Будь со мной до заката - Анастасия Сергеевна Кольцова

— Как ты волосы не сожгла, меняя столько цветов? — Алина, девочка с белыми прядями удивлённо приподнимает брови. — Я вот часто красилась, и теперь волосы совсем никуда не годятся!

— А кто сказал, что с моими всё в порядке? — смеюсь я. — Наверное, на синем цвете остановлюсь, потому что волосы уже не выдерживают такой тяжёлой жизни!

Парень в капюшоне всё так же продолжает сидеть за столиком, и я решаюсь проверить, насколько обоснованы мои подозрения.

— Девочки, я сейчас подойду, — я встаю с диванчика, и смело подхожу к соседнему столику.

Голова в капюшоне удивлённо приподнимается, капюшон падает… И я вижу перед собой Глеба!

— Ты следишь за мной? — возмущённо спрашиваю я, сверху вниз глядя в карие глаза, которые заставляли моё сердце трепетать.

— С чего бы? — Глеб насмешливо приподнимает бровь. — Ты слишком высокого мнения о себе, Русалочка. Я просто сижу пью кофе.

— Там же, где я провожу встречу с подписчиками? — продолжаю я свой допрос.

— Да, так вышло, что я делаю это там же, где ты проводишь встречу с подписчиками, — ехидно отвечает Глеб. — Веришь в совпадения?

— Нет, не верю, — я сердито встряхиваю волосами. — Глеб, я совершенно тебя не понимаю! Что ты творишь? Чего пытаешься добиться? Зачем пришёл сюда?

— Хватит допрашивать меня, Русалочка, — Глеб вновь надевает капюшон. — Иди лучше к своим подписчицам, уверен, у них возникло к тебе много новых вопросов.

— Вот и пойду! — раздражённо говорю я, оставляю Глеба в покое, и возвращаюсь на свой диванчик.

Но наслаждаться встречей с подписчиками я больше не могу — мне кажется, я кожей ощущаю на себе взгляд сидящего за соседним столиком одноклассника, и мне становится не по себе. Что он творит? Зачем пришёл? Чтобы вывести меня из себя? Сделать больно? Или… Он просто скучает и хочет меня видеть?

— Ева, а у тебя есть парень? — спрашивает меня Люся, и я отрицательно мотаю головой.

— А был? — настойчиво интересуется Люба.

— Да, был, — нехотя отвечаю я. — Но мы больше не вместе, и я не хотела бы это обсуждать.

— Сорян, — извиняется Люба, и за нашими столиками возникает долгая тягучая пауза.

— Слушайте, а давайте в кино сходим! Тут недавно одна классная комедия вышла, думаю, это то, что нам всем нужно, — предлагает Матвей, и я облегчённо выдыхаю, ведь просмотр фильма избавит меня от вопросов об отношениях с Глебом.

Мы встаём с диванчиков, и, оставив Глеба в одиночестве пить кофе, дружно направляемся в находящийся на этом же этаже кинотеатр. Покупаем билеты, немного ждём, и проходим в зал. Ближайшие полтора часа я стараюсь забыть об однокласснике и включиться в просмотр фильма, но получается как-то не очень.

Почему Глеб не может просто оставить меня в покое? Почему не исчезнет с моего горизонта, если встречаться, и даже просто общаться со мной не собирается? Зачем все эти игры на моих нервах?

— Ох, посмеялась от души! — вытирает с глаз выступившие слёзы Клавдия Семёновна, когда по завершению фильма мы выходим в холл. — Весёлый фильм, нужно будет ещё как-нибудь собраться в кино вместе сходить!

— Отличная идея, — соглашаются девчонки. — Давайте почаще так собираться!

Ещё немного поболтав, я прощаюсь с подписчицами и Матвеем, и в компании Саши отправляюсь домой.

— Хочешь, я побью твоего Глеба, чтобы он больше за тобой не следил? — спрашивает Саша, когда мы прощаемся на пороге моей квартиры. — А то везёт тебе на сталкеров! То Матвей, то Глеб этот…

— Не стоит, я сама с ним разберусь, — я обнимаю на прощанье подругу, смотрю, как она поднимается на свой этаж, и захожу домой.

Впереди меня ждут уроки, работа над подборкой вышедших в апреле сериалов, а ещё созвон с тётей. Пару дней назад договаривались с ней поболтать, и что-то всё никак, пора бы уже.

Сделав большую часть домашки, я набираю тётю Олю, радостно её приветствую, но её голос почему-то кажется мне совершенно невесёлым.

— Тёть Оль, что-то случилось? — спрашиваю я.

В ответ тётя Оля начинает мяться, и я точно убеждаюсь, что что-то не так.

— Тёть Оль, я же чувствую, что у тебя что-то произошло! Расскажи, вдруг я смогу чем-то помочь?

— Ева, ты ещё ребёнок, я не могу делиться с тобой всеми своими проблемами, — начинает сопротивляться тётя, но всё же я убеждаю её сказать мне правду.

— У меня… У меня подозрение на рак, — признаётся тётя Оля. — Только никому не рассказывай! Завтра иду сдавать анализы в онкоцентр, и мне так страшно! Мне же всего двадцать пять, а тут такая ужасная болезнь!

— Послушай, я уверена, что с тобой всё в порядке! — начинаю я утешать тётю. — Хочешь, я с тобой завтра схожу?

— Было бы неплохо, но у тебя завтра школа, я не могу заставить тебя прогуливать уроки, — тётя вспоминает, что она ответственная взрослая.

— Да ладно тебе, один раз пропущу, ничего с моей успеваемостью не случится, — начинаю я уговаривать тётю. — Ну возьми меня, я же понимаю, что тебе нужна поддержка!

— Ну хорошо, — соглашается тётя. — Тогда завтра в восемь утра встречаемся на твоей остановке, и едем сдавать анализы. Спасибо, что так поддерживаешь меня! Я никому кроме тебя не рассказывала, и твоя поддержка для меня очень важна!

После разговора с тётей я звоню Саше, говорю, что не приду завтра в школу, и прошу сказать классной, что отсутствую по семейным обстоятельствам.

— Ах ты прогулищица, что, поспать решила? — смеётся Саша, я говорю, что да, хочу выспаться, и кладу трубку — тётя просила никому не рассказывать о её проблеме, поэтому я не делюсь секретом даже с лучшей подругой.

С утра вместо школы я встречаюсь с тётей Олей, мы залезаем в набитый пазик, и едем к онкоцентр. Находится он почти до конечной, поэтому едем мы не меньше получаса. Доехав, выходим из пазика, минут пять идём пешком, и доходим до белого панельного здания с большой вывеской.

«Центр онкологии», гласят большие синие буквы, и, открыв большую стеклянную дверь, мы входим внутрь. Надеваем бахилы, и поднимаемся на второй этаж, где располагается необходимый тёте кабинет. Мы с тётей садимся на диванчик, и начинаем ждать своей очереди.

Пока ждём, я тихонько разглядываю пациентов. И тех, которые ждут очереди в наш кабинет, и тех, что проходят мимо. Судя по всему, онкоцентр для всех — и для детей, и для взрослых, потому что я вижу как пожилых людей, так и детей на руках у мам и подростков.

Ужас, они же практически мои ровесники, а уже болеют! Значит, и диагноз моей тёти может подтвердиться? Я не хочу