Отданная врагу. Ненужная дочь драконьего рода - Лилия Тимолаева

Орвен повернулся.

— Леран.

— Я говорю о позиции, которую придётся защищать перед Южным советом домов.

Ивена впервые услышала имя мужчины за эти дни.

Леран не посмотрел на неё.

Он говорил Орвену.

— Если северная сторона передаст туда копию документа, объяснить всё частным спором уже не получится.

— Южный совет не распоряжается внутренними решениями Ардалей.

— Пока эти решения не создают угрозы торговым соглашениям остальных домов.

Орвен побледнел.

— Ты выбираешь очень неудобный момент вспоминать об общей выгоде.

Леран ответил спокойно:

— Именно общей выгодой мы оправдывали многое раньше.

Ивена почувствовала, как рядом напряглась Лисель.

Советник продолжил:

— Север может снова закрыть часть путей. Если выяснится, что это произошло из-за приказа, подписанного главой Ардалей после официальных переговоров, соседние дома не станут платить за наши решения.

Слова прозвучали без угрозы.

От этого стали серьёзнее.

Орвен медленно откинулся на спинку кресла.

Ивена вдруг поняла: вот граница его власти, которую раньше не замечала.

Дома Ардалей было достаточно, чтобы распоряжаться дочерьми.

Для целого Юга одного имени оказалось мало.

Ровен спросил:

— Южная сторона признаёт подлинность приказа?

Леран посмотрел на Орвена.

Тот ответил сам:

— Я уже признал подпись и печать.

— Хорошо.

— Я не признавал намерения уничтожить хозяйство.

— Это зафиксировано.

Терен поднял голову.

— Мне приказали сделать так, чтобы северные посадки погибли.

По залу прошёл шум.

Орвен резко повернулся к нему.

— Я не использовал слово «погибли».

— Нет, господин.

— Тогда следи за формулировками.

Терен побледнел.

— Вы сказали, что к утру результат леди Ивены должен перестать существовать. И чтобы это выглядело слабостью системы.

Ивена почувствовала холод в груди.

Она читала приказ.

Знала смысл.

Но услышать его пересказ человеком, который исполнял, оказалось неприятнее.

Орвен опустил взгляд.

Леран закрыл глаза на секунду.

Южный секретарь, сидевший рядом, нервно перебрал страницы.

Лисель поднялась.

— Я хочу, чтобы к протоколу добавили моё прежнее признание ещё раз.

Ивена посмотрела на сестру.

Ровен сказал:

— Оно уже внесено.

— Знаю. Но вчера отец приехал после первого заседания. Его люди могли не слышать.

Орвен нахмурился.

— Лисель.

Она не отступила.

— Приказ, из-за которого начался спор с Севером, отдала я. Подпись Ивены поставила тоже я.

Леран медленно повернулся к ней.

Секретарь уставился в стол.

— Отец узнал об этом задолго до отправления Ивены, — продолжила Лисель. — Он знал, что она невиновна, когда назвал её представителем, ответственным перед Севером.

— Мы уже обсуждали это, — сказал Орвен.

— Здесь — да. Они — нет.

Она указала на людей отца.

Леран спросил:

— Это правда?

Орвен ответил не сразу.

— Да.

Советник провёл рукой по лицу.

— Три месяца?

— Примерно.

— И вы отправили старшую дочь под чужим обвинением, чтобы сохранить помолвку младшей?

— Чтобы сохранить соглашение, от которого зависела треть речной торговли.

Леран посмотрел на Ивену.

В его лице появилось то выражение, которое она терпеть не могла: понимание, пришедшее слишком поздно.

— Леди Ивена…

— Не нужно.

Он замолчал.

— Не нужно извиняться за решение, которое принимали не вы.

— Я поддерживал союз с Верданами.

— Я тоже считала его полезным до того дня.

Лисель села.

Её руки дрожали.

Ивена коснулась пальцами края её рукава.

Сестра повернулась.

— Всё хорошо, — прошептала она.

Ивена едва заметно покачала головой.

Нет.

Не хорошо.

Но Лисель справилась.

Это важнее.

Ровен вернул разговор к саботажу.

Решение получилось менее громким, чем ожидала Ивена. Терен оставался под северным надзором до передачи дела представителям Южного совета. Дом Ардалей должен был покрыть ущерб от погибшего ряда и работ после ночного вмешательства. Копии приказа направлялись южным домам, чтобы Орвен не мог объявить произошедшее личным конфликтом дочери и Торвальда.

Главное произошло в другой фразе.

Леран сказал:

— До рассмотрения этого дела Южным советом дом Ардалей не сможет требовать новых ограничений для северной торговли от имени остальных южных родов.

Орвен посмотрел на него.

— Ты не уполномочен это решать.

— Нет. Но я знаю, как проголосуют дома, если им придётся выбирать между вашей обидой и закрытыми перевалами.

Впервые Ивена увидела, как отец остаётся без ответа.

Не побеждённым.

Орвен Ардаль ещё долго будет главой сильного южного дома.

Но здесь, за столом, его решения перестали автоматически становиться правилами для всех.

Ивена подумала, что именно этого хотела.

Не унизить.

Остановить.

Ровен перевернул страницу.

— Следующий вопрос заявлен леди Ивеной.

Орвен устало выдохнул.

— Конечно.

Ивена поднялась.

Вчера на месте её родового знака оставалось пустое место.

Сегодня отсутствие серебряного дракона замечали все.

Она чувствовала взгляды.

Раньше это смутило бы.

Сейчас помогало.

— Я хочу узнать, может ли человек, который не подчинён северному дому и отказывается от подчинения южному, получить землю в собственное управление.

Управляющая складами прищурилась.

— «В собственное управление» или во владение?

Ивена помедлила.

— Во владение.

По залу прошёл негромкий гул.

Орвен не шевельнулся.

Ровен задал следующий вопрос:

— Вы хотите остаться Ивеной Ардаль?

— Да.

— Но не представителем южного дома?

— Да.

— Это возможно.

Она не ожидала такого простого ответа.

— И всё?

— Разумеется, нет.

Ивена выдохнула.

— Уже лучше.

Седая управляющая усмехнулась.

— Я начала беспокоиться, что вы привыкли к лёгким решениям.

— Где?

— Хороший вопрос.

Даже Орвен едва заметно дрогнул губами.

Ровен достал старую книгу из стопки документов.

— На Севере существует право основания малого дома.

Ивена нахмурилась.

— Я никогда не слышала.

— Потому что последние тридцать лет им почти не пользовались. Обычно новые семьи входили под защиту уже существующих родов.

— Что требуется?

— Земля.

— Логично.

— Собственный доход.

— Есть.

— Доказанная служба земле или поселению, на котором человек собирается основать дом.

Староста нижнего города хмыкнул:

— Тут спорить трудно.

Ровен продолжил:

— И согласие совета на отделение участка от владений нынешнего держателя.

Ивена почувствовала, куда идёт разговор.

— Нынешний держатель — Эйдар.

— Дом Торвальдов.

— Значит, опять нужно его согласие.

— На передачу земли — да. На то, кем вы после этого станете, — нет.

Разница имела значение.

Ивена медленно кивнула.

— Какой участок вообще можно передать?

Управляющая складами развернула карту.

— Вот здесь.

Она указала на склон с теплицами.

Ивена подошла ближе.

Знакомые линии.

Дорога к крепости.

Старые оранжереи.

Нижний канал.

Заброшенные поля за ними.

— Первые три