Серебряная мантия - Л. К. Стивен

— Или я о ней просто не знаю. У меня был невысокий уровень допуска. В Ордене так боятся эликсира правды, что засекречивают практически все, и что патруль, что кадеты работают на улицах практически вслепую.

— Интересно. — Леван наморщил губы, и шрам на нижней изогнулся возле старой раны.

— А что? — спросила Сафф, чувствуя, как вспыхивают инстинкты детектива. — Чего еще за локслюр?

— Локслюр это… вещество. Его производят из редкого сорта ночного мака, который растет только на северо-востоке Лаудона. Именно им окрашиваю сауэры с черной вишней, — тяжелая тишина. — И он вызывает мгновенное привыкание.

Ох.

Произошедшее с Саффрон в игорном доме вдруг стало до отвращения понятным. То, как напиток стер ее страх, как она тут же заказала вторую порцию. Густое, почти эротическое удовольствие, которое она почувствовала. Приступ эйфории, с которым Сафф играла в рулетку. Боль в мышцах и ужасная слабость, которые пришли сразу, как закончился эффект. Расслабленные лица и пустые глаза игроков, что она увидела, когда вернулась за Тенеей.

Саффрон была права: это было не зелье, которое на нее бы не подействовало, но и не просто выпивка. Это был наркотик. А он влиял на нее точно так же, как на кого угодно.

В нем была настоящая причина того, как отвратительно она чувствовала себя в последние дни? У нее была лихорадка и головокружение, а разум походил на водоросли не из-за клейма, а потому что из организма выходил локслюр?

Святые. Неудивительно, что жители Атерина не могли держаться от казино подальше. Несмотря на насилие, смерти, растущие долги, несмотря на изуродованные тела, сброшенные с крыши, несмотря на обнаженных танцоров в стеклянных банках… Локслюр был слишком сильным, чтобы ему сопротивляться.

— Почему ты говоришь мне об этом? — с дико колотящимся сердцем спросила Саффрон.

Это было… значительно.

— Если ты не будешь понимать, как все работает, то вряд ли окажешься нам полезной.

— И как же?

— Наш поставщик из Лаудона переправляет локс по Неспящему морю в порт Оуран. За последние годы мы потеряли несколько кораблей из-за пиратов. Когда поставки оказываются в безопасных водах Вэллина, наш курьер провозит груз на лодках по реке Корвен, на восток, к Королевской Пристани. Мы шантажируем нескольких офицеров таможни, чтобы они не обыскивали наши суда. Но из последней поставки пропал ящик, так что сейчас мы идем допрашивать рабочих из доков, которые работали с нашим грузом.

У Сафф застыла кровь в жилах. Ей прямо на тарелочке отдавали потенциального свидетеля. Великому Арбитру ни за что не удалось бы прикрыть нечто настолько масштабное. Ей бы пришлось предъявить обвинения. Аспар сделали бы комиссаром, а Сафф бы официально восстановили в рядах Серебряных Мантий. да еще и наградили, приколов на грудь Крест Квинтари.

Однако в том, как легко Леван поделился подобной информацией, как и своим происхождением от династии Резаран, было нечто тревожное. Он и правда слепо верил в силу клейма. Он и правда слепо верил, что Саффрон не сможет рассказать о том, что узнала и избежать мгновенной, мучительной смерти. А ведь Леван был умным, суровым и циничным магом. Если он так полагался на клеймо, на то были свои причины.

Что если он был прав?

Что если даже ее способности не смогут противостоять настолько темной силе?

Что если она и впрямь заперта в Кровавой Луне?

ГЛАВА 19. ПРОПАВШАЯ ПОСТАВКА

Среди хаоса и шума доков Лириан напоминал спокойно свернувшегося змея.

Главарь стоял с Сегалом и Воголаном среди деревянных грузовых ящиков. На его бледном лице застыло предвкушение, голод. Багровая мантия была застегнута высоко у него на шее, вдовий пик блестел в теплых лучах осеннего солнца. На теле висела цепочка с вращающимся глазом, сквозь который Лириан наблюдал за игорным домом. И Саффрон, и Леван, были выше него, но каким-то образом, даже при низком росте главарь выглядел устрашающим. Так удар кинжалом мог быть куда точнее, чем палашом.

Когда они подошли ближе, Леван кое-что пробормотал, быстро и едва слышно:

— Говорю это, потому что у меня нет никакого желания смотреть, как тебя убивают. Не доебывайся до моего отца. Не отпускай свои шуточки, не спорь, чтобы перехватить контроль, не действуй необдуманно. И ради любви всех святых, если он велит тебе кого-то убить — так и сделай.

Сафф с такой силой сжала челюсть, что скрипнули зубы.

Стоило им с Леваном приблизиться, как Лириан сощурился.

— Мы вас ждали. — Голос главаря звучал мягко, но совсем не добро.

— Мы пришли вовремя, — холодно ответил Леван, не потрудившись взглянуть на часы.

Лириан смерил сына взглядом, полным такой внезапной и густой ненависти, что Сафф физически сморщилась. Выражение на лице главаря исчезло так же быстро, как появилось, и остался лишь призрак неудовольствия, но скрыть его чистейшее, уничтожающее отвращение было невозможно.

Леван просто смотрел в ответ холодными, неподвижными глазами.

Казалось, что каждое взаимодействие отца и сына было частью борьбы за власть.

— Как скажешь, — сказал Лириан спустя пару напряженных секунд, и у Саффрон появилось странное ощущение, что внутри него шла какая-то ожесточенная борьба. — Давайте продолжим.

В доках стоял шум от разгара торговли, криков рабочих, звона колоколов и грохота ящиков. Один из них сам по себе пролетел над их головами, устремившись в сторону огромной фиолетовой лодки. Хотя солнце и стояло в зените, кругом было прохладно из-за теней, что отбрасывали сложенные грузы. Члены клана следовали за Лирианом по лабиринту ящиков, пока не добрались до старого грузового контейнера, переоборудованного в офис. На деревянной табличке, прибитой к двери, было аккуратно выведено: «Касан Мелиан».

Лириан вошел, не постучавшись, с Воголаном и Сегалом по бокам. Леван и Сафф шли следом.

— Добрый день, Касан, — голос Лириана был приятным, но каким-то образом более пугающим, чем открытая враждебность.

Касан Мелиан, сидевший за низким деревянным столом, вскочил на ноги. У торговца была оливковая кожа, очки в золотой оправе и испещренный глубокими морщинами лоб. Одет он был в темно-синюю мантию, а на запястье у него красовался золотой браслет в виде тринадцати драконов. Значит, он был последователем Драэцизма. Выглядел мужчина потрясенным.

— Г-господин, — заикаясь, произнес он. — Господин. Конечно, я вам очень рад, но… обычно я вел дела с Воголаном.

Лириан небрежно прошелся по кабинету, разглядывая даты на финансовых сводках, прикрепленных к доске на стене, и медленно пролистал бухгалтерскую книгу на столе Касана. Это была незаметная, но явная демонстрация власти, которая почти провоцировала Касана возразить. Шум доков стих, уступив место пустой, пугающей тишине.

— Из нашей