Вместе или нет - Ава Уайлдер

Она должна была подготовить себя к такой ситуации. Ведь это всего лишь вопрос времени. К счастью, Шейн не летел с ней в одном самолете в Нью-Йорк, и они не сталкивались в отеле. Разумеется, она знала, что увидит его вечером. Но все-таки наивно предполагала, что мероприятие будет достаточно суматошным и им удастся сохранить некоторую дистанцию, чтобы не пересекаться друг с другом, не говоря уже о каком-либо общении. Во всяком случае, сегодня.

Поначалу все так и было.

Час назад за кулисами мюзик-холла Radio City было многолюдно: все гости собрались, чтобы поучаствовать в ежегодной презентации новых продуктов телекомпании UBS в рамках самого важного телевизионного события года. В течение одной майской недели все крупные телекомпании страны по очереди раскрывали потенциальным спонсорам свои планы на осень и приглашали собственных звезд, преподнося свои презентации как можно ярче в попытке привлечь рекламные доллары.

Лайла избегала Шейна с того момента, как только пересекла порог комнаты ожидания, но на самом деле он первый начал избегать ее. Когда она вошла, их взгляды тут же встретились, и по ее спине непроизвольно пробежали знакомые мурашки отвращения. К этому она тоже должна была себя подготовить.

Если бы он попытался сделать вид, что рад ей, или просто не выразил бы никаких эмоций, она бы подошла и тепло, как ни в чем не бывало, поприветствовала бы его. Да, именно так она бы и поступила. Но он замолчал на мгновение, нахмурился, сжал губы и… решительно повернулся к ней спиной, чтобы продолжить прерванный разговор. Ну и прекрасно! Пусть будет так, раз он этого хочет.

Лайла расправила плечи, неторопливо прошла вглубь комнаты и завязала светскую беседу с первым знакомым, которого увидела.

Толпа постепенно редела ― по мере того, как ожидающих небольшими группами приглашали на сцену. Последним в программе вечера UBS значился «Неосязаемый»: поистине грандиозный финал. Телекомпания перед большой презентацией каким-то образом сохранила в тайне возвращение Лайлы в шоу, поэтому ее появление за кулисами вызвало ажиотаж даже среди ярчайших представителей медиасети. Лайлу немного смутило такое внимание, хотя одновременно и отвлекло.

Наконец Лайла и Шейн остались в комнате вдвоем. Они сидели, развалившись на диванах в противоположных концах помещения, и старательно игнорировали друг друга. Они пробыли здесь больше часа, однако никто из них не проронил ни слова ― прошло уже почти три года с тех пор, как они разговаривали в последний раз, на вечеринке по поводу окончания ее работы в сериале.

Лайла ощутила, как к лицу приливает жар. Так, это последнее, о чем сейчас стоит думать. Нужно сосредоточиться. Их могут вызвать на сцену в любой момент, а Шейн сам по себе отвлекающий фактор.

Теперь он носил бороду. Волосы стали длиннее ― они были по-прежнему темными, но стали более волнистыми, чем ей казалось раньше, и почти касались воротника. Впрочем, все это едва ли было для нее новостью. Реклама последних сезонов «Неосязаемого» ― тех, что снимались без нее, ― встречалась буквально повсюду. Лицо Шейна с недавно отпущенной бородкой красовалось на каждом билборде бульвара Сансет.

К горлу подкатил комок, когда всплыло непрошеное воспоминание о том, как они впервые заметили рекламный щит «Неосязаемого», на котором были изображены вдвоем, ― еще до того, как в эфир вышел первый сезон сериала. Они по очереди фотографировались на фоне билборда ― смеющиеся и легкомысленные. После того, как они переслали фотографии родителям, Шейн обнял ее одной рукой за плечи, а вторую вытянул как можно дальше и сделал единственное размытое селфи, на котором они запечатлены вместе, причем рекламный щит едва попал в кадр. Эта фотография предназначалась только для них.

Лайла неожиданно для себя громко выдохнула ― так громко, что получился почти стон. Шейн взглянул на нее, но тут же отвел глаза. Лайла уставилась на свои колени. Все это ошибка ― финальная в длинной череде ошибок. Сгоревший мост невозможно восстановить из пепла ― сколько денег на это ни трать.

– Классная прическа.

Вскинув голову, Лайла увидела, что Шейн смотрит на нее почти скучающим взглядом из-под полуприкрытых век. Ее рука непроизвольно метнулась вверх и прикоснулась к кончикам волос. Лайла укоротила их длину до подбородка несколько месяцев назад, испытывая острый эмоциональный стресс (как известно, именно в таком порыве и делается большинство радикальных стрижек).

Шейн произнес это так равнодушно, что невозможно было понять, с сарказмом он говорил или искренне. Но когда дело касается Шейна, предполагай самое худшее ― не ошибешься. Впрочем, в любом случае он лжет. Эта стрижка ― все еще неровная даже после нескольких месяцев отращивания ― совсем ей не шла. Сегодня волосы выглядели более-менее нормально ― благодаря профессиональной укладке перед мероприятием, ― но в обычные дни, когда Лайла смотрела на себя в зеркало, она казалась себе еще одним недоразумением.

Лайла оставила в покое прическу и скрестила руки на груди, пытаясь подстроиться под его язвительный тон.

– Спасибо. Классная борода.

К сожалению, борода действительно была ему к лицу. Оставалось надеяться, что ее фраза прозвучала достаточно двусмысленно, чтобы посеять в нем похожие семена неуверенности. Но даже если ее уловка и сработала, он не подал виду.

– Спасибо.

Он долго удерживал ее взгляд, а потом резко вздохнул, будто намереваясь сказать что-то еще. Однако вместо этого лишь слегка покачал головой, ухмыльнулся и отвел глаза в сторону.

– Что? ― спросила она, не сумев сдержаться.

Он снова посмотрел на нее.

– Уверен, ты даже не думала, что когда-нибудь вернешься сюда, так ведь?

Показное дружелюбие Шейна только усилило ощущение горечи.

Отвечать было бессмысленно. Это риторический вопрос. Разумеется, она не думала, что в конечном итоге сюда вернется. И он, очевидно, тоже. Иначе они бы не стали тратить ее последние недели работы в сериале на то, чтобы еще больше расширить бесконечный список взаимных претензий.

Он сменил позу ― наклонился вперед и небрежно положил локти на колени. Судя по тому, как он вытянул шею в сторону двери, ему точно так же, как и ей, не терпелось поскорее убраться отсюда. Он что-то буркнул себе под нос.

– Что, прости? Я не расслышала, ― раздраженно сказала Лайла.

Он вновь повернулся к ней.

– Я сказал, что все это какой-то бред.

В этот раз каждое слово было произнесено совершенно четко.

Она заставила себя сделать глубокий вдох, чтобы успокоиться, но это не помогло ― ее тон оказался