габриэла была уже там. Она села к нему в машину.
— Я никогда не думала, что ты способен на такое, Виктор, — начала она с ходу.
— Габриэла...
— Ты просто мерзавец, ты хочешь испортить мне жизнь. Мстишь мне за то, что я не стала твоей женой. Но ты сам виноват в этом. У меня только все стало налаживаться, а ты, ты... — нет, она не плакала, она была просто в ярости. Ошеломленный потоком слов и совершенно не свойственной Габриэле сценой, Виктор просто растерялся.
— Габриэла, я бесконечно виноват перед тобой, прости меня, но ты же вышла замуж, и я не думал...
— Ты не думал! Ну конечно, как может синьор Карено, ах простите, даже маэстро Карено, преподаватель колледжа, заниматься таким грязным делом. Чего ты от меня хочешь, за что? Денег, а еще? Оставь меня в покое, я не желаю вспоминать!
— Габриэла, ну что же все-таки случилось, не понимаю... Ведь прошло уже столько времени…
— Не понимаешь?! Так я тебе и поверила! Габриэла перешла на крик.
Виктор изумленно смотрел на нее, он никак не мог взять в толк, что с ней.
— Да объясни же ты наконец, в чем дело, — взмолился он.
— Ах, ты ничего не понимаешь! А вот это что?! — Она швырнула ему на колени фотографии. — Денег у тебя нет, на любовницу не хватает, да? Ты добился своего, женился на Марии, а теперь и она тебя не устраивает?
Виктор перевел взгляд с фотографий на Габриэлу.
— Клянусь тебе, я тут совершенно ни при чем, я даже предположить не могу, кто это сделал.
— Да?! — она выскочила из машины, разорвала карточки и швырнула их ему в лицо. — Чтобы я больше не видела тебя, и запомни: если ты еще раз попытаешься меня шантажировать, я расскажу все моему мужу и заявлю в полицию. И позвоню Марии — пусть она знает, каков ты на самом деле! — Габриэла с силой захлопнула дверцу машины. Виктор даже не пытался ее задержать и так и остался сидеть, глядя ей вслед и даже не в силах собраться с мыслями. Потом он заехал к доктору Торресу, потому что плохо почувствовал себя. Доктор, осмотрев его, встревожился не на шутку.
— Боюсь, что дело серьезно, Виктор. Тебе нельзя волноваться, иначе это может плохо кончиться для тебя.
Несмотря на огромное количество работы, Мария не могла не заметить, что Ана стала грустной, и раздражительной, а когда та очередной раз заперлась в комнате, сказав, что ей не хочется никого видеть, Мария встревожилась по-настоящему. Уж слишком это было непохоже на всегда общительную и приветливую Ану. Все эти трудные и горькие для семьи Лопесов дни Ана помогала Марии, чем могла — нянчила маленькую Лули, присматривала за хозяйством, да еще старалась поддержать саму Марию. Что же произошло?
— Като, ты не знаешь, что случилось с Аной? — осторожно поинтересовалась Мария.
— Не знаю, сеньора. Но сегодня она опять ходила к донье Сэнтине...
Мария вздохнула. А ведь она предупреждала ее... Мария решительно направилась в комнату Аны.
— Кто там? — раздраженно спросил из-за двери всхлипывающий голос Аны.
— Это я, — ответила Мария, прикидывая, как бы ей уговорить Ану открыть дверь. Но уговаривать не пришлось. Ана впустила ее в комнату и со слезами бросилась ей на грудь. Мария обнимала сестру, ласково поглаживая по волосам.
— Что с тобой случилось? — спрашивала она ее, — может быть, я чем-то обидела тебя? Извини я сейчас стала невнимательна к своим близким у меня столько работы...
Ана через силу улыбнулась:
— Нет, что ты Мария, даже не думай. Дело вовсе не в тебе.
— А в чем же?
— Рейнальдо... Почему он так долго не едет?
— Но, Ана, ты же знаешь, в каком трудно положении находимся сейчас мы все. Рейнальдо очень занят сейчас, пожалуйста, потерпи еще немного...
— А может быть, он уже забыл меня там, с какой-нибудь женщиной...
— Да что ты говоришь, Ана! Рейнальдо порядочный человек, и если он сделал тебе предложение, значит, ты можешь быть спокойна...
— Ну, как я могу быть спокойна, Мария,