Вой и реликвии - Мелани Карсак

— Вам нравится приключенческая фантастика, агент Лувель? — окликнул меня капитан Франц.

— Не особо. Полагаю, я провожу слишком много времени, проживая её в реальности.

Мужчина усмехнулся:

— Это верно. И верно также то, что в таких историях есть общий мотив. Сейчас тот самый момент, когда возница повозки или кареты — или дружелюбный капитан дирижабля — говорит что-то зловещее перед тем, как герой отправится в явно проклятое место. Я пытался придумать что-то этакое, но я не Гораций Уолпол.

Я хмыкнула:

— Пора начинать читать любовные романы, капитан Франц. Или хотя бы хорошие детективы. Не стоит давать волю воображению. Как бы то ни было, зловещее послание принято. Место и правда выглядит чертовски призрачным, не так ли?

— Это уж точно, агент Лувель. Удачи и будьте осторожны.

— Само собой, — ответила я, махнув рукой, и полезла вниз.

Я была на полпути, когда до меня донесся звук церковного колокола. Это не был нежный перезвон «апельсинов и лимонов», а мрачный гонг, эхом отозвавшийся над пустошью. Я оглядела окутанный туманом пейзаж.

О да, в этом месте определенно водятся привидения. Замечательно.

Я быстро спустилась, присоединившись к Харпер, которая уже ждала внизу. Матрос, не теряя времени, мигом вскарабкался обратно по веревке и исчез из виду, оставив нас с Харпер наедине с высоким мужчиной в цилиндре и длинном пальто.

Мужчина окинул нас обеих скептическим взглядом, после чего поклонился.

— Агенты, я Фрэнсис, дворецкий. Добро пожаловать в Кэбелл-Мэнор.

Глава 6: Лорд Кэбелл и леди Шарлотта

Мгновение спустя появился лакей. Кивнув нам с Харпер, он забрал наши сундуки и направился внутрь.

— Сюда, агенты, — произнес дворецкий, жестом приглашая нас следовать за ним.

— Здесь всегда такой туман? — спросила Харпер.

— Нет. Обычно бывает хуже, — ответил он с тихим смешком.

Я бросила взгляд наверх. Пурпурный свет, отбрасываемый баллоном дирижабля, померк, когда судно поднялось обратно в облака, прочь от поместья. Фрэнсис, дворецкий, провел нас по лестнице в величественный дом. Мы вошли в прекрасный вестибюль с полированным деревянным полом, винтовой лестницей, массивной хрустальной люстрой и целой горой декора: здесь было столько тыкв, осенних листьев, связок пшеницы и кабачков, что хватило бы на целую фермерскую лавку.

— Это что, тыквы? — изумилась Харпер.

Фрэнсис кивнул.

— Леди Шарлотта распорядилась привезти их, перенимая американскую моду празднования Дня Всех Святых. И это еще ничего. Видели бы вы бальный зал. Мы с персоналом проведем следующие несколько дней, вырезая их все, — добавил он, страдальчески закатив глаза. — А теперь, прошу за мной, — он провел нас в гостиную. Комната была уютной и богато обставленной. Полы устилали турецкие ковры. Столы украшали антикварные вазы и хрустальные чаши. Уютное пространство заполняла мебель из вишневого дерева с обивкой из шелка и бархата. В камине весело потрескивал огонь, наполняя комнату живым сиянием, отчего всё серебро, хрусталь и прочие символы богатства и утонченности мерцали и переливались.

— Я доложу лорду Кэбеллу о вашем прибытии, — сказал Фрэнсис и оставил нас с Харпер одних.

— Мамочки, — прошептала Харпер, оглядываясь по сторонам. — Это… впечатляет.

— Что, не совсем похоже на дом?

Харпер рассмеялась:

— Ни капли.

— А что твоя семья, Харпер? Чем занимаются твои родители? У тебя есть братья или сестры? — Мне вдруг стало неловко от осознания того, как мало я знаю о настоящей жизни Харпер.

— Мой отец — банковский служащий. Мама сидит дома, но время от времени подрабатывает швеей. В основном она занята моими сестрами. Нас пятеро. Я самая старшая. А у тебя есть братья или сестры?

— Насколько мне известно — нет.

— Насколько тебе известно?

— Я сирота. Вдова Лувель удочерила меня.

— Я этого не знала.

— Теперь знаешь.

Мгновение спустя дверь гостиной отворилась, и вошел мужчина примерно одного возраста с Эдвином. Это был высокий, худощавый человек с очень редкими светлыми волосами и острым носом. Он широко улыбнулся, его манеры были открытыми и жизнерадостными. На нем был элегантный серый костюм с темно-синим жилетом. Сразу за ним вошла женщина примерно тех же лет. Она была великолепно одета: её платье глубокого цвета жженого апельсина было отделано золотым бисером.

— Агенты, добро пожаловать. Добро пожаловать. Огромное спасибо, что приехали, — сказал мужчина, пересекая комнату нам навстречу. — Я лорд Кэбелл, — он отвесил мне короткий поклон. Его взгляд на мгновение скользнул по моему лицу, отмечая шрам и глаз, но не задержался.

— Агент Лувель, — представилась я, наклонив голову, черта с два я стану делать реверанс. — А это агент Харпер.

— Лорд Кэбелл, — вежливо отозвалась Харпер.

Лорд Кэбелл повернулся к Харпер. Я заметила, как он помедлил. Он широко улыбнулся ей.

— Агент Харпер. — Его взгляд задержался на лице Харпер чуть дольше обычного.

Достаточно долго, чтобы бледные щеки Харпер залил румянец.

Женщина позади него деликатно кашлянула.

Лорд Кэбелл отвел взгляд от Харпер и снова повернулся ко мне.

— Очень рад знакомству, агенты. Это моя сестра, леди Шарлотта, — сказал он, указывая рукой на женщину.

Когда я перевела на неё внимание, наконец-то разглядев леди Шарлотту, я удивилась их сильному сходству. Как и лорд Кэбелл, она была высокой, стройной и обладала такими же тонкими светлыми волосами. Но те черты, что делали лорда Кэбелла изможденным, придавали леди Шарлотте неземной и хрупкий вид.

— Прежде чем вы спросите: да, мы близнецы, — сказала она с оттенком раздражения в голосе и закатила глаза.

Я и не собиралась спрашивать. Я прикусила щеку изнутри и заставила себя не смотреть на Харпер.

Хотя леди Шарлотта улыбалась, в её взгляде сквозила резкая, оценивающая манера. Её рот и глаза словно противоречили друг другу. Она оглядела Харпер с ног до головы, затем переключилась на меня. Когда её взгляд, наконец, достиг моего лица, а начала она с моих ног, я увидела в её глазах неподдельное изумление. Она уставилась на меня.

— Это и есть те агенты, о которых упоминал Эдвин? Я ожидала…

— Да, — перебил сестру лорд Кэбелл. — Его лучшие агенты: Лувель и Харпер. — В глазах лорда Кэбелла мелькнуло предостережение в адрес леди Шарлотты, после чего он снова повернулся к нам. — Сэр Эдвин — друг семьи. Очень любезно с его стороны прислать вас. Я так понимаю, он и сам скоро прибудет?

— Да, хотя мы надеемся уладить дело до его приезда, — ответила я.

— И уж точно до начала бала, — вставила леди Шарлотта, снова ощупывая взглядом мою броню и лунный глаз.

Может, стоит предложить ей погладить Фентона?

— Разумеется, — сухо ответила я,