(Не)пара для короля академии. Экзамен на выживание - Александра Воронцова

Да-да. Надежду рода поколачивали за любые провинности, правда, Дориэна это не останавливало.

Синий взгляд пристально исследовал мое лицо, будто слепой ощупал его пальцами, изрядно меня пугая.

— Ренци? Да скажи ты хоть что-нибудь!

И Дориэн наконец сказал, только вовсе не то, чего я ожидала.

— Как ты это сделала?

— Что? — я уже начинала нервничать, что Ренци мне не поверил и думает, будто я каким-то образом прочитала его воспоминания, но Дориэна волновало другое:

— Как ты запретила мне говорить? Пока ты не потребовала, я и слова сказать не мог.

Я обомлела.

Обычно такие навыки присущи сильным менталистам, но у меня совсем-совсем нет способностей к этому направлению магии.

— Ты что-то путаешь, — открестилась я. — Это, наверное, шок…

— Ничего я не путаю. Это твои проделки, — он явно злился, но заморозка все еще действовала, так что напарник еще даже орать не начал, как это его такого великолепного заставили молчать.

— Послушай, Ренци. Если бы я могла, я бы с самой первой встречи заколдовала тебя, чтобы ты онемел! Мы бы стольких проблем избежали…

— Значит, ты не знаешь, как, — подвел итог Дориэн.

Я лишь развела руками.

— Плохо, — сморщился он.

— Это все, что ты можешь мне сказать? Я тебе сообщаю, что тебе нужно больше сдавать экзамен на выживание. Я понимаю, как ты разочарован тем, кто такая Ван, я тоже, знаешь ли, не в восторге, что Ори — это ты…

— Стоп! — прервал поток моих слов Ренци. — Почему ты сразу не сказала?

— Я не помнила. Правда, — смутилась я. — Воспоминания вернулись в гостинице, я поэтому и симулировала обморок, что в голове творилась изрядная какафония, и мне было совсем не до выходок Эрмины. Тогда мне кое-что оставалось непонятным, но Учитель в письме многое прояснил. Но ты как будто не удивлен?

— Я в шоке, — спокойно признался Дориэн, будто мы обсуждали с ним погоду. — Я в отличие от тебя помнил все, только ты ни капли не похожа на Ван.

— Я выросла, Ренци. Это нормально. Волосы потемнели. Так бывает…

— Дело не в этом, — отмахнулся он. — Ни единой похожей черточки лица. Я тебе покажу рисунок, с которым я обращался в департамент дознавателей. Проклятый Фаджио даже смотреть не стал!

— Так ты мне не веришь?

— Если бы не персиковый запах, я бы сказал, что нет. Но Ван всегда напоминала мне персик, именно поэтому я притащил тогда ей… тебе тот плод. Мне хотелось узнать, что получится, если персиковая девочка будет есть персик.

У меня загорелись кончики ушей. Персиковая девочка.

Это, конечно, не было комплиментом, но все равно так лучше, чем Чаргетто!

— И да, — постаралась я вернуться к основной теме. — Это я наложила ту защиту, что ты носишь. Вспомни, я создала ее для тебя перед тем, как мы начали тот ритуал. Скажи мне, что мы сделали? Это же ты принес книгу! Я едва научилась читать и писать.

Ренци сверлил меня синим взглядом.

— Что ты молчишь? Сдается мне, все наши магические проблемы из-за того ритуала! Что-то пошло не так. Или мы напортачили, или вмешался внешний фактор, но как ты помнишь, раньше я могла атаковать, а ты защищаться!

— Я не могу найти ту книгу. Я много раз принимался искать. Я перерыл всю домашнюю библиотеку, я взломал замок в кабинет отца, но и там ее не было.

О нет!

— А что за план у тебя был? — в отчаянии я всплеснула руками.

Звук гонга, прокатившийся по полигону, прервал нас и возвестил о начале отработки. Наши жетоны вылетели из карманов и замерцали, зависнув воздухе.

Наказание прекратится, когда каждый из них потухнет.

Мы заработали по три на нос за то, что умолчали об улике. Итого шесть.

Я только надеялась, что счет будет идти не в часах. Хотя с Монферо станется просто измотать нас до смерти. Он ведь однажды уже со мной такое проворачивал.

Рядом с нами упали две пары безмагических рукавиц. Видимо, с их помощью нужно собирать артефакты. Скорее всего, они будут разряжены, но осторожность не помешает.

И все же, основная угроза исходила не от потерянных побрякушек, а от самих ловушек полигона, которые могут и непременно сработают.

Девятый полигон для меня опаснее всех прочих, если верить Ренци.

У меня вспотели ладошки.

Дориэн, подобрав рукавицы и передав мне одну пару, задвинул меня себе за спину.

— Идешь за мной след в след. Ясно? Защиту ставишь, только если другого выхода нет. Полигон будет разрушать все твои щиты, расходуя силы. А у тебя всегда должен оставаться в запасе хотя бы один щит на непредвиденный случай. Поняла меня?

— А как же ты? — я вцепилась в куртку на его спине.

— Я справлюсь, если ты будешь за моей спиной. Идем по часовой стрелке и по спирали. Как тогда. В карьере. Помнишь?

Я сглотнула.

Это была величайшая глупость, которую могли сотворить два самонадеянных ребенка, уверенных, что с ними никогда не случится ничего плохого. Потому что в этом мире не было ничего страшнее, чем больше не встречаться.

Именно после того, что произошло в карьере, я все и забыла.

Точнее, мне помогли забыть.

«В изгороди поместья имелась изрядная прореха, и от нее витой лентой убегала сквозь рощу узкая полузаросшая тропка.

Если долго-долго не останавливаться, то по ней можно было дойти до поля, огороженного с противоположной стороны лесополосой, за ней находилось настоящее сокровище.

Бухта.

Ну почти.

На самом деле, совсем небольшой залив, на берегу которого когда-то добывали особенного цвета песок и отправляли его в столицу. Так рассказывал Учитель.

Было это, по всей видимости, очень давно, потому что края лунки карьера уже оползли, поросли кустарником и травой, а вековые деревья, стоявшие на самом обрыве, обнажили свои узловатые корни, в которых по ночам прятались мелкие животные.

Хорошо, что карьер еще не затопили. Я слышала, как Учитель говорил с тетей о том, что пора разрушить маленькую дамбу и пустить воду. Я не знала, что такое дамба, но смысл мне был понятен.

Туда-то я и привела своего друга, когда он сказал, что нам нужно место, где нас никто не увидит. Набирая полную обувь песка, спустились по ступенчатым и сыплющимся склонам в сердцевину.

И в самом деле, если не подходить к самому краю, то сверху нас было не заметить, а со стороны —