Я тебя (не) забуду - Татьяна Юрьевна Никандрова
Думаю о ней и только крепче увязаю. Как в трясине, ей-богу.
Провожу рукой по волосам, привычно сгребая пряди к затылку. Чьи-то пальчики игриво проходятся по моему плечу, вовлекая в танец, но я даже не оборачиваюсь.
Не то. Все не то.
Я не за этим сюда приехал.
Внезапно взгляд цепляется за знакомый аксессуар. Серьги-кольца. Крупные, сверкающие в лучах неонового света.
По сути, довольно популярное украшение, но отчего-то ассоциируется именно с ней. И ассоциация не подводит.
Ведомый предвкушением, пробираюсь чуть ближе к центру импровизированного танцпола и наконец нахожу то, что искал.
О да. Это она. Влада, мать ее, Острая.
Видел девчонку всего два раза, а уже со спины узнаю.
Хотя сама спина тут в общем-то ни при чем — все дело в стати, в грации. В неповторимом кошачьем изяществе, с которым она двигается, танцует, поправляет волосы…
Ну и в заднице, само собой. Упругой и сочной, словно спелые вишни.
Облизываю пересохшие губы. Дергаю кадыком, сглатывая.
Хочется подойти и прижаться пахом к этим манящим вращающимся бедрам, но это будет слишком просто. Это сразу ее оттолкнет.
Если за двадцать два года жизни я что-то и понял о женщинах, так это то, что они все, сука, разные. Что для одной безобидное романтическое приключение, то для другой лютый зашквар.
Со злюкой надо быть осмотрительным, осторожным. Чуток передавишь — и мгновенно взбрыкнет. Точь-в-точь как гнедая кобылица.
Приближаюсь, не спеша. Осознанно притупляя и сдерживая инстинкты.
Короткий порыв ветра — и до меня доносится аромат ее тела. Пряный, острый. С дразнящими нотками сандала и пачули.
Шаг. Еще один.
Я близко. Между нами десятки сантиметров.
Она не может увидеть, но может почувствовать. Меня. Мое желание, что горячими волнами баламутит кровь.
Тяну воздух у нее над ухом. Девчонка замирает, натягивается струной, будто что-то почуяла. Но оглядываться не спешит. И я вижу в этом добрый знак.
Еще один крошечный шаг вперед. Хлесткий удар сердца по ребрам.
На рваном выдохе опускаю ладони на ее бедра, и пальцы тотчас схватываются высоковольтным электричеством.
Горячит.
Будоражит.
Грудину на части рвет.
Я готов к тому, что она отпрянет. Что возмутится, обидится, может, даже пощечину зарядит.
Но ничего из этого не происходит. Вообще.
Влада по-прежнему покачивается на волнах мелодии. А наши тела, словно магниты с разноименными полюсами, притягиваются друг к другу. Неумолимо. Мучительно.
Смелею. Поглаживаю оголенный участок кожи между юбкой и коротким топом. Нежно, дразняще. Откровенно дурея от ее близости.
Влада, как ни странно, откликается на прикосновение. Замедляет танец и слегка запрокидывает голову, упираясь затылком мне в грудь.
Такое простое, совершенно безобидное движение — а у меня уже сердце с петель. И пульс так хреначит, будто я стометровку пробежал.
Прижимаюсь чуть теснее и ловлю ее ритм. Мы не попадаем в такт. Движемся гораздо медленнее, чем окружающая нас толпа, но это неважно. Сейчас вообще все неважно, ибо момент настоящего неповторим.
Он особенный. Яркий. Фееричный.
Пьянящий своей чувственностью и манким обещанием большего.
Я значительно выше, поэтому, чуть склонив голову, могу заглянуть Владе в лицо. Ее глаза закрыты. Мимика расслаблена. Губы изогнуты в полуулыбке.
Она плавно выписывает восьмерки бедрами, но при этом даже не порывается обернуться. Знает, что это я. Знает и позволяет мне находиться рядом.
И тогда я предпринимаю следующий шаг.
Глава 13
Влада
Какое-то время мы просто смакуем момент внезапной близости.
Не знаю, откуда во мне эта уверенность, но я ни капли не сомневаюсь, что за спиной стоит Кирилл. Неужели я уже успела запомнить его запах? Терпкий, свежий, немного сладковатый… Или все дело в энергетике, исходящей от этого мужчины? Или в моих собственных ощущениях рядом с ним?
Странно, но в данный момент во мне нет ни одной здравой мысли. Ни единого рационального довода. Я похожа на оголенный нерв: каждый вдох обжигает легкие, каждое прикосновение оседает электричеством, каждое движение будоражит фантазию…
Кирилл близко, но между нашими телами все еще есть расстояние. Дразнящее, соблазнительное. Он не прижимается вплотную, просто находится сзади и вместе со мной покачивается на волнах мелодии. Неспешно, плавно, я бы даже сказала, гипнотично…
Мужские прикосновения — мягкие, ненавязчивые, но в то же время безумно порочные — пробуждают во мне целую бурю запретных чувств.
Инстинкты обостряются.
Голова затягивается хмельным мороком.
В груди становится нестерпимо горячо.
Клянусь, если бы Кирилл был более груб и напорист, если бы просто схватил меня за задницу и прижал к себе, я бы не испытала и долю того наслаждения, что переполняет меня…
А сейчас… Сейчас все ощущается невыносимо, запредельно остро. Как жгучий перец. Как лезвие клинка, прижатое к коже.
Внезапно Кирилл чуть сильнее сжимает мои бедра и властно разворачивает к себе. Лицом к лицу. На расстоянии дыхания.
Мои щеки вспыхивают пожаром, потому что иллюзорность момента мгновенно исчезает. Я понимаю, что ласкающий меня мужчина — не мираж, не плод моей фантазии. Он настоящий, твердый, живой…
И в его глазах цвета темной морской волны застыл вызов.
Мы тонем во взглядах друг друга, но с губ не срывается ни единой фразы. Наверное, в условиях безбожно грохочущей музыки бессмысленно говорить, но интуиция подсказывает, что дело вообще не в этом.
Просто есть моменты, в которых слова кажутся абсолютно лишними.
Кирилл ловит мою ладонь и, по-прежнему не произнося ни звука, утягивает меня прочь с танцпола. И самое удивительное, что мне и в голову не приходит отказаться или задать ему какой-то вопрос.
Я иду за ним молча. Покорно. Будто это само собой разумеющееся.
Выходим из круга танцующих, устремляясь навстречу морю. Оно сегодня спокойное. Не ярится и не бушует. Волны низкие, мягкие, с пенистыми завитками.
Чем