Я попала в злую свекровь - Екатерина Вострова
— Я никого не разыгрываю!
— Тогда что ты делаешь, Ярослава? — голос у него дрогнул, — Я три дня сидел у твоей постели, не зная, выживешь ты или нет. Потом ты очнулась, и я думал, наконец-то, между нами, что-то настоящее. А теперь я узнаю, что у тебя есть целая деревня людей, которые называют тебя хозяйкой!
Оправдываться было нечем.
— А этот Тимошка? Когда я приехал, он едва ли не вцепился в тебя! А как он смотрел благоговейно?
— Ты сейчас серьёзно? — вырвалось у меня с искренним изумлением.
Я не верила своим ушам. Он что… ревнует?
— Три года я к тебе не подходил, потому что между неладно было. А теперь, стоило мне снова потянуться к тебе, выясняется, что у тебя есть своя тайная жизнь с несколькими десятками мужиков в придачу.
Ну точно, ревнует.
— Михаил…
— Раньше ты сама ко мне лезла, — перебил он резко, шагнул вплотную, — сама требовала, чтобы я к тебе в постель пришёл. И теперь, я не могу не думать, почему это, стоило мне самому подойти, тебе вдруг недосуг стало. Может, уже нашла за эти три года, кем тоску разогнать?
Я несколько секунд просто смотрела на него, не веря, что он это сказал вслух.
— Ты сейчас спрашиваешь, не спала ли я с этими мужиками в лесу? — спросила я, не желая ходить вокруг да около.
— Я спрашиваю, — голос стал тише, — почему чужие тебе ближе, чем родной муж. Меня это так задевает, что хочется либо тебя под замок посадить, либо…
— Либо что? — выдохнула я.
— Либо напомнить тебе кем ты должна быть на самом деле, — процедил он сквозь зубы, — Не «хозяйкой» какому-то Тимошке, а моей женой!
— Выслушай меня…
— Я не хочу слушать, — он не отступил ни на шаг. — Я уже дослушался до того, что моя жена прячет от меня целую деревню. Сегодня мне разговоры не нужны.
— А что нужно?
Он наклонился, почти касаясь губами моего уха, и от его голоса по коже побежали мурашки:
— Знать, что ты моя. Хоть в этом.
Глава 23
– Михаил… – начала я, но он не дал мне договорить.
Резко наклонившись, Михаил поймал мои губы в жёсткий, отчаянный поцелуй. В нём смешались и страх, и злость, и тревога, которую он все это время держал в себе.
Я не успела ни отстраниться, ни ответить, только тихо выдохнула ему в губы.
Михаил оторвался, его лоб прижался к моему. Дыхание у него было тяжёлым и прерывистым, а его рука лежала у меня на затылке, пальцы путались в волосах.
– Не пугай меня больше так, – прошептал он хрипло. – Я уже не выдержу.
У меня внутри болезненно сжалось. Вот же… князь! Сначала обвиняет меня в том, что я тайком завела себе деревню с несколькими десятками мужиков, потом целует так, что колени подгибаются, а теперь ещё говорит таким голосом, будто я лично виновата в том, что он переживал… Хотя кто если не я?
Если бы прежняя Ярослава не укрывала в лесу беглецов, они бы меня не похитили. И отдуваться за это теперь мне.
– Прости?.. – извинения должно быть звучали глупо, но больше ничего в голову не лезло.
Михаил отпустил меня, несколько секунд смотрел так, словно решал, продолжить ли разговор или снова поцеловать. Затем провел ладонью по подбородку.
– Раз извиняешься, то понимаешь, что виновата. Так что неожиданностью не будет: ты временно отстраняешься от ведения домашних дел. – произнёс он с нехорошим спокойствием.
Я несколько раз моргнула.
– Ключи от кладовых, амбаров и хозяйственных помещений больше не будут храниться у тебя. Все распоряжения по дому будут идти через меня. – продолжил он.
Я открыла рот, но тут же закрыла. Если подумать, всё могло быть и хуже. Ключи заберут, хозяйством займётся кто-нибудь другой, ну и что?
У меня пока будет время подумать, как разгрести всё, что успела наворотить прежняя Ярослава с этой тайной деревней. После похищения и вооружённых мужиков в волчьих шкурах я ещё легко отделалась.
Михаил, однако, не закончил:
– Для остальных ты будешь слишком слаба после пережитого. Скажем, что лекарь запретил тебе вставать и принимать людей. Останешься в своих покоях, у дверей поставлю стражу. Без моего разрешения выходить не будешь.
Я подняла на него глаза.
– Подожди. Ты не просто забираешь у меня ключи. Ты собираешься запереть меня в комнате?!
– Официально я тебя не запираю, – На лице Михаила дрогнул мускул, – ты останешься в своих покоях из-за слабости. Лекарь подтвердит, что тебе необходим покой.
– А неофициально?
– А неофициально это наказание. За то, что ты много лет скрывала от меня целое поселение.
Оправдаться было нечем. Не скажешь же ему, что я вообще не его жена, а он сам князь из дурацкой сказки, которую я читала племяннику перед сном. Для Михаила всё выглядело предельно просто: его жена годами тайком снабжала беглецов и, похоже, собиралась продолжать в том же духе.
С другой стороны, если этих людей и вправду обвинили в том, чего они не совершали, то прежняя Ярослава делала не самое плохое дело. Не верилось, конечно, что она приютила их исключительно по доброте душевной. Наверняка ей что-то от них было нужно. Но корыстный мотив ещё не превращал спасение невиновных в преступление.
– Но знаешь, что вывело меня из себя сильнее всего? – спросил Михаил и тут же сам ответил. – Даже не то, что у тебя от меня секреты. Хотя и это тоже. – Его голос стал жёстче. –