Адептка вне закона, или Ректор, берегите нервы! - Анастасия Смирнова
Для того чтобы сварить базовую основу «Слез Горгоны», требовались компоненты, каждый грамм которых жестко контролировался Инквизицией.
Весь этот незаконный арсенал пылился за бронированными дверями Академии Огня. И прямо сейчас коридоры Альма-матер буквально кишели Ищейками Изольды, рыскающими в поисках беглецов. Просочиться сквозь их кордоны, вскрыть сейф, ювелирно сварить летучий состав и живой спуститься обратно в застенки Министерства… План не просто граничил с безумием — он был чистейшим самоубийством.
Марго бросила долгий, тяжелый взгляд на неподвижного, погруженного в свой персональный ледяной ад Элиаса.
— Держись, мой Король, — звенящим от внезапной решимости шепотом произнесла рыжая ведьма, натягивая глубокий капюшон мантии на самое лицо. — Твоя любимая катастрофа жива, я нутром это чую. И я достану тебе это проклятое зелье, даже если ради этого придется перевернуть всю лабораторию вверх дном.
Выскребая со дна ауры последние, отдающие головной болью остатки магии, она вновь сплела пальцами контур. «Пепельная вуаль» дрогнула, скрыла ее фигуру и растворила в густом полумраке, оставив позади сырые казематы.
Спасательная операция вступала в свою самую темную, смертельно-алхимическую фазу.
Глава 24. Стратегия мертвой рыси
Сутки, выторгованные для меня безымянным южным артефактором, пролетели как один долгий, смазанный лихорадочный вздох. Вязкое марево бреда наконец отступило.
Когда я разлепила тяжелые веки в следующий раз, за толстым стеклом окна всё еще исступленно выла горная метель, но внутри меня кое-что безвозвратно изменилось. Яд «Черного кнута» больше не выжигал мои вены каленым железом. Густая, дурно пахнущая болотной тиной и горькими кореньями мазь вытянула из раны некротическую гниль, оставив после себя лишь обычную, вполне терпимую пульсирующую боль разодранной плоти. Тело перевертыша, получив долгожданную передышку и жадно впитывая тепло камина, начало стремительно регенерировать.
Откинув в сторону тяжелое, кусачее овечье одеяло, я рывком села на деревянной постели. Голова была пугающе, кристально ясной. Дикая, слепая звериная ярость, заставлявшая меня бросаться на врага с голыми клыками, отступила на задний план, свернувшись тугой пружиной. Ей на смену пришел холодный, математический расчет — тот самый ледяной прагматизм, которому меня так упорно и безжалостно учил Элиас на полигонах академии.
Изольда Вейн забрала у меня всё. Она разбила наш источник, растоптала мою жизнь и прямо сейчас методично пытала единственного мужчину, ради которого моя внутренняя рысь была готова сжечь этот проклятый мир дотла. Значит, я должна стать тем самым абсолютным пламенем, которое сожрет ее саму.
Я неотрывно смотрела на тлеющие в каменном зеве камина угли, плотно подтянув колени к груди. В моей голове вырисовывался четкий, безжалостный план. Изольда совершила одну фатальную, непростительную ошибку — она была слишком высокомерна.
Ведьма наверняка уже праздновала победу в столичных кабинетах. В ее извращенной реальности я была лишь мертвым куском мяса, навсегда замерзшим на перевале Волчьих скал. И это заблуждение было моим главным, абсолютным козырем. Призрак не оставляет следов на свежем снегу. Призрака невозможно отследить поисковыми артефактами.
Мой план уничтожения этой дряни разбивался на три смертоносных этапа:
Шаг первый: Приручение бинарного ядра.Я опустила потяжелевший взгляд на свои раскрытые ладони. Под бледной кожей, в самом эпицентре моего золотого первородного пламени, всё еще пульсировала крошечная фиолетовая искра Элиаса. Пока мы пространственно разделены, я не могу выдать разрушительную мощь полноценного бинарного источника, но я могу использовать эту искру как отмычку. Мой огонь, сплетенный с его высоковольтной грозой, способен взламывать руны Инквизиции. Мне нужно научиться бить этой энергией точечно, как хирургическим скальпелем, чтобы бесшумно вскрыть многослойную защиту Министерства.
Шаг второй: Фантомный переход.Обычные портальные арки круглосуточно отслеживались Высшим Советом. Конные тракты перекрыты патрулями. Мне жизненно необходим был способ добраться до столицы и проникнуть в глубокие подземелья так, чтобы ни одна Ищейка даже не почесалась. И решение этой невыполнимой задачи сейчас сидело в кресле напротив меня, невозмутимо начищая лезвие короткого кинжала.
Шаг третий: Удар в сердце тьмы.Изольда использовала запретную некротику. Темная магия уже разъедала ее изнутри, требуя постоянной, жадной подпитки. Если я просто перережу ей горло — она станет святой мученицей в глазах Совета. Нет. Я должна заставить ее собственную тьму сожрать ее заживо прямо на глазах у Высшего Суда. Выбить из-под нее опору и сжечь артефакты, к которым привязана ее жизнь.
— У тебя такой взгляд, девчонка, словно ты уже детально прикидываешь, на каком именно суку будешь вешать главу Департамента Инквизиции, — подал голос мой угрюмый спаситель.
Раздался тихий скрежет точильного камня: он отложил охотничий кинжал на стол и проницательно посмотрел на меня из полумрака.
— Вешать — это слишком милосердно, — мой голос прозвучал тихо, но от его ледяной вибрации пламя в камине нервно дрогнуло. Я спустила босые ноги на шершавые доски пола. — Мне нужно в столицу. В самую защищенную, глухую часть тюрьмы Высшего Совета. И мне нужна твоя помощь.
Мужчина тяжело вздохнул, со скрипом потирая седую щетину:
— Я же говорил, я — беглец. Если я хоть на милю сунусь в столицу Империи, с меня сдерут шкуру быстрее, чем ты успеешь выпустить когти из ножен.
— Тебе не нужно идти со мной на верную смерть, — я медленно поднялась, чувствуя, как затекшие мышцы наливаются долгожданной, горячей силой. — Твой дом скрыт мороком высшего порядка. Ты сам сказал, что это старая южная магия, которая играючи обманывает любые артефакты слежения. Научи меня. Или дай мне амулет с этой иллюзией.
Мужчина нахмурился, в его карих, уставших глазах мелькнуло отчетливое сомнение.
— Южные миражи работают на принципах тонкого преломления света и полного сокрытия ауры. Это хрупкая материя. А ты — ходячий лесной пожар, да еще и с этой нестабильной чужой искрой внутри. Твоя дикая магия просто сожжет иллюзию изнутри за пару минут.
— Я смогу ее удержать, — жестко, чеканя каждый слог, ответила я. — Элиас научил меня абсолютному ментальному контролю. Если ты дашь мне маскировку, я клянусь своей кровью, что Министерство никогда не узнает, откуда она у меня. Я уйду сегодня же и больше не принесу в твой дом проблем.
Он долго молчал, взвешивая все риски и оценивая мою решимость. В этой тяжелой тишине было слышно лишь заунывное завывание ветра за стенами иллюзорной избы. Наконец, беглый артефактор медленно кивнул самому себе, словно принимая фатальное решение.
— Был у меня когда-то один упрямый командир. Тоже ради любви готов был в одиночку штурмовать неприступные крепости, — усмехнулся он с горькой, царапающей ностальгией. Он полез во внутренний карман куртки и достал