Школа благородных девиц Терезии Ольденбургской 3 - Елизавета Владимировна Соболянская

А потом император подошел к Медведеву и вручил ему… эполеты! Роскошные генеральские эполеты, тяжелый свиток с печатями и орден! Все сразу! И двинулся дальше. Саша забыла, как дышать. Ефим Александрович, кажется, тоже.

Рядом тихонько прошелестело:

— Генеральский чин! Орден святого Владимира четвертой степени! Император щедр!

Александра с этим согласилась.

Император же довольно быстро закончил вручение наград, еще раз поздравил всех и пригласил отметить награды в соседнем зале, в котором уже стояли столы для фуршета и даже звучала легкая музыка.

Когда ряд военных смешался и разделился на группы — по чинам, Александра неслышно подошла к мужу. Он стоял теперь в компании генералов и принимал поздравления. Мешать не хотелось, но тут к Саше подошла дама в платье фрейлины и сказала, что «мадам Медведеву» желает видеть императрица. Легонько прикоснувшись к рукаву супруга, чтобы обозначить свой уход, Александра последовала за дамой — не слишком красивой, но весьма харизматичной, одетой в роскошное алое платье, как и сама Саша, но с другой вышивкой.

Ее величество ждала Александру в небольшой, похожей на шкатулочку комнате, расположенной неподалеку от церкви Зимнего дворца. Тут стояла пара диванчиков, пара столиков и несколько мягких стульев. На одном диване сидела Александра Феодоровна, одетая весьма необычно — в зеленое бархатное платье, расшитое золотом, в зеленую же шляпу с бриллиантовым убором. Рядом на стуле красовалась зеленая епанча, подбитая горностаем.

На другом диванчике сидела восхитительная красавица — супруга наследника, Мария Александровна, в таком же зеленом бархатном платье, с такой же вышивкой и в такой же шляпке. Разве что шлейф был короче, а бриллиантовый убор — скромнее. Тут же находилась и герцогиня Терезия Ольденбургская, одетая ровно так же, но ее убор заменялся бриллиантовой заколкой.

Дамы выглядели свежо и бодро, хотя наверняка провели святочную неделю в бесконечных балах, визитах и различных увеселениях, требующих выносливости и сил.

— Мадам Медведева, поздравляю вас с повышением супруга, — вежливо сказала императрица.

Александра присела в положенном реверансе:

— От души благодарю вас, ваше величество!

— Я помню, что вы приняли активное участие в спасении детей в женских институтах, — продолжила императрица, — хотя школа, которой вы руководите, все еще нуждалась во внимании врача…

Саша просто потупилась.

В этих залах не любили громкого признания своих заслуг. Тут ценили тонкость, деликатность и умение вовремя показать зубы в бархатном кошельке.

— Мадам Бенкендорф раскрыла мне степень вашего участия в раскрытии заговора против нашей семьи, — тут у императрицы на миг сбилось дыхание, но она моментально взяла себя в руки. Александра ее понимала: заговорщики планировали уничтожить императорскую семью целиком — включая детей и женщин, да еще самым жестоким образом. Если бы все получилось…

— Ваш супруг уже получил награду из рук государя императора, я же хочу наградить вас лично… Прошу вас, следуйте за мной!

Императрица поднялась и пошла через узкую дверь. Дамы — за ней. Саша шла последней. Поскольку у всех были длинные шлейфы, Александра задержалась и вошла в церковь Зимнего дворца, когда шлейф герцогини уже почти скрылся.

Зашла и остановилась.

Небольшая вызолоченная церковь оказалась полна народу. У солеи стоял сам император, рядом с ним императрица, слева от императора наследник, великие князья, кто-то из братьев и дядюшек Николая Павловича, еще какие-то офицеры. Великолепная выставка усов и мундиров! Только один человек выбивался из этого ряда — священник в искристо-белом рождественском облачении.

Рядом с императрицей стояла супруга цесаревича, за ней великие княжны и княгини — все в таких же зеленых платьях, а следом еще несколько дам, одетых так же, но без бриллиантовых уборов — их головы украшали зеленые береты с серебряной вышивкой.

— Александра Николаевна, — мягким голосом сказала императрица, — как начальница ордена святой Екатерины, я увидела в вашей жизни постоянное присутствие трех величайших женских добродетелей — милосердия, веры и любви к ближнему. Посему призываю вас стать сестрой этого ордена, если сестры одобрят ваше вступление.

Дамы, стоящие полукругом, хором сказали:

— Требуем доказательств! — но негромко и приятными голосами.

Императрица сделала жест, и вперед выступил священник:

— По запросу священного синода священник храма Воскресения Христова, расположенного в новом здании школы, приписанный к приходу Петропавловской крепости, свидетельствует!

Александра напряглась.

В этом времени посещение церковных служб было такой же частью повседневной жизни, как посещение бани. Поскольку по распоряжению герцогини небольшой храм был устроен прямо в школе, на это Рождество Саша не повела детей в приходскую церковь — они отстояли службу в белых стенах еще не расписанного храма, разговелись после ночной и легли спать, не морозя щеки. Что же написал в свидетельстве отец Михаил?

А написал отец Михаил все честно — директриса присутствует на молитвах вместе с воспитанницами, чтит посты и праздники, раздает милостыню на приходе, обучая детей делам милосердия, и… молится сугубо за болящих и нуждающихся, приглашая священника отслужить молебен, если в школе случается беда. Кроме того, «говеет четыре раза в год и каждый раз испрашивает благословение на послабление поста только болящим детям».

Дамы посмотрели на Сашу с уважением, а ей стало даже неловко. Она как-то привыкла еще в своем мире соблюдать правила, да еще хорошо помнила, что детей надо учить примером — потому и утренние молитвы не просыпала, и воскресные службы посещала с усердием — где еще можно постоять в толпе, чтобы тебя не дергали?

После священника высказалась супруга генерала Бенкендорфа — в зеленом платье Александра ее не сразу узнала.

— Мадам Медведева проявила истинно христианское милосердие к человеку, который желал ей смерти. Я не буду озвучивать подробности, ее величество знает, этого довольно, но я свидетельствую, что это был истинно христианский поступок!

После Елизаветы Андреевны неожиданно выступил император:

— Я свидетельствую о том, что мадам Медведева проявила христианское милосердие к детям, которых отвергли собственные родители. Мало кто знает, что мадам является опекуном пятерых сирот и достойно отвечает за них перед Богом и людьми,

Из толпы мужчин в мундирах выступил… капитан Агалаков Архип Петрович — отец маленькой Маргариты, точнее, уже майор.

— Свидетельствую, — сказал он, — что мадам Медведева оказала милосердие мертвым и спасла живых… Милостью мадам на Смоленском кладбище устроена приличная дворянке могила для матери моего ребенка.

Дамы снова склонили головы, принимая свидетельство.

— По совокупности дел милосердия, искренности и чистоты я считаю Александру Николаевну достойной быть принятой в наш круг! —