Подобно урагану - Риа Уайльд

Она пряталась полдня после того, как я рассказал ей о нападении, подтолкнула комод к двери и попыталась разбить окно, но я поймал ее, и после угрозы снести дверь с петель она остановилась.

Я чувствовал себя так, словно имею дело со своенравным подростком после того, как его наказали, за исключением того, что это была взрослая женщина, и она была чертовски упряма.

— Ешь, — ворчу я, ставя перед ней тарелку с едой.

Она сердито смотрит на меня, но берет вилку, и я подхожу к камину, добавляя еще поленьев, чтобы он продолжал гореть и согревал это место.

Снегопад не прекращался уже три дня, за окнами было просто бело и ужасно холодно. На самом деле это было хорошо. Хотя я и не верил, что кто-нибудь найдет нас здесь, но если бы они это сделали, практически любому было бы трудно взобраться на эту вершину во время такой метели. Но это означало, что мы были в ловушке здесь, пока немного не прояснится. Я связался с Торином, но не было никакой возможности доставить к нам какие-либо припасы, пока снег, по крайней мере, не перестанет идти потоками.

Я внимательно следил за досье на Аррена, оно еще не было передано следующему наемному убийце, поскольку до текущего оставалось еще пару дней, и хотя я пытался получить информацию через некоторые из моих самых надежных источников, ни у кого не было нужной.

Уэры все еще прячутся.

Когда Аррен съела все со своей тарелки и ушла дуться перед камином, наблюдая, как за окном мирно падает снег, я улучаю минутку, чтобы понаблюдать за ней.

Так много разных кусочков головоломки, которые нужно сложить вместе. Она была вся из острых углов и яда, ее защита была выстроена так высоко и яростно, что было трудно разглядеть, что скрывается под ней.

Но в такие моменты, как этот, когда в хижине тихо и она не пытается меня убить, я вижу в ней мягкость, которую она никому не показывает. Я понял, что ей не нравится быть уязвимой перед кем бы то ни было, но я видел, как расслабляются ее плечи и приоткрываются со вздохом красивые губки, она в какой-то степени наслаждается спокойствием, которое может предложить этот домик.

— Телевизор старый, — говорю я, убирая кухню и делая несколько маленьких шагов к ней, — но он должен получать сигнал и работать, хотя я сомневаюсь, что там много каналов на выбор.

Ее глаза останавливаются на мне, прежде чем окинуть взглядом мое тело. Сегодня я снова был в тренировочном костюме. Я не мог вспомнить, когда в последний раз так долго обходился без костюма.

Она думает, что я не замечаю, когда она так смотрит на меня, когда ее глаза горят, а на щеках появляется небольшой розовый румянец, как будто она вспоминает ночь, которую мы провели вместе всего неделю назад, до того, как все пошло прахом.

Она отводит глаза и тянется к древнему на вид пульту, нажимая кнопку включения телевизора. Статика приветствует ее, но после нескольких нажатий кнопки она находит прямой канал. Это всего лишь новостной канал, но она устраивается поудобнее на подушках, притворяясь, что восхищена текущим сюжетом, транслируемым на экране, о каких-то новых проектах в сфере недвижимости, происходящих на Восточном побережье.

Я оставляю ее в покое, пока не слышу, как она ахает.

— Прошла почти неделя с тех пор, как было объявлено о пропаже наследницы и модели Аррен Лаудер. Эта история появилась после того, как ее отец, Виктор Лаудер, был найден мертвым в ресторане в центре Портленда, штат Мэн. Власти полагают, что его смерть последовала за чередой ограблений, нацеленных на рестораны и гостиничный сектор города. Сестра Аррен, Оливия, опубликовала заявление в связи с исчезновением своей сестры.

— Аррен, — я тянусь к пульту в ее руке.

— Нет! — она кричит: — Дай мне посмотреть.

Камера показывает предварительную запись Оливии Лаудер, стоящей у входа в отель Lauder. Глаза молодой девушки опухли и покраснели от слез. Она выглядит больной, с темными тенями под глазами и бледным цветом кожи.

— Пожалуйста, — начинает она, и ее голос срывается на этом простом слове.

Рука Аррен подносится ко рту, глаза прикованы к телевизору, пока ее сестра умоляет камеру сообщить какие-нибудь новости о своей сестре:

— Если у кого-нибудь, у кого угодно есть какая-либо информация о моей сестре, Аррен, передайте ее полиции. Она этого не заслуживает.

Аррен подпрыгивает, когда моя рука опускается ей на плечо, но она не отталкивает меня, чего я от нее ожидал. Вместо этого она принимает то небольшое утешение, которое я могу ей предложить.

— Она хотела бы попрощаться с нашим отцом, — Оливия продолжает: — Если вы что-нибудь знаете, позвоните по номеру на экране сейчас и помогите вернуть мою сестру домой.

— Ты можешь что-нибудь сделать? — Аррен шепчет: — Сообщить ей, что я в безопасности?

— Я не могу этого сделать, — мягко говорю я ей. — Я не могу рисковать, чтобы кто-нибудь нашел тебя.

— Но как бы они нашли!? — она огрызается: — Если ты сделаешь это анонимно?

— Потому что это так не работает, принцесса, если люди, которые охотятся за тобой, получат информацию, есть множество способов отследить наводку. Они найдут тебя. Ты этого хочешь?

Она пытается отстраниться от меня, но я не позволяю ей. Я обхожу диван и хватаю ее за подбородок, не сильно, но твердо, заставляя посмотреть на меня своим взглядом, полным ненависти:

— Они найдут тебя, Аррен, и твоей сестре прийдется хоронить не только твоего отца, но и тебя.

— Какого хрена тебя это волнует!?

— Потому что я, блядь, этого не хочу! — я рычу: — Потому что, независимо от того, как долго я тебя знаю, ты заслуживаешь долгой и чертовски счастливой жизни. И если мне придется обеспечивать твою безопасность до конца твоей гребаной жизни, я это сделаю. Потому что я взял на себя ответственность за это чертово сердце в твоей груди и сделаю все, что в моих ебаных хороших силах, чтобы оно билось как можно дольше!

— Я найму телохранителя, — она снова пытается вырваться у меня.

— Никто не сможет защитить тебя лучше, чем я, — шепчу я, наклоняясь ближе. — Никто не встанет между тобой и тем, что тебя преследует.

Ее глаза смотрят на меня, широко раскрытые и наполненные эмоциями, которые, как бы сильно она ни пыталась скрыть, у нее не получается.

— Для тебя нет никого лучше меня, маленькая буря.

Ее губы приоткрываются, и ее дыхание обдает мой рот, пока телевизор продолжает крутить новости за